Сара Хагерзак - Принц подземелья

— Он не превращается, — категорически отрезала МакГонагалл. — Если бы он был оборотнем, этого нельзя было бы не заметить. Но что‑то явно не в порядке. Я пыталась выяснить, в чем дело, даже посылала его к мадам Помфри, но он лишь твердит, что устал, не выспался или был невнимателен на уроке. Северус, поговорите с ним, пожалуйста. Вам он доверяет больше, чем другим преподавателям.

— Хорошо, пришлите его вечером ко мне, — согласился Снейп. — И лучше пусть придет не сюда, а в мой кабинет внизу. Для такого разговора больше подойдет неформальная обстановка.

Тедди пришел точно в назначенное время. Снейп пригласил его в свою гостиную и усадил в кресло. Мальчик выглядел встревожено и смотрел на профессора немного напряженно. Он явно не понимал, чем вызван такой интерес директора к его персоне.

— О чем вы хотели поговорить со мной, сэр? — обеспокоенно спросил он.

— О тебе. Как твои дела? Как учеба?

— Спасибо, сэр, у меня всё хорошо, — Тедди казался совсем сбитым с толку.

— Ты уже решил, чем будешь заниматься после школы?

— Нет, сэр. Пока я хочу как можно лучше сдать СОВ и перейти учиться на уровень ЖАБА. Знания никогда не будут лишними.

— Это точно… — Снейп немного помолчал, а потом спросил: — Ты знаешь, что твой отец когда‑то работал в Хогвартсе?

— Да, сэр. Но очень недолго. Он вел защиту от темных искусств, не так ли?

— Совершенно верно. И, наверное, тебе также известно, что у него были… проблемы со здоровьем…

Тедди усмехнулся:

— Я знаю, кем был мой отец, сэр, так что можете называть вещи своими именами.

Снейп проигнорировал его замечание и продолжил:

— В тот год, когда твой отец преподавал в школе, я готовил для него особое лекарство. Оно хорошо помогало ему переживать… трудные периоды его жизни.

— Вы дружили с моим отцом? — удивленно спросил Тедди.

Снейп задумчиво посмотрел на него. Он не собирался посвящать мальчика в подробности своих отношений с его отцом, тем более что Гарри, как видно, тоже об этом не слишком распространялся. Он был готов сказать Тедди лишь необходимую для их разговора часть правды.

— Нет, мы не были друзьями, — ответил он. — Скорее, можно сказать, что твой отец дружил с Гарри Поттером. Но я немного знал его, и мы были коллегами. Я имел возможность помочь твоему отцу, и с моей стороны было бы непорядочно не воспользоваться этой возможностью.

Тедди был слегка разочарован. Видимо, он решил, что директор хочет рассказать ему что‑то еще о его отце.

— Тедди, — мягко сказал Снейп, — профессор МакГонагалл беспокоится о тебе. В последнее время ты стал хуже учиться и, по–видимому, не слишком хорошо себя чувствуешь…

— Я не оборотень! — резко воскликнул Тедди, перебив директора. Он весь напрягся, словно приготовившись защищаться, и стал поразительно похож на своего отца.

Но Снейп даже не думал нападать.

— Я не говорю, что ты оборотень, — спокойно ответил он. — Но ведь ты не станешь отрицать, что с тобой что‑то происходит? И если ты расскажешь мне, что именно, то, возможно, я смогу помочь тебе.

Тедди исподлобья глядел на профессора, словно решая, можно ли ему довериться.

— Если хочешь, я могу вызвать патронуса, — улыбнулся Снейп. — Расскажешь ему, точнее, ей.

— Я уже не маленький, профессор, — насупился Люпин, но воспоминание о серебристой лани раскололо лед в душе мальчика.

— Вы никому не скажете? — подозрительно спросил он.

Снейп покачал головой. И Тедди, опустив глаза, принялся рассказывать:

— Это летом началось… Я стал в полнолуние просыпаться по ночам, потом всё никак не мог уснуть. А если засыпал, то мне снились кошмары… — Тедди передернул плечами, словно воспоминание об этих снах причиняло ему боль. — Я думал, в школе это пройдет, но здесь всё стало еще хуже. Каждое полнолуние начала болеть голова, я ни на чем не могу сосредоточиться, злюсь на всех… Я ведь не стану настоящим оборотнем, профессор? — спросил Тедди, и в его глазах Снейп увидел неподдельный страх.

— Нет, конечно нет, — поспешно подтвердил он, — но твои приступы несомненно достались тебе в наследство от отца, и природа их та же. Твоя болезнь может сильно испортить тебе жизнь. Я думаю, ты уже и сам понял это.

Тедди кивнул.

— Да, сэр. Впереди экзамены. Если хотя бы один из них придется на полнолуние, я провалюсь. А самое плохое, что я в эти дни со всеми ссорюсь. Вики сказала, что я стал совершенно невыносимым, — он посмотрел на профессора тоскливым взглядом. — Как папа жил с этим? У него ведь всё было гораздо хуже.

— Я думаю, ему приходилось нелегко, — ответил Снейп. — Но тебе можно помочь, поэтому я и позвал тебя сюда. Не знаю, удастся ли избавиться от твоих приступов раз и навсегда — скорее всего, нет. Но грамотно подобрав лекарства, можно сделать так, чтобы ты не реагировал на полнолуние.

— Правда? — недоверчиво спросил Тедди. Было видно, что этот вопрос мучил его. — Вы сделаете мне то лекарство, которое готовили для папы?

— Нет, это слишком сильное для тебя средство. Ты ведь не оборотень, ты сам это сказал. Я попробую подобрать для тебя более мягкий состав. Но для этого мне понадобится твоя помощь. Ты должен будешь подробно описать свое состояние и действие зелья. И, возможно, мне будет нужна твоя кровь.

— Кровь? — испуганно переспросил Тедди.

— Не бойся, никакой темной магии, — успокоил его директор. — Кровь нужна для более точного определения состава лекарства. Так делают даже маглы. Они называют это «анализом».

На самом деле, только маглы так и делали. Волшебники никогда не пользовались такими методами подбора противоядий, но Снейп считал, что в нем есть смысл. Он был уверен, что кровь может многое рассказать о человеке, но на всякий случай не заикался о своих идеях никому из коллег. Он знал, что волшебники всегда пренебрегали магловскими методами лечения, и его эксперименты наверняка вызвали бы неодобрение. Тем не менее, профессор пытался следить за развитием магловской науки и медицины, хотя некоторые вопросы для него по–прежнему были полнейшей загадкой.

В течение следующих трех месяцев Снейп много времени потратил на эксперименты с волчьим противоядием и наконец составил подходящий для Тедди рецепт, очень действенный и довольно простой, так что после нескольких попыток мальчик сам научился готовить себе лекарство. Он прекрасно сдал СОВ и перешел на шестой курс, выбрав для изучения на уровне ЖАБА все основные предметы: защиту от темных искусств, зельеварение, трансфигурацию, заклинания, гербологию, нумерологию, историю магии и даже уход за магическими существами. Правда, Снейп предполагал, что последнюю дисциплину он выбрал скорее для того, чтобы порадовать Хагрида, с которым был очень дружен, чем по какой‑либо иной причине.