Джоэл Розенберг - Багровое небо

Осия убрал руку и застегнул рубашку, причем пуговицы и петли так легко находили друг друга, словно сами прыгали на место. Не смотри Йен пристально, он бы поклялся, что пуговицы двигаются до того, как их касаются пальцы старика.

Нет. Пообщавшись с этими людьми, везде начинаешь видеть магию. А здесь никакой магии, просто замечательная ловкость.

Просто…

— Не нравится мне это, — промолвила Карин и поджала губы, на мгновение показавшись старой и уставшей. Она сняла трубку телефона; ее тонкие пальцы набирали номер так быстро, что Йен не успевал следить.

— Боб? Это Карин. — Она улыбнулась. — Так и знала, я тоже плохо сплю в одиночестве… Нет, с ней все в порядке, просто немного расстроена — хотя Марта уже родилась расстроенной… да, да. Дело не в этом — пока никаких известий. Вот, прошу тебя заехать. Да, да, они оба. Осия говорит, что все не так плохо, но… Знаю. На самом деле я хочу, чтобы ты засвидетельствовал Ториану, что не я уговорила его… Да… Вполне устроит.

Она повесила трубку и повернулась к Йену:

— Будет здесь в течение часа. Я помогу тебе уложить вещи, но даже и не мечтай уходить, пока Боб Шерв не даст добро.

Йен пожал плечами и немедленно об этом пожалел.

— Хорошо, пусть меня осмотрит.

Юноша сжал правую руку, ту, на которой носил кольцо Харбарда. Я не боюсь. Я буду осмотрителен, но не боюсь. Сосредоточившись на мысли и почувствовав, как кольцо запульсировало на пальце, Йен покачал головой и подумал, зачем же снова использовал кольцо. Оно действовало в случае с другими людьми — те несколько раз, когда он его использовал по крайней мере, — но ему не помогало.

К тому же он вовсе не боится.

С другой стороны… Вернуться? Опять? Если продолжать в том же духе, удача рано или поздно оставит его, и скорее раньше, чем позже.

И все же он не боится. Ведь здорово вернуться туда, где «Покорителя великанов» можно носить открыто, где он не просто Йен Сильверстейн, бросивший колледж недоучка, а Йен Сильвер Стоун, Йен Серебряный Камень, Убийца Великанов — по крайней мере одного, огненного…

— А ты становишься упрямым, нет?

И давно, Карин.

— В общем, да.

— Он происходит из рода упрямцев. Поверь мне, — улыбнулся Осия.

Йен на секунду растерялся и не знал, как себя вести. А потом Карин с улыбкой коснулась его руки. И по крайней мере на этот момент они снова стали друзьями.

Глава 7

День

Джефф Бьерке рассматривал следы на снегу с нескрываемым раздражением.

Проблема заключалась в том, что они выглядели в точности как собачьи. Оставленные очень большой собакой — да, но все же собакой. У Джеффа в голове маячила безумная идея попытаться добиться помощи от местных властей. Может быть, анонимный звонок в полицейский департамент Миннесоты?.. Пусть местные гоняются за волком, и, хотя это вызовет шум и возню, искать следы лап будут многие.

Ториан Торсен опустился возле одного из самых четких отпечатков, того, который Торри накрыл перевернутой жестянкой из-под печенья.

— А можно сделать с него слепок? — спросил он, причем непонятно, у Торри или у Мэгги.

Торри нерешительно пожал плечами, но девушка кивнула:

— Там, за углом, магазин «Умелые руки». У них есть цемент для моделирования.

— Только зачем? — спросил Торри, приподняв бровь.

— Когда мы в следующий раз найдем следы Сына, я хочу быть уверен, что это та же самая тварь.

— Думаешь, их много?

— Не знаю.

Джефф боялся, что в городе Ториан Торсен будет чувствовать себя не в своей тарелке и причинит гораздо больше хлопот, нежели доставит пользы — исключая драку, конечно.

Иногда приятно ошибиться. Джеффу и в голову не пришло, что Сын может быть не один. А ведь такое возможно.

— Так куда мы теперь отправимся? — спросил Торри.

— Лично мне, — сказала Мэгги, — не хватает уютного современного класса…

Торри поднял руку в перчатке:

— Нет!

— Конечно, Мэгги, — кивнул Ториан Торсен, — как хочешь.

— Но папа…

— Цыц. Как ты думаешь, хватит одного охранника, или нам понадобятся два?

— Вы что, собираетесь стоять за дверью аудитории как агенты секретной службы? — нахмурилась Мэгги.

Ториан Торсен наморщил лоб, но Торри улыбнулся.

— А то, — сказал он. — Лично я готов пропустить занятия, но если ты — нет, то, конечно же, потерпишь стражей за спиной — меня или папу.

Ториан Торсен покачал головой:

— Лучше бы взять несколько выходных. Полагаю, сейчас не до лекций. Однако если ты настаиваешь… — он развел руками, словно сдаваясь, — как хочешь.

Когда Мэгги обернулась, чтобы бросить яростный взгляд на Торри, каменное лицо Торсена-старшего осветила улыбка.

— Ладно, — сказала девушка, — пожалуй, пропущу несколько дней.

— Будь по-моему, — вмешался Джефф, — так вы с Торри сейчас забрались бы на переднее сиденье машины и вели бы по очереди, а мы с Торианом спали бы на заднем. Если за вами должны прийти Сыны, хотелось бы мне, чтобы они вынырнули из дыры, где стоят четверо людей с винтовками, которые хорошенько начистят им задницы.

Черт побери, да если делать так, как хочется ему, то вся семейка Торсенов плюс Кристенсен в лице Мэгги отправились бы на самолете в Гонолулу. Нет, в Гонолулу у Джеффа все же есть знакомый. Значит, в Париж, или в Порт-Морсби, или еще куда.

Но ситуация развивалась не так, как хотелось Джеффу. Кроме того, ему трудно было бы примириться с мыслью, что какие-то псы выжили его друзей из городка со Среднего Запада.

Совершенно нормально, когда детишки уезжают из Хардвуда. Некогда Джефф и сам подумывал… Жизнь в маленьком городке не для каждого, даже не для всех, кто любит свой городок, и уж тем более не для всех, кто там родился и вырос. Но Джеффу не нравилась сама мысль о том, что Торсенов обратили в бегство, пусть даже бегство — весьма благоразумный выход из ситуации. И еще меньше Джеффу нравилось, что в результате все беды свалятся на Хардвуд. Уж если ему не по нраву ситуация, то Минни Хансен и Боб Аарстед и вовсе на дыбы встанут. Разве что преподобного Оппегаарда удастся убедить в мудрости выбора. Надо отдать должное Дэйву, он человек гибкий.

Но если ты с собой примириться не можешь, то как убедишь целую комнату стариков? Лучше и не пытаться.

— Во-первых, надо решить, что делать с тобой и Мэгги. — А во-вторых, Джефф и Торсен должны поспать. В это время года темнеет исключительно рано, а если они собираются вечером выйти, хотелось бы для начала придавить ухо четыре-пять часов.

— То есть остаемся мы в городе или нет? — спросил Торри.

Не стоит начинать спор, когда все равно знаешь, что тебя одолеют — если, конечно, не хочешь просто попрактиковаться.