Сергей Житомирский - Будь проклята Атлантида!

Копье Ора отскакивало от металла. Лишь раз удалось ткнуть острием в незащищенную руку. Раненый, перехватив левой рукой копье, отступил в задний ряд, а навстречу Ору вы сунулось граненое острие, и лишь скачок Плясуна спас его от большой раны. Фигурка барса пока что помогала не хуже Палантова амулета!

Гии распаляли себя для новой схватки, когда вождь атлантов – кряжистый, с квадратным лицом, в куртке с красным поясом уже в двух местах разодранной копьями, махнул людям на мамонтах. Середина строя раздвинулась, и две поросшие красным мхом скалы выступили вперед. Вломившись в ряды атакующих, они закружились, давя людей и размахивая вязанками из копий. Иногда пронзенное насквозь тело повисало на остриях. Тогда умный зверь поднимал оружие вверх и легонько стряхивал на землю изувеченную жертву.

Повстанцы в ужасе отхлынули. Летящие в мамонтов стрелы застревали в красной шерсти. Концы атлантского строя стали медленно выпрямляться. Конные отряды теснили дикарей под удары мамонтов.

Тогда в пространство, усеянное раздавленными телами, вынесся Айд. Натягивая свой страшный лук, он помчался сбоку на ближнего мамонта. Зверь замахнулся, но котт внезапно повернул коня. В тот же миг мамонт затряс головой и бросил оружие; в глазу его торчала впившаяся почти до перьев стрела. Он попробовал вытащить ее хоботом. Видимо, это вызвало страшную боль. Пронзительно трубя, гигант вздыбился на задние ноги и рухнул на землю, придавив нескольких атлантов.

Котты и гии с торжествующим воплем вновь кинулись вперед. Второй мамонт стал пятиться. На него помчался Самадр. Но вождю оолов не хватило быстроты и умения править конем - связка копий настигла его и кинула под ноги мамонту. Упрямец и тугодум Самадр остался верен себе: сбитый наземь, проткнутый несколькими остриями, он все же натянул и спустил тетиву. Стрела попала в хобот. Раздавив оола, мамонт отступил за копьеносцев. Оказавшись в безопасности, он положил смертоносную связку на спину и протянул хобот погонщику, который стал осторожно вытаскивать стрелу.

Справа над шумом битвы взлетел голос Севза, подхваченный гиканьем борейцев. Они пытались отсечь атлантов от ворот. Гонд махнул украшенным перьями копьем, и лавина гиев с новой злобой вклинилась в центр атлантского строя. Ора подхватил азарт решающей схватки. Отбив удар, он ударил сам и, оставив копье в бедре врага, выхватил топорик. Подоспевшие либы и япты протискивались между всадниками. Голос Севза раскатывался над сражением.

И тут за спинами бойцов, пронзая гул боя, раздался другой голос. Коверкая яптские, коттские, гийские слова, кто-то кричал:

- Оглянитесь назад! Спасайтесь! Враг со спины!!

До увлеченного Ора не доходил смысл криков, пока он вдруг не почувствовал, что за ним вместо рвущихся к горлу врага людей – пустота. Тогда, прячась за ветвистые рога, он повернул оленя. Удар секиры разрубил один рог, но Плясун уже рванулся вбок, унося седока от пеших врагов. С холмов над дорогой показались словно с неба сошедшие ряды врагов. Впереди бурыми комьями катились медведи. Растерянные повстанцы бежали им навстречу, кидались в стороны, нигде не находя спасения.

Вновь разнесся высокий голос. Ор увидел скачущего через сумятицу посла Промеата. За ним, подхватывая крики, ехали двое с рогатыми прическами и голуболицый япт.

- К реке! На мост! – кричали они, мешая слова разных языков. Масса бегущих повернула к Стиксу. Но туда же спешил свежий отряд атлантов из Западных ворот и спущенные проводниками медведи Тифона.

Первыми приняли конец низкорослые япты. Они не могли быстро бежать, и медведи валили их одного за другим. Отмахиваясь копьями, воины старались дать уйти Матери.

В это время с другой стороны подскакал Айд с сотней черных всадников. Он кинул Даметру поперек лошади впереди себя и, не останавливаясь, помчался навстречу врагам. Схватка была короткой и ужасной. Копья со всех сторон отдирали черные тела от кольца вокруг Айда. Но в ближнем бою с коттами дешевели бронза, воинские навыки, обученные звери. Нагрудники вдавливались в тела, шлемы плющились вместе с черепами, медведи уползали, волоча внутренности… Разметав бронзовые ряды, полсотни негров помчались к березовым холмам коттской земли. На прощанье Айд обернулся и пустил стрелу в кормчего ладьи.

Красноодеждый, хрипя, схватился за горло. Хохот черного гиганта покрыл атлантские проклятия.

Уцелевшие гии и борейцы скакали за Зогдом к мосту через Стикс. Следом бежали остатки пеласгов и оолов. Оставшиеся близ Стикса заслоны либов уже перебегали мост и скрывались среди камней и кустов на правом берегу. Но Хамма не успела добежать до спасительных бревен: стрела пробила ей бедро.

Севз скакал, то и дело оборачиваясь к догорающему бою, все еще ожидая чуда. Большинство бунтарей-атлантов повалилось на колени, протянув руки победителям. Черные копи Гефеса казались им сияющим счастьем. Один Бронт остался с вождями. Гезд и защищающий ее спину Гонд ехали правее. Вдруг Севз повернул коня вправо. Несколько борейцев повернули вслед.

- Куда! – крикнул Бронт. – Там люди Тифона!

Севз не обернулся. Гехра заколебалась, но, увидев, что муж гонит коня к шатру Майи, с проклятьем поскакала к мосту.

Севз мчался, покалывая коня ножом. Он уже видел у входа в шатер завернутую в желтый плащ фигуру жрицы. Но в это время правее холма появились одетые в бронзу воины. Свистнули стрелы. Конь Севза вздыбился и упал, запрокинувшись назад. Видя, что придавленный всадник силится выбраться, лучник пустил вторую стрелу. Она попала в голову, и руки вождя подломились. Из скакавших за ним борейцев несколько упало под стрелами, остальные повернули назад. Одного раненого лошадь, протащив, сбросила почти у ног Майи.

Воины Тифона подбежали к шатрам. Передний ударом топора добил борейца и с изумлением опустил оружие перед жрицей. Повелительным жестом она послала воинов вниз, к мосту. По пути им встретился всадник в накидке главы весла, галопом поднимающийся на холм.

Прорыв Айда немного задержал преследователей, но левое крыло Тифона уже опомнилось и нагоняло выбивающихся из сил беглецов. Зиланока, который не поспевал за молодыми, поддерживали под руки сын и еще один из крючконосых. Впереди – вокруг гиев и борейцев, рвущихся к мосту, - смыкались челюсти отряда Северных ворот и правого Тифонова крыла. Вдруг Зиланок остановился:

- Ко мне, кто не может бежать! – крикнул он. – Дадим уйти молодым и сильным, чтобы жило племя!

Вокруг старого вождя стали сбиваться усталые и раненые. Ковыляющий сзади оол с пробитым бедром что-то крикнул своим и с несколькими земляками присоединился к остающимся.