Элизабет Норрис - Неуязвимый (ЛП)

Я не перестаю удивляться, почему тот, кто проектировал этот город, выбрал наземная система вместо метро, как в моем Нью-Йорке.

И внезапно что-то происходит со мной. Что-то, о чем я должна была подумать раньше. - Почему Элайджа в Новой Приме?

Барклай затыкает меня. - Не сейчас.

– Ты отстой в работе с кем-то, - говорю я, потому что это правда.

Барклай наклоняется ко мне. - Здесь камеры по всему городу. - его губы прикасаются к моему уху когда он говорит, и я задерживаю дыхание, частично из-за того, что он говорит, а отчасти потому, что он слишком далеко в моем личном пространстве. - Они поднимут шум и болтовню, и программа вытащит любое из указанных слов. Мы не хотим, чтобы они знали, что мы здесь.

Я киваю, и он отклоняется назад.

Если есть камеры и то, что он говорит правда, то он абсолютно прав, но есть плохое чувство в моем животе. Я не могу себе представить, почему Элайджа когда-нибудь мог бы прийти в Приму по собственной воле. На самом деле, я знаю, что он бы не стал делать это.

Что означает, если он здесь, то кто-то заставил его прийти сюда.

Мне кажется, есть только несколько причин, зачем бы они сделали это.

И ни одна из них не означает ничего хорошего.

– Он был задержан АИ для допроса, - шепчет Барклай, как только поезд начинает двигаться. - Место заключения находится здесь в Новой Приме. Они не собираются освобождать его в ближайшее время, а значит мы должны добраться до него.

– Элайджа у АИ? - спрашиваю я, это щемящее чувство в моем животе, становится все хуже. Я думаю, что я знаю, но я должна спросить в любом случае. - Почему?

Барклай стискивает зубы и не отвечает.

И это поражает меня, я права.

– Потому что он тот, о ком заботится Бен... - впервые, это фактически говорит о том, что это могло бы означать для меня.

04:23:55:49

– Не совсем, - говорит Барклай.

– Не совсем что? - я зашипела ему на ухо. Я окружена людьми, которых я не знаю, задыхающаяся в поезде, который пахнет как смесь чистящих, моющих средств и духов. Если Барклай собирается делать все незаметно, то он может попросить кого-нибудь помочь.

Он хватает меня за плечо и шепчет, - Элайджа был задержан в течение последних нескольких месяцев или около того, и я буду рад объяснить позже, но мы не можем просто болтаться посреди города и ждать, чтобы нас поймали, Теннер. Используй свою голову.

Он не уточнил, почему. И я поняла. Он может объяснить все это в своей квартире. Только я не хочу идти в его квартиру. Я не хочу никуда идти. Каждый сигнал в моем теле ревет прямо сейчас, и все, что я хочу сделать, это отправиться домой.

Он должно быть ощущает мою панику, потому что Барклай хватает меня за руку. - Пойдем со мной, - говорит он, потянув меня с собой, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Когда мы добираемся до задней части вагона, Барклай открывает дверь и толкает меня туда, закрыв ее за собой.

Воздух вокруг нас оглушителен. Я не уверена, что осознавала, насколько ветер мог быть громким. Мы должно быть двигаемся почти девяносто миль в час. Барклай должен будет кричать, чтобы любой из нас услышал что-либо.

– Когда мы вернулись, Эрик и я написали отчет о том, что произошло! - кричит он. - Несколько месяцев назад Бен и Элайджа оба были задержаны. Я точно не знаю почему на самом деле, но их держали за незаконные путешествия между вселенными и торговлю, и в какой-то момент Бен либо сбежал либо был отпущен, и теперь приказано, что он должен быть доставлен сюда, живым или мертвым.

Я смотрю на лицо Барклая. Его челюсть сжата, и он выглядит немного взволнованным.

– В отчете ты сказал. - я почти не слышу собственного голоса - Ты упоминал мое отношение к Бену?

Он не смотрит на меня, и это достаточный ответ сам по себе. Натянутые капюшоны, избегая камер и не говоря, это приобретает совершенно новый смысл сейчас. - Так они на самом деле думали о моем захвате и казни?

– Это возможно, - говорит он, но я могу сказать, глядя на его лицо, это не то, что он имеет ввиду. Было бы точнее, если б он просто сказал “Да.”

И он привел меня сюда.

04:23:41:45

Поезд резко тормозит, и я теряю равновесие, врезаюсь в Барклая, мое лицо сталкивается с его грудью. Его руки вокруг меня, держат, чтобы предотвратить очередное падение. Он пахнет немного как океан - как порталы.

Я отталкиваюсь от него. - Какая часть твоего гениального плана включает в себя задержание меня для казни за то, чего Бен даже не делал? - получается громче, чем следовало, я кричу на Барклая, но совсем не собираюсь ругать себя за это.

– Не могла бы ты расслабиться! - он шипит на меня.

– Как я могу расслабиться? - я втягиваю воздух и пытаюсь держать себя в руках. У нас есть только четыре дня.

Четыре дня, чтобы освободить Сесиль, найти Бена, спасти свою семью и остановить торговцев. И АИ ищет меня. То есть в течение четырех дней, я могла бы быть мертва.

Барклай все еще не ответил мне. Когда я смотрю на него, он дергает головой влево и я вижу, что камеры следят за людьми, которые идут с платформы в поезд. Мы достаточно далеко, и там должно быть достаточно фонового шума, чтобы прикрыть нас, но я понимаю. Как бы я не злилась, этот разговор может подождать несколько минут.

Я жду спокойно, хотя и не терпеливо, пока мы едем еще две остановки. Когда Барклай кивает в сторону платформы, я следую за ним из поезда и с перрона в длинный, защищенный окнами коридор. Мы по-прежнему высоко, идя по какому-то надземнному пешеходному мосту между зданиями, и, когда я смотрю в окно, все что я вижу - это небо, кристальные здания, и город, который выглядит, будто построенный на облаках.

Если бы я не была внезапно взволнована своей кончиной, то думаю что Новая Прима была бы просто немного красива.

Но я волнуюсь.И я в ужасе.

О Бене и его семье. О Сесиль, где бы она ни была. И теперь я волнуюсь о себе тоже, потому что я обещала Стразу и себе, что вернусь. Я хочу сдержать обещание.

Проход ведет нас прямо к тому, что должно быть дом Барклая, потому что он открывает дверь, которая ведет нас к другому лифту.

Мы выходим на тридцать пятом этаже и идем по коридору жилых дверей. Я помню, когда в последний раз я была здесь и подавляю дрожь. В один момент мы были в подвале Бена, противостоя друг другу, в следующий - землетрясение и дом начинает рушиться. И после этого, Барклай открыл портал и вытащил нас через него в свою гостиную.

Я думаю о том чувстве, будто мои внутренности таяли, когда я впервые путешествовала через портал, и я рада тому, что, по крайней мере на этот раз, я не нуждаюсь в успокоительном средстве.

Надеюсь домой я тоже доберусь живой.

Барклай открывает свою дверь и пропускает меня в квартиру.