Вадим Панов - Правила крови (антология)

Ознакомительный фрагмент

— Должны уже быть. — Сержант затушил сигарету.

— Сейчас появятся.

И в подтверждение этих слов до пограничников донесся ровный гул двигателей.

— Пришли.

Сержант поежился — ночь принесла совсем не летнюю свежесть, и замер, прислушался: кто-то приближался к площадке со стороны заставы.

— Утром дождь будет, — негромко произнес Лесков.

— Два дня дождь будет, — буркнул майор. — Завтра и послезавтра.

Им не нужны были сводки метеорологической службы: годы на Бороде приучили их чувствовать изменения погоды интуитивно.

— Согласен.

Гул вертолета стремительно нарастал. Пилоты продолжали идти очень быстро, планируя резко сбросить скорость перед самой площадкой.

— Пижоны, — пробормотал майор.

— Они всегда пижонят.

— Кто они?

Произнося последнюю фразу, Лесков знал, что последует подобный вопрос. Он догадался, кто подошел к площадке, и бросил реплику специально для них.

— Кого встречаем?

— Смежников, — медленно ответил майор.

— Смежников? — слегка удивленно переспросил один из подошедших офицеров.

— Армейский спецназ, — уточнил начальник заставы. Майор без восторга отнесся к появлению на заставе двух офицеров ФСБ. Они прибыли с вертушкой три дня назад, предъявили специальное распоряжение директора Пограничной службы об оказании полного содействия, но до сих пор ничего не предпринимали и не делились никакими планами. Чего-то ждали. Теперь Петрович догадался чего: ждали караван. Караван, о котором не знала разведка пограничников. Но раз появились армейцы, значит, караван идет, в Генштабе ошибались редко. Майор незаметно усмехнулся. Нюхачи не знали, что за караваном придут армейцы… Интересно, как его поделят эти две конторы?

— Вояки?

Фээсбэшники переглянулись.

— Что они здесь забыли?

— Прилетают иногда, — пожал плечами майор.

— Почему нас не предупредили?

— Они не предупреждают, — ответил сержант. — Дают позывной минут за двадцать до вертушки, и привет.

В голосе Лескова присутствовала некая вальяжность, которую иногда позволяет себе старослужащий по отношению к необстрелянному офицеру, но фээсбэшники уже знали, что позволено сержанту, и не пытались поставить Лескова на место.

И все же недовольно поморщились.

— Зачем они прилетели?

Вертолет завис над площадкой, и вопрос потонул в шуме двигателей.

— Крутая игрушка, — протянул один из нюхачей, и его приятель, который с трудом расслышал реплику, согласно кивнул.

Игрушка у армейцев действительно была отличная. Плавные, обтекаемые линии, абсолютно черное покрытие — даже стекла затемнены, — машина была не военная и не российская, но явно быстрая. Вооружение отсутствовало, а в салоне могло разместиться десять-пятнадцать человек.

— Почему без опознавательных?! — крикнул фээсбэшник, но майор лишь пожал плечами.

Едва машина коснулась земли, дверца по правому борту распахнулась и из вертолета ловко выпрыгнул невысокий плотный мужчина в черном комбинезоне без знаков различия.

Он коротко махнул рукой — выкрикивать приветствия было бесполезно, — улыбнулся, вытащил из салона связанного барашка и, легко забросив его на плечи, направился к встречающим.

— Привет, майор, как служба?

— Твоими молитвами, — усмехнулся Петрович, но руки не подал — гость никогда не здоровался так.

И еще он не терпел табачного дыма.

— В моих молитвах тебе лучше не оказываться, — рассмеялся пришелец. — Здорово, сержант, дрова на заставе есть?

— Для такого дела найдем.

— Вот и отлично.

— Может, вы представитесь? — нелюбезно предложил один из фээсбэшников.

Армеец вопросительно посмотрел на начальника заставы, и тот, отвечая на взгляд, неохотно проворчал:

— Капитан Чекряев и капитан Дорохов. ФСБ.

— Ого. — Гость с веселым интересом оглядел офицеров. — Полковник Треми, Генеральный штаб.

— Из поволжских немцев? — некстати поинтересовался Чекряев.

Треми прищурился.

— Из поволжских негров. Часика через два, господа, будет шашлычок. Милости прошу к столу. — И перевел взгляд на Лескова. — Сержант, дрова.

— Так точно, господин полковник!

Фээсбэшники машинально отметили, что с этим офицером старослужащий не позволял себе ни намека на вальяжность.

— Район кошмарный, тропок полно, и по какой из них пойдет караван, проводник выбирает едва ли не в последний момент. Закрыть территорию наглухо нереально. Мы это знаем, басмачи это знают, и Треми это знает. Поэтому его вертушка обходит Бороду вот так, по широкой дуге. — Майор провел пальцем по карте. — Полковник бросает своих людей, и они начинают поиск. Обычно им требуется часа два на выход к цели. Затем выполнение задачи и отход по короткой тропе. Сбор на заставе. — Петрович зевнул. — Я уже предупредил дозоры, мешать ребятам никто не будет.

— Откуда они получают информацию?

Майор развел руками.

— Понятия не имею. Но она всегда точна.

— Та-ак, — угрюмо протянул Чекряев — А что значит: выполнение задачи?

Петрович закурил и задумчиво выпустил под потолок облако дыма.

— Вы ждете караван?

— Да, — поколебавшись, кивнул фээсбэшник.

— Можете больше не ждать.

Ответить капитан не успел. В кабинет начальника заставы вошел Дорохов, молча склонился к сидящему за столом напарнику и быстро прошептал ему на ухо несколько слов.

— Пусть он слышит, — дернулся Чекряев.

Дорохов выпрямился и жестко посмотрел на майора.

— В штабе базы ничего не известно о группе полковника Треми. Вояки не посылали на Бороду спецназ.

В кабинете стало очень тихо.

— Что происходит, Юрий Петрович? — негромко спросил Чекряев. — Кто эти люди?

— Вы еще не поняли? — спокойно поинтересовался начальник заставы.

— Мы хотим услышать ответ.

Петрович невозмутимо стряхнул пепел.

— О том, что на Бороду ходит спецназ военной разведки, мне рассказал предыдущий начальник заставы. Захар Треми впервые появился здесь через два месяца после моего назначения, а с ним пришли шифровки из Пограничной службы и из Генерального штаба. Оказывать полное содействие.

— Почему о Треми не знают в штабе базы?

— Это привычка к допросам или вы действительно не понимаете?

— Отвечайте на вопрос!

Петровичу очень хотелось вывести нюхачей из себя, взбесить, но еще больше он хотел увидеть их вытянувшиеся лица, а потому неспешно продолжил:

— Захар и его люди — профессиональные убийцы из военной разведки. Не знаю, зачем они прилетают на Бороду: потренироваться или на экзамены, но цель у них простая… — Майор затушил сигарету. — Они приходят, бьют караван и уходят. Но бьют по-настоящему: всех, под корень. Только пару пленных с собой забирают, и все. Остальных басмачей мы находим с отрезанными головами.