Тэд Уильямс - Марш Теней

Что-то заскрипело.

— Помогите мне, — прошептал Шасо совсем ослабевшим от боли голосом.

Бриони шагнула к нему, споткнулась и упала на колени. В темноте ей удалось ощупью найти Шасо. В костлявых руках он держал что-то деревянное.

— Поднимайте! — велел он.

Она подчинилась, но застонала от напряжения. Хендон и его сообщники решились осторожно приоткрыть дверь: на полу появился медленно увеличивавшийся треугольник света. К этому моменту Бриони и Шасо уже подняли крышку люка в полу. Бриони была удивлена: она и понятия не имела о существовании этого люка. Но сейчас не время задавать вопросы. Она нырнула в открывшийся проем и остановилась, придерживая крышку для Шасо. Радости она не испытывала — эта яма казалась ненадежным местом, и не важно, глубоко ли она уходит в землю. Шасо опустил крышку, и они остались в кромешной темноте. Бриони услышала скрежет и поняла, что старик задвигает засов. В следующий миг Толли и его приятели в ярости колотили по крышке люка. В узком помещении удары напоминали раскаты грома.

— Ползите, — велел Шасо, когда они добрались до конца лестницы. — Скоро можно будет выпрямиться во весь рост.

— Ради всех богов, что это за место? Он настойчиво толкал ее вперед.

— Идите! Это цитадель замка, девочка. Последнее прибежище во время осады. Разве не понятно, что должен быть потайной ход на случай, если произойдет худшее.

— Худшее случилось, — ответила она и замолчала, чтобы не сбивать дыхание. Очень скоро проход расширился, и Бриони уже не задевала о его стены. — Куда он ведет?

— К башне Весны, к самой воде.

— Мы должны найти Авина Броуна. Мы должны поднять стражу!

— Нет!

Шасо схватил принцессу за ногу. В темноте ей показалось, что в нее вцепились цепкие лапы чудовища.

— Я не доверяю Броуну. — Шасо говорил очень медленно: ему не хватало воздуха. — В любом случае, мы не знаем, где он находится. Люди Толли убьют вас, если поймают. Они всегда смогут сказать, что я взял вас в заложницы и ваша смерть была случайной.

— Никто этому не поверит!

— Возможно, не поверят. Но это будет завтра, а какая вам от того польза сегодня? Или мне — после того как меня разрубят на куски перед разъяренной толпой? Мы не можем позволить себе это, Бриони Эддон, у нас нет времени! Нам нужно выбираться! Мы должны…

Шасо замолчал, восстанавливая дыхание. Бриони с ужасом поняла, насколько он слаб. А вдруг он умрет? Что тогда ей делать?

— Теперь можете встать во весь рост, — наконец разрешил Шасо. — Возьмитесь за мою руку. Я знаю место, куда мы пойдем.

— Что это за туннель? Откуда вы знаете о нем?

— Я ведь главный оружейник. — Он застонал от боли, поднимаясь на ноги. — Знать о подобных вещах — моя обязанность. Авин Броун тоже знает. Поэтому он посадил меня в другую камеру.

— А почему нам с Барриком о нем не сообщили?

— Должны были сообщить. — Шасо вздохнул с сожалением и болью. — Держитесь за мою руку.

Они шли около часа по сырым каменным коридорам, пролезали через узкие проходы, больше похожие на норы, пока не добрались до небольшого помещения, где пахло тиной и пометом морских птиц. В высокое узкое окно струился лунный свет, и Бриони впервые смогла ясно разглядеть осунувшееся и усталое лицо Шасо дан-Хеза.

— Мы в складском помещении у морских ворот, — сказал он, тяжело дыша.

Она слышала, как Шасо всхлипывал, когда они ползли по проходу, и столь неожиданный звук испугал ее ничуть не меньше, чем все остальные происшествия этой безумной ночи. Шасо, не скрывающий боли, почти плачущий! Бриони пыталась представить, как ему тяжело.

— Люди Саммерфильда будут прочесывать весь замок, — заговорил он. — Кто-нибудь еще может разыскивать вас. Но мы никому не должны доверять.

— Естественно…

— Слушайте меня! Теперь нам абсолютно понятно, что Толли готовились к этому моменту очень долго и тщательно. Даже если мы отыщем Броуна и он окажется предан нам — кто поручится, что нас не предадут его солдаты? Мы должны исчезнуть из замка.

— Куда? Если опасность так велика, куда мы отправимся?

— Не спешите, Бриони. — Он дрожал от холода. — Единственный безопасный путь для нас — по воде.

— Но ведь сумеречное племя находится в городе, на другом берегу залива!

Шасо кивнул.

— Тогда отправимся в другое место, — согласился он. — Проплывем через залив, а потом на юг вдоль берега. В Хелмингси есть… я приготовил…

— Вы… предполагали нечто подобное?

Впервые за этот вечер Шасо рассмеялся. Его смех резал слух и очень быстро перешел в мучительный кашель.

— Это же моя работа, Бриони, — ответил он, как только снова обрел способность говорить. — Я поклялся выполнять ее. И должен был предвидеть все возможности, приготовиться к любой опасности.

Даже сейчас, когда жизнь Шасо висела на волоске, а тело было немощным, в его словах слышалось гордое упрямство. И это разозлило Бриони.

— Шасо, но почему вы не сказали мне правду о смерти Кендрика? — в который раз спросила она.

Он покачал головой.

— Позже. Если выживем.

Главный оружейник с трудом поднялся на ноги и протянул руку принцессе, но она оттолкнула ее и встала сама. И почувствовала, что тоже смертельно утомлена. Все ее тело ныло от усталости.

— А теперь молчите, — сказал Шасо, — и держитесь в тени.

Улочка возле склада была пуста. Они слышали голоса стражников на стене, а в караульном домике рядом с воротами горел огонь. Такой ночи еще не бывало! В замке празднуют Канун зимы, в то время как страшный враг расположился на другом берегу залива, а служанка мачехи превратилась в демона. Кажется, сегодня может случиться все, что угодно, — любое самое жуткое, невероятное и противоестественное происшествие.

Можно ли доверять словам Шасо? Он всегда был непреклонным и уверенным в своей правоте, но кто способен здраво рассуждать в такую ночь? А что, если он ошибается? Должна ли она без сопротивления отдать трон и бежать из страха перед Толли? Разве стражники не пришли бы на помощь, если бы их позвала принцесса-регент? Неужели они не бросились бы искать Толли, чтобы убить его, как бешеную собаку, каковой он и был?

Но если Шасо прав и они не поддержат ее? Если вокруг полно тайных агентов Толли, подкупленных ложью или золотом?

Бриони попробовала представить, что сделал бы ее отец, о чем бы он думал в такой ситуации.

«Постарайся остаться в живых, — прежде всего сказал бы он ей, это она точно знала. — Если ты останешься в живых, все слова Толли будут ложью. Но если в тебя всадят стрелу, людям останется только поверить ему, потому что саммерфильдский двор — самый влиятельный после королевства Южного Предела. Он связан с троном кровными узами».