Анастасия Парфенова - Танцующая с Ауте. Трилогия

Зато теперь пришло странное, интуитивное чувство, и я, бросив руки на произвол заученных до автоматизма движений, принялась экспериментировать с ногами. Секунд пять я отрешенно покачивалась, выискивая наиболее эффективный способ опираться на ступни, пытаясь подобрать нужное соотношение тяжести костей, жесткости и гибкости в связках, силы в мышцах. Я пыталась уловить малейшие напряжения в нижних конечностях, старательно усиливая одни и избавляясь от других. И, кажется, впервые поняла маму, которая часто сравнивала воинское искусство с танцем. Это было все равно что создавать грандиозное, одному тебе ведомое полотно, экспериментируя с красками и тенями, подыскивая фон, модели... И ведь получалось! Накатило ни с чем не сравнимое чувство, когда вдруг спинным мозгом ощущаешь: что-то у тебя выходит, и выходит отлично!

Едва ли не впервые в жизни, не считая, конечно, моментов танца, передо мной блеснул холодным совершенством Путь Меча. Это невероятное, дурманящее искусство, когда ты лепишь свое тело и разум, поправляешь свои действия, доводя их до автоматизма, а потом вдруг отказываешься от них, ища новые связки и движения...

Но тут разбойники, бросившиеся вперед в вихре стали и стремительных ударов, отвлекли меня от этих завораживающих интроспекции.

Круговым приемом я выбила меч из рук ободранного амбала, на возвратном движении отбросила дубинку второго атакующего (чуть кисть не вывернула) и едва-едва успела заблокировать кинжал (тесак!), который откуда-то извлек первый.

А потом все вдруг кончилось. Последний из наседавших на меня упал с кинжалом в спине, и над его телом меланхолично поигрывал именным оружием Дельвар. Окрестности выглядели не как после боя, а как после бойни. Много-много людей, пытавшихся удрать с пути нечаянно растревоженных ими чудищ, но оказавшихся недостаточно быстрыми. Обратная сторона Пути Меча, так вовремя напомнившая, почему он мне никогда не нравился.

Л'Рис висел вниз головой, зацепившись за ветку ногами, и в позе его не было ничего человеческого. Рунный меч казался подозрительно живым, втягивая в себя покрывающую его кровь.

Я недовольно дернула бровями, и рыжий риани послушно спрыгнул на землю, став обычным смазливым смертным денди, с брезгливым недовольством обходящим живописно разбросанные тут и там трупы.

Перестук копыт — из-за поворота не торопясь выехали арры. Нефрит, оглядев поле боя, отвернулась. Сергей рассматривал все более внимательно, похоже, пытаясь по оставшимся следам восстановить ход боя.

— Действительно было необходимо всех убивать? — Я и не думала прятать охватившее меня раздражение, возвращая оружие хозяину.

Ответила почему-то Нефрит.

— Они не похожи на простых разбойников. Скорее, это замаскированный пост охраны. Наверняка они должны были послать сообщение, если что пойдет не так.

— Не успели, — философски, но очень уверенно заверил нас Л'Рис.

Я взобралась на лошадь, все еще хмурая, но уже не порывающаяся удрать.

— Поехали.

День, несмотря на радостно просвечивающее сквозь листву солнце, казался все отвратительнее и отвратительнее с каждой минутой.

Мы двигались не особенно торопясь, хотя, как ни странно, невзрачные лохматые лошадки арров не намного уступали в скорости созданным чародейством Дельвара черным дьяволам. Лес постепенно мрачнел, становился все более и более суровым. То и дело приходилось объезжать торчащие прямо из гущи деревьев скалы.

Хорошо хоть здешнее зверье пока предпочитало держаться подальше.

Дельвар, как всегда показав себя самым предусмотрительным, захватил мешок с фруктами и, когда я начала уставать дуться на весь мир вообще и ближайшее окружение в частности, очень вовремя совершил отвлекающий маневр, подкинув его мне.

Восьмое сгрызаемое подряд яблоко несколько улучшило настроение, но не намного.

— Гх-хм. — Совсем рядом кто-то прочистил горло, и, обернувшись, я хмуро посмотрела на подъехавшую Нефрит. — А можно мне?

Было сильное искушение буркнуть, что пища эль-ин для человека вполне может оказаться ядовитой, но именно этот сорт в огромных количествах любил поглощать Аррек, так что Нефрит непременно почувствовала бы вранье. Я вытащила из сетки округлый плод и снайперским броском отправила его прямо в руки женщине, чуть не выбив ее этим из седла.

— Спасибо, — очень вежливо сказала арр-леди и впилась белыми зубками в хрустящую мякоть.

Несколько минут мы обе сосредоточенно жевали. Я откинулась в седле, беззастенчиво разглядывая человеческую женщину. Узкое лицо, светлая кожа, пара выбившихся из-под берета зеленых прядей. На этот раз они с Сергеем не стали утруждать себя изменением внешности, но были окутаны каким-то совершенно неизвестным мне видом щитов, надежно блокировавших все попытки прощупать что-то ясновидением.

Сегодня она была в щеголеватом костюме для верховой езды: темно-синяя ткань, черные кружева, ровно столько, чтобы наряд казался дорогим, но не вульгарным. Она выглядела, как и должна выглядеть высокородная дикарочка, отлучившаяся из родного замка на верховую прогулку. И хотя на фоне совершенства дараев или броской экзотичности эль-ин красота Нефрит несколько блекла, в глазах обычного человека она, должно быть, была дивной красавицей. А уж для тех, кто смотрел не только глазами... Сергей рядом с ней казался скорее старым, битым в боях телохранителем, а не мужем. И думать не хочу, за кого могли принять меня.

Сейчас, хищно похрустывая яблоком и косясь из-под опущенных ресниц, она вдруг живо напомнила мне Вииалу. Зеленоглазые длиннокосые интриганки. Но сходства не было: хрупкая, бледная и невзрачная, с аурой приглушенных тонов, арр-леди была самой сдержанностью, еще более резко контрастируя с высокой, чувственной и до рези в глазах яркой Ви.

— Итак? — Я чуть прочистила горло, показывая, что совместное поедание фруктов несколько поумерило ярость, теперь со мной можно завести беседу, не опасаясь, что тебе выцарапают глаза.

Она чуть изогнула губы, пальцами, закованными в синий бархат, пробежалась по отделанной черным серебром уздечке.

— Я только хотела поинтересоваться, есть ли у нас какой-нибудь план.

— Уверена, план есть у вас, — очень сухо ответила я.

Она как-то странно отвела глаза.

— Возможно. Тогда попробуем сформулировать иначе: что вы знаете такого, что в этом плане стоило бы учесть?

Ох и не нравятся мне эти придворные вытанцовывания вокруг да около...

— Поразительно. Я хотела задать вам тот же самый вопрос.