Павел Буркин - Вернуться из смерти

  Артси замолчала. Её взгляд, строгий, властный, изучающий, скользил от лица к лицу, и Тайпти ощутила лёгкую оторопь. Это не взгляд пятнадцатилетней уличной плясуньи. Так бы мог глядеть повидавший лиха, познавший и гонения, и предательства, не раз глядевший в глаза смерти полководец. Лет сорока, не меньше. Она идёт к своей цели, и лучше быть ей другом, чем врагом.

  - Веди нас против южан! - первым крикнул Эгберт. Ярость в его голосе казалась несколько наигранной - молодой вождь явно спешил загладить вину - пока остальные не вспомнили, с кем пришла на Большой Совет убийца.

  - На берегах Барки - наша земля! - прозвучал голос Мооса.

  - Слава посланнице Богини! - потрясая мечом, проревел Виридэйн. Стоящие рядом картирские вожди шарахнулись от сверкнувшего в свете факелов лезвия. Ничего, совсем скоро они привыкнут к блеску вражеской стали.

  И будто эхо загуляло по шатру, степенные, величественные вожди кричали, потрясая, у кого было, оружием:

  - Слава посланнице!

  - Слава!

  - Слава!!!

  Тайпти слушала громогласные здравницы с тонкой, почти незаметной улыбкой. На миг ей стало даже жалко Амори, по душу которого отправился в поход новый Оллог... Если не новый Эгинар. Главное - не подставить под эту лавину Барск. А ещё лучше - осторожно направить её на тех, кто угрожает в данный момент лирцам.

  Впрочем, это они обсудят потом, с глазу на глаз. А пока - ещё один старинный, но очень уместный после случившегося обычай. Закон гостеприимства нерушим, тот, кто пировал вместе с лирцами, точно не поднимет на них меч.

  - Окажите же нам честь, катэси - придите на Пир Встречи, как заведено, - учтиво склонив голову, произнесла куртизанка, и растерянный Камбер вынужден был согласно кивнуть. - Он состоится вечером в Зале Торжеств Серой Цитадели. Понимаю, после того, что вы пережили, каттхая, вы вправе нам не доверять. Но... Это самое меньшее, чем мы можем загладить вину. К тому же, так заведено уже много веков.

  - Раз заведено, мы придём, - улыбнулась, и улыбка вышла почти искренней, Эвинна. - Традиции должны почитаться.

  Вожди заулыбались, понимающе закивали седыми, чёрными, русыми, рыжими и соломенно-светлыми головами. Фраза, приписываемая святому императору Эгинару, пришлась северянам по вкусу.

  - К какому часу приходить? - благожелательно, будто и не пережила только что смертельную опасность, произнесла Эвинна.

  - В любое время после полудня, - пояснил Моос и глянул на убийцу. Халишта всё так же стояла с заломленными руками, беспомощная и сломленная. - А с этой-то что делать, каттхая? Вы вправе вынести ей приговор...

  - Если бы она совершила убийство, её бы следовало казнить, - нашлась Эвинна. - Если бы ранила - следовало бы отрубить ей руку. Но она не смогла сделать вообще ничего. Полагаю, следует держать её под стражей, пока её род не выплатит выкуп в пользу пострадавшего от факела старейшины. После получения выкупа пусть берут свою дочь или жену обратно. Размер выкупа пусть назначит старейшина.

  - Каттхая, вы уверены? - переспросил Эгберт. Вождя рипуариев нешуточно мучила совесть. - А я ведь поверил этой змее!

  - Если бы тебя ранили мечом, ты гневался бы на меч, Эгберт-катэ? - поинтересовалась Эвинна. - Или на руку, которая меч держала? Или всё же на обладателя этой руки? Тот, чья рука попыталась меня убить, не здесь, а в Алкрифе. Он больше всех заслуживает кары, и мы его покараем. Думаю, рука ничего не сделает, если меч останется у нас.

  Тайпти едва сдержала усмешку. Ловко! Вроде бы не сказала ничего конкретного, но "заказавшие" её касте убийц, и только они, наверняка поймут намёк. Это предупреждение тем, кого она назвала "рукой". Мол, я всё знаю, просто сейчас не время с вами возиться. Если не будете глупить - останетесь целы, повторите попытку - и "меч", то есть сама убийца, назовёт вас по именам. Зато все считают главным виновником случившегося алкского короля, на него и будет направлен гнев участников Большого Совета. Лирцы же оказываются не только невиновными, но и гостеприимными, хоть и слишком беспечными хозяевами. Опять же, только до тех пор, пока ей выгодно.

  - Надеюсь, Тайпти, я увижу на этом пиру и тебя?

  Само собой, подумала куртизанка. Интересно иметь дело с политиком такого уровня. А потом мы поговорим без свидетелей, как одна женщина с другой.

  - Конечно. Я - лучшая танцовщица нашего города. Надеюсь, вам понравится моё искусство.

  Глава 19. Зеркало жрицы

  Эвинна устало откинулась на широченное кресло, глаза слипались. Ей, обычно умеренной в еде, пришлось наесться до отвала и попробовать, впервые в обеих жизнях, какой-то хмельной напиток с медовым привкусом. Тут его ценили больше, чем алкские и алхаггские вина...

  Яства, надо признать, были бесподобны. Стол ломился от печёной, жаренной, пареной, варёной рыбы, зажаренных в собственном соку птиц и каких-то загадочных, не встречающихся южнее Баркина зверей. Ароматные хлеба - и засоленная наподобие огурцов какая-то странная трава, которая, по словам слуг, росла в прибрежных фиордах и шхерах, особенно на браггарском побережье. Во всё это обильно и порой без меры добавляли каких-то специй - но получалось, даже по сравнению с кухней сколенских императоров, неплохо. В дополнение к поварам изо всех сил старались слуги, точнее, симпатичные служанки, разносившие подносы с дымящимися яствами. И не откажешься - можно невольно обидеть гостеприимных хозяев. Вот и приходится, отказавшись от привычной умеренности в еде, набивать живот.

  Хмельные напитки - отдельная история. Женщине нельзя, зато можно и положено - вождю. И снова: отказаться - значит, обидеть. Эвинна со вздохом выпила кубок с медовым напитком, ровно столько, чтобы соблюсти традицию. В голове с непривычки зашумело, с мороза глаза слипались, впервые за месяц новой жизни Эвинна ощутила, как устала от бесконечной тьмы и мороза. А если вспомнить прошлую жизнь с затянувшейся войной, скитания по неуютному, неустроенному миру... За двадцать пять неполных лет она прошла через такое, чего тот же Велиан не увидел и за восемьдесят. И потому кажется, что живёт уже очень долго...

  Последние недели Эвинне постоянно казалось, что она не успевает. Время идёт, а Амори ждать не будет, он - не глупый мальчишка Харайн и даже не умный, но, если честно, слегка трусоватый Моос. Противник, каких поискать - надо отдать ему должное. Конечно, рыцарей у него подвыбили, наёмников тоже - но ещё Моррест рассказывал, кто служит в армиях его мира. И если действительно был второй, как он говорил, "попаданец", доставшийся алкам, Амори может пойти и по этому пути. Конечно, ценность рекрутов из крестьян, ремесленников и купцов невысока. Но их количество компенсирует качество.