Павел Буркин - Полночь мира (=Пепел Сколена)

  Писк телефона отвлек его от грустных мыслей. Звонила Нина.

  - Слушаю, Кукушкин.

  - Привет, Миш! Как поездка? - поинтересовалась подруга. - Ты что, так по работе соскучился, что готов заночевать?

  - Да нет, материал интересный в Тырнете выудил. Веришь?

  - Ага. Что ты там интересного вычитал?

  - Да так, ничего особенного, - наскоро соврал Миша. - Типа, про технику поцелуя.

  - Так про технику или про поцелуи?

  - И про то, и про другое, - отозвался он. - Только знаешь, Нин, нам нужно еще раз поговорить. Хочу тебе рассказать, что я там придумал.

  - Так за чем же дело встало? - удивилась Нина. - Поехали в парк! Вот туда же, где я тебе передала перевод.

  Улица встретила духотой, блеском летнего солнца, ревом бесчиленных стад автомобилей. Горячий ветер веял пылью, печально шелестели изъеденные молью тополя, в парке прямо на плитах набережной расселись тинейджеры. Прихлебывая кто пиво, кто коктейли, посасывая сигареты, малолетки смачно плевали в реку и матерились на весь парк.

  - И некому их приструнить, а у самих в голове ничего нету! - посетовала Нина. - Но хорошо хоть, не ночная шпана, какую и милиция напугает...

  - Король Амори бы напугал, - буркнул Миша. Он не думал, что подруга расслышит, но она услышала.

  - Какой король?

  - Амори. Помнишь текст перевода? Так вот, я придумал, как все будет выглядеть. И название тоже. "Пепел Сколена".

  - Чего пепел? - не расслышала Нина.

  - Сколена. В общем, "Сказание" придется значительно подправить, зато станет менее предсказуемо и однообразно. Итак, как в Сказании, Амори отделился от Империи, потом завоевал Верхний Сколен. Правил захваченными землями железом и кровью, пока из нашего мира туда не провалился наш земляк - там его стали называть Моррест, сын Вейфеля. Вот он...

  - ...поднял восстание? - предположила Нина. Ее увлечение фэнтэзи, как и у Миши, пошло из тех времен, когда первый раз, еще с сокращениями, издали "Властелина колец". - И низверг тирана?

  - Если бы, - вздохнул Моррест. Слова Ниночки упали солью на незажившую рану. - Он попал туда неожиданно, можно сказать, по недоразумению, оставив тут непыльную работенку, тачку, какую-никакую, а недвижимость - словом, не бомж был, но и не олигарх. А там в качестве придворного летописца попал на службу к королю Амори, потом был ложно обвинен в измене и едва успел бежать. Вместе с друзьями дошел до пограничного городка, и все вроде бы стало хорошо, но король решил избавиться от жителей того городка, для чего колодцы заразили мясом зачумленных животных.

  - Бактериологический терроризм, - подсказала Ниночка. - Обычно о таком фантасты не пишут, им красивое да героическое подавай. И как он, неужто умер?

  - Все его друзья, полюбившаяся там девушка, остальные жители города умерли. Но сам он выжил и смог, пройдя через Ведьмин лес, попасть в бывшую столицу Империи, чтобы найти защиту у Императора. Добиваясь приема, он познакомился с другой просительницей, девушкой по имени Эвинна. Вернувшись, она стала Воином Правды - нечто среднее между странствующим монахом и оперуполномоченным... Опять же, тут все оставляем, как в "Сказании" - она борется за правду, как может, и в конце концов понимает, что все зло - в захватчиках, а спасение только во всенародном восстании. Наконец, она пришла в столицу бывшей Империи, просить Императора о защите. Здесь их обоих попытались убить, им пришлось бежать, ничего не добившись. Дальше они странствовали вместе, пережили множество приключений, и незаметно сперва стали друзьями, а потом он в нее влюбился.

  - А она?

  - А она решила доложить начальству о проделанной работе - ее и арестовали. Ты это читала, здесь без изменений.

  - А он?

  - Сперва бродил вокруг храма, потом решил ее спасать. Но для этого ему нужно было вернуться в свой мир и достать огнестрельное оружие - иначе с отборными воинами, охранявшими Эвинну, было не сладить. В общем, он нашел неких сектантов, которые смогли помочь ему вернуться с условием, что он оставит тут у нас на хранение их священные книги, и тем самым они будут спасены от сожжения. Словом, он вернулся в этот мир...

  - Жалко, - согласилась Нина, раскуривая дамскую сигарету. - Ну, а дальше-то что? Достал он пулемет?

  - Ты думаешь, там будет продолжение? Он ведь вернулся, там его ничего не держит, а в чужой войне участвовать никому нет резона.

  - А девушка? Если он считает себя мужчиной, он не может не попытаться...

  Нина и сама не знала, но попала в точку. Миша вздрогнул, будто от пощечины. Да, Эвинна в беде, и больше ее защитить некму. А он еще размышляет, возвращаться или нет...

  - Но у него же в этом мире родные остались, все добро... Вот он и вернулся! Может, и девушка у него...

  - Здесь ей не грозит ни смерть, ни пожизненная тюрьма, ни пытки, - убежденно произнесла Нина. - А той в ее мире - грозит. Помогать надо той, кому хуже всего, а не той, кто и так не пропадет... Но что это я? Интересно, куда он дел книги? Все-таки святыня ...

  Моррест глубоко вздохнул, будто собираясь прыгнуть в ледяную воду. Но ведь все равно ему самому эти несчастные талмудины не пристроить! А Ниночка вполне может посоветовать что-то дельное. Все-таки кандидат филологиченских наук...

  - Ты хотела бы увидеть эти книги? - поинтересовался он.

  - Какие? У тебя что, два тома будет?

  - Нет, те, которые он доставил в наш мир на сохранение?

  - А то - новые книги на сколенском!!! Только где ты их возьмешь? Только не говори, что снова в сугробе нашел!

  - Сугробы вроде как растаяли уже. Ну что ж, пока никто не видит - смотри!

  Присмотрев удобную скамеечку в пустынном дворе, Миша удобно уселся, подстелив на грязные доски газетку. Потом раскрыл дипломат, извлек папку с бумагами по работе, какое-то сочинение Донцовой - и, наконец, снедаемый любопытными взглядами Нины, вытащил пухлый пергаментный том. Толстая деревянная обложка, обтянутая тисненой черной кожей, сама по себе притягивала взор. На закатном солнце блеснул старинным золотом оклад с отчеканенными узорами. Насколько могла судить Нина, золото было настоящим, да и пергамент... Если это и подделка, сумасшедшему одиночке такую сделать не по силам. Как и в первый раз. Да и узоры на окладе похожие - только золотые.

  Нина облизнула пересохшие губы.

  - Откуда спер? - в упор спросила она. Конечно, иногда в жизни хочется чуда, хочется вот так наобум шагнуть за порог - и оказаться в сказке. Но когда сказка материализуется в заплеванном, замусоренном парке, а в руках ничем не примечательного молодого человека появляется таинственный фолиант - впору заподозрить банальную уголовщину.