Брэнт Йенсен - Пленники Камня 3. Дух погибели

— Ну, так расскажи мне, — попросил ванир.

Они уже успели миновать значительную часть ремесленного района и сейчас приближались к обиталищам нищих жителей Сартоса. Встречные прохожие выглядели, как обычно, никаких признаков безумия. Вот только «лиловых» на улицах было непривычно много. Вид у них был злой и загнанный.

Мимолетом ванир бросал взгляды в сторону своей спутницы. Держалась девушка хорошо, да и вообще симпатичная она. Сигурду показалось, что он постепенно в неё влюбляется.

— Он дилетант, — сказала Тара, — и это приговор. Ни одна, даже самая умелая оболочка, ему не поможет. Он видит угрозу там, где её нет, а по-настоящему опасные вещи не замечает. Считает, что охотиться за ним могут исключительно сильные маги или его братья. Еще он игнорировал возможность использования против него лука или арбалета, потому тем двоим и удалость застать его врасплох, хоть они и были магами. Близко бы к нему они ни за что бы не подошли. Нам же это удастся без труда, и тогда главное не промедлить.

— Он может узнать тебя, — заметил ванир.

— Здесь направо, — указала девушка на узкую боковую улочку. – Естественно, он узнает меня, если увидит. Это неизбежный риск. Зато и я различу его, в чьем бы теле он ни находился.

— Стигийский опыт? – спросил Сигурд.

— Приходилось принимать заказы, — ответила Тара, — на людей, способных менять личины. Я изучала их манеру говорить, двигаться, держать себя и, когда наставал заветный момент, никогда не ошибалась.

— Уверена? – хмыкнул ванир.

— Не до конца, — то ли в шутку, то ли всерьез ответила воительница.

В квартале, в который завела их Тара, было исключительно многолюдно. По улицам носились чумазые дети в непонятных лохмотьях вперемешку с бродячими псами. Из домов доносились крики и ругань, причем местные женщины влегкую перекрикивали мужчин.

— Где-то здесь, — сказала Тара. – Он наведывался во многие дома, но имелся у него один любимый.

Сигурд только пожал плечами. Пытаться помочь было бессмысленно, для ванира все местные строения были на одно лицо и различал он их лишь по тональности исходивших из них криков.

— Вот этот! – указала Тара на один из домов. Отличительных признаков он вообще не имел. – Держись за мной, говорить буду я.

— Хорошо, — согласился Сигурд.

Стучаться воительница не стала, просто толкнула оставленную открытой дверь и вошла внутрь. Сигурд последовал за ней. Если на улице стояло такое благоухание, что Нергалу плохо бы сделалось, то внутри дышать оказалось практически невозможно. Ванир тут же зашелся в приступе кашля. Тара остановилась, дожидаясь пока он придет в себя. Наконец Сигурд немного свыкся с атмосферой и махнул рукой Таре, чтобы она продолжала путь в недра этой преисподней.

Страшно подумать, но дух, должно быть, получал удовольствие от царившей здесь обстановки. Похоже, безумец среди них не один.

Все внутреннее пространство в доме было поделено на неравные части, свисавшими с потолка засаленными тряпками, к которым и прикасаться было противно. Сигурд и Тара продвинулись вперед на два таких участка и вправо на четыре, в некоторых их них находились люди, другие были пусты. Тот, в котором путешествие завершилось, оказался заполненным по завязку. На небольшой площади, два с половиной шага на полтора, умещалось двое женщин, трое детей и один мужчина.

При виде Тары женщины принялись стаскивать с себя платья, мужчина потянулся к завязке на штанах, дети замерли, словно ожидая команды.

— Я не за этим, — сказала Тара.

Раздеваться обитатели дома прекратили. Сигурд возблагодарил за это Имира. От одного вида лиц этих людей, несших на себе следы большей части известных человечеству заболеваний, ванира подташнивало. Что бы с ним стало, увидь он их тела, первый помощник предпочитал не думать.

— Мне нужно поговорить, — продолжала воительница. – Скажите мне, была ли я у вас вчера днем или этой ночью.

— Нет, но мы тебя ждали, — ответил мужчина. – Ты даришь нам радость, ты не отвергаешь нашу плоть.

К Сигурду подполз один из детей, ванир не решался определить его пол, и принялся карабкаться вверх по ноге. Первый помощник попытался его стряхнуть, но ничего не получалось. Ребенок улыбался беззубым ртом и тянул вверх свои рученки.

— Оставь его! – приказала Тара.

Дите послушалось и отпустило Сигурда, напоследок показав ему язык.

— Если я вернусь, — сказала воительница прокаженным, — не говорите мне о моем визите, это испортит удовольствие.

— Как скажите, — сказали женщины.

Тара развернулась, взяла Сигурда за руку и потащила к выходу. Оказавшись на улице, они прислонилась спиной к стене одного из домов и присела на корточки. Сигурд же просто стоял и пытался наполнить легкие чистым воздухом. Потом подошел к Таре, уселся рядом с ней и попытался заглянуть девушке в глаза.

— Молчи, рыжий, — очень тихо сказала она. – Умоляю тебя, Сигурд, молчи. Не говори ни слова.

Ванир покачал головой, взял руки девушки в свои и стал ждать. Главное, чтобы Тара не приняла его действия за проявление жалости. Этого чувства воительница по отношению к себе не потерпела бы. Но Тара, похоже, поняла всё правильно.

— Всё в порядке, — сказала она, поднимаясь. – Здесь его не было.

— Куда дальше? – спросил Сигурд. В том, что девушка решится продолжить поиски, он не сомневался.

— Тут неподалеку, — ответила Тара. – Живет один.

От дальнейших расспросов Сигурд воздержался.

Тара вела ванира меж убогих строений бедняцкого квартала. Сигурд про себя охарактеризовал их, как гниющие. Обитатели этих мест давным-давно перестали быть людьми. Конечно, вины их в этом не было, жизнь вынудила их к этому, разрушив разум и, главное, сломав дух. Сигурд не мог смотреть на них без содрогания.

— Гадко здесь, — сказал он.

— Я тоже так считаю, рыжий, — согласилась Тара. – А духу нравилось захаживать в это место. Мне кажется, он не видел разницы между нами и этими существами. Слишком высоко он стоит над людьми.

— Ничего, скоро он узнает, — сказал ванир, — что некоторые представители рода человеческого чего-то да стоят.

— Не строй иллюзий, — охладила воительница пыл первого помощника. – У него куда больше шансов выйти победителем из схватки.

— Я знаю, — ответил Сигурд. – Но предпочитаю надеяться, что нам удастся одержать верх. В бой идти надо с гордо поднятой головой.

— Красиво болтаешь, — улыбнулась Тара.

Постепенно народу на улицах становилось все меньше. Несмотря на обилие пустующего жилья в этом районе, люди предпочитали селиться кучно.

«Сбиваются в стаи», — невольно пришла на ум ваниру аналогия.