Денис Жмыхов - Дэнилидиса - непутёвый герой

  Не знаю, сколько прошло времени, но очнулся я от того, что кругом стояла гробовая тишина. На меня в пугливом изумлении взирали десятки глаз, раззявленные рты не произносили ни звука. Сам воздух казался застывшим в чуткой нерешительности и наэлектризовался настолько, что чудилось слабое потрескивание в шевелящихся на затылке волосах.

  Все смотрели на мою поднятую руку, в которой я сжимал окровавленный меч, словно там извивалась многоголовая огнедышащая змея. Я поднес руку ближе к глазам, понимая, что меня захлестывает очередная волна помешательства, замешанная на суеверном ужасе.

  На среднем пальце правой руки, как влитой сидел перстень Бордвика... И я даже предположить не мог, что с этого дня, почти шепотом, а затем всё увереннее его станут называть перстнем Илидиса.

Глава 8.

  - Ну что ж. - Начал Гириос, усаживаясь за свой рабочий стол. - Рассказывайте, почтенные.

  Я опять находился в кабинете начальника гарнизона, сидя на неудобном жестком стуле и маясь последствиями тяжелых физических нагрузок в нетрезвом состоянии. Пол-лица с левой стороны разбарабанило будь здоров, вся скула заплыла сливовым содранным месивом, а тело болело каждой одеревенелой клеточкой.

  Справа от меня, на таком же издевательском стуле ерзал Гримир, который Жаркий Горн, слева - немного понурые Дрольд и Торгвин.

  За нашими спинами выстроился своеобразный почетный караул из пяти-шести человек, среди которых были Лангедок с Рейнаром. Был там также массивный и широкий, словно матерый медведь, седовласый воин, чье хмурое лицо пересекал рванный широкий шрам.

  - А что тут скажешь-то, Гириос? - Тоскливо прогудел Гримир. - Сидели себе тихо-мирно, никого не трогали. Пива пару кружечек пропустили...

  - Знаю я твою "пару". - Фыркнул начальник гарнизона. - Если только бочонков... На каждого.

  - Гириос! - Оскорбительно возмущенно протянул Гримир, всем своим видом показывая искреннюю обиду.

  - Тихо! - оборвал его Гириос. - Я не собираюсь тут нянькаться с вами! Четыре трупа! Трое покалеченных! Это так ты сидишь тихо-мирно?! Я тебе за твои посиделки карцер на пару годков обеспечу! Чтобы понял, как сидеть... Тихо да мирно.

  - Но они ж первые начали... - Подал голос Дрольд.

  - Они начали, вы продолжили. - Зло бросил Гириос.

   - Вот что! - Прихлопнув ладонями по столу, продолжал он. - Помещу-ка я вас под арест, чтоб не натворили еще чего. И чтоб не дали деру, пока я тут разгребать за вами буду, да разбираться - что к чему....

   - Но, Гириос! - Вновь возмутился Гримир. - У меня ... эта... работа тута! Я ж не просто так приехал... Я ж... эта... караван сопровождаю... из Эрзехора. Меня ж Эрнак нанял. Из Гильдии. Я не могу в тюрьму!

   - Разберемся! - заверил Гириос. - А вы пока посидите, отдохнете. Подумаете над своим поведением...

  - Но... - вновь начал было неугомонный гном.

   - Никаких "но"! - Разозлился начальник гарнизона. - Сдать оружие и личные вещи!

   - Оттомар! - кивком приказал он седовласому.

  Все с таким же каменно-хмурым выражения лица, позвякивая при ходьбе кольчужными колечками, Оттомар обошел за спинками стульев и встал перед нами, глядя исподлобья.

   - Господа, сдайте ваше оружие. - Проговорил он не терпящим возражений хрипловатым голосом.

  - Гириос... - сделал последнюю попытку Гримир, подаваясь вперед.

   - Молчать! - Припечатал Гириос. - Это не обсуждается!

  Гном обиженно засопел, но подчинился. Встал, отстегнул ремень с топором и широким кинжалом, бросил его на пол. Его примеру последовали остальные, с такими же хмурыми лицами бросая своё оружие под ноги скалоподобному Оттомару. Я встал последним, но не из-за гордого духа неповиновения, а от того, что с трудом сдерживал ломающую дурноту в раскалывающейся от дикой боли голове.

  Я медленно отстегнул пояс с ножнами, бросил его на дощатый пол и вопросительно взглянул на Гириоса.

   - Личные вещи. - Напомнил Оттомар и кивком подозвал ратника с раскрытым кожаным мешком.

  Почему-то не хотелось перечить этому матерому ветерану. Не знаю уж почему. Может потому, что он тогда ворвался в таверну во главе десятка копейщиков и довольно недвусмысленно показал, что лучше уж последовать с ним, чем быть похожим на дуршлаг.

  Ратник с мешком подходил к каждому из нас, и мы добросовестно бросали туда всю мелочь, что имелась в наличии - кошели, цепи, амулеты...

   - Перстень. - Сказал мне Оттомар. - Тоже.

  Я машинально дернул золотой ободок у себя на пальце, а потом еще раз - посильнее... И понял, что не могу снять перстень! Он словно врос в мою фалангу!

  Меня прошиб холодный пот, похмелье как рукой смахнуло. Я с ужасом в очередной раз уставился на свой палец и вспомнил всё, что говорили про перстень Бордвика. Одевший его, не расстанется с ним даже по собственной воле, пока жив... Особенно обнадеживала приписка - "пока жив"...

  И про то, как перстень влияет на носящего его, тоже вспомнил. И про то, что притягивает он разного рода неприятности...

  Я бросил дикий взгляд на Оттомара, однако его и тараном не прошибешь, он лишь взглядом поторопил меня - не мешкай, мол, а то помогу.

  В надежде я посмотрел на Гириоса, но тот лишь опустил взгляд, всем видом показывая, что на его столе лежат очень важные бумаги, которые необходимо просмотреть именно сейчас. Я затравленно оглянулся, ища глазами Лангедока.

  Граф стоял сзади, бросая напряженный взгляд то на меня, то на начальника гарнизона, я даже успел заметить проступившую на его лбу испарину и гулявшие желваки.

   - Я не могу... - хрипло проблеял я.

  Нависший надо мной Оттомар, сдвинул над переносицей густые заросли бровей, стрельнув металлом из-под грозного прищура глаз.

  - Руку! - требовательно рявкнул он.

  Я машинально дернул правой рукой на источник звука, чувствуя, как моя кисть угодила в смертельно-болевой захват стальной клешни.

  В следующий миг я чуть не заорал от боли, когда душка-Оттомар решил просто сорвать с моего пальца перстень, приложив немного своей звериной силы матерого ветерана.

  Я почувствовал, как напряглось его тело для следующего рывка, в который он наверняка вложит намного больше силы. А терять свой палец вот здесь и сейчас мне совершенно не хотелось...

  Гнев, пополам со страхом накрыл меня горячей багровой волной. По-моему я тогда даже потерял способность здраво мыслить и вообще соображать....

  Я что-то дико заверещал, левой рукой хватая склонившегося надо мной Оттомара за загривок и отшвыривая того в сторону. Я увидел неподдельное изумление в его расширившихся глазах, когда он пролетал мимо, но всё-таки он не отпустил мою десницу, а умудрился даже еще и дернуть, увлекая за собой.