Владимир Журавлев - Неудачная реинкарнация

Ознакомительный фрагмент

А хозяин-то оказался настоящим художником. Изящные вазы были расписаны тончайшими штрихами. Эпсар даже залюбовался. Вот по белому полю кувшина две девки пляшут, рожицы смешливые друг другу корчат. Вот – лицо прекрасной печальной женщины во все дно блюда для фруктов… Только ни у кого не поднимется рука закрыть такую красоту…

– Эпсар Хист, при исполнении, – вежливо представился эпсар. – Пожалуйста, разрешение на производство посуды из белых глин.

Здоровый, осанистый мужик сник, как пойманный мальчишка. Нет у него лицензии. Откуда? Их же никто не выдает. Зато все требуют – когда надо прижать. Эпсар печально поглядел на гончара. Империя – сила! Всех перемелет в порошок, всех согнет! Вот стоит он, эпсар, без брони, без охраны, и здоровенный детина клонит перед ним голову, и сыновья его в дверях мастерской прячут глаза, а хозяйка – та вообще прислонилась к косяку, вот-вот упадет без чувств.

– Предусмотрены штрафные санкции, – вздохнув, сообщил эпсар. – Удвоенный налог с семьи, и лучше заплатить сразу, а то там пеня большая, если не поторопитесь, потом сложно будет рассчитаться. Сами понимаете, это на первый раз. Больше закон не нарушайте. Хорошо?

В глазах хозяина появилась обреченность, эпсар даже удивился. Чего они все так переживают? Станут крутить свою красную глину, только и всего! Конечно, доходы не те, но… не в доходах счастье! Подумали бы лучше о том, что остались живы. На этот раз. Империя – беспощадная сила!

– Э, Санниэре! – сказал вдруг гончар, обернувшись к какому-то подростку. – Прости уж меня, дурака. Не по-человечески живем. Твоя правда, не будет нам счастья.

– Пойдем в дом, отец, – буркнул тот, не поднимая головы. – Там поговорим.

А эпсара словно окликнул кто. Издалека. Смутило его сочетание – Эре… и дурак. Он, недолго думая, шагнул к подростку и потянулся взять его за подбородок. Но – промахнулся почему-то…

Ит-Тырк – и вся его честная компания

Молодежь никаких латников в деревне не углядела. О чем и доложили. А потом со спокойной совестью отправились воровать девок. Действовали наверняка, по отработанному столетиями сценарию: тайно пробраться к реке у деревни, засесть в камышах; дождаться, когда девки на реку стирать пойдут или по воду; похватать, кого получится, – и деру, деру, деру!

И сначала все шло как обычно. Пробрались, засели… комары начали жрать в этих проклятых камышах… а девок что-то не было видно.

А девки на реку давно уж не ходили. Шумная она, Ирча, да и мутноватая. А текла еще мимо деревни в Ирчу такая ласковая речушка Лала – вот ее давненько уже разобрали по каменным водоводам да развели по подворьям. Очень удобно: и вода проточная для стирки, и скотину поить есть чем, и ходить далеко не приходится. Ну а для питьевой воды колодцы были выкопаны… Но кто бы из степняков понимал в ирригации! Так что посидели они в камышах… А когда комары довели до невменяемости, вскочили на борзых коней и с ревом понеслись к деревне. Ит-Тырк и старейшины из-за холма поглядывали и только головами качали: ай, храбрецы!..

Эпсар Хист – пока что живой

…Цапнуть за подбородок что-то не получилось. Берхь мягко отклонился – ровно настолько, чтоб рука провалилась вперед… И тут с ревом и воем по улице проскакали конники. Эпсар даже успел удивиться – чего это, мол, на его латников нашло? Но женский визг, вопли, ржание быстро показали, что латниками здесь и не пахнет. А зря!

– Степь пришла! – рявкнул подросток. – Эпсар, в сабли!

Знатный у подростка оказался голос! Эпсара аж подбросило – и опомнился он только у калитки. Берхь мгновенно высунулся наружу, что-то высмотрел, посчитал… А эпсар затрясся, и даже не от возбуждения. Говорила же маменька, чтоб не ходил на дело без брони! Жарко, видишь ли! А стрелу в живот?

– Понесутся обратно – выскочи и отвлеки внимание! – четко приказал подросток. – Коней руби!

Сказал – и метнулся через улицу. Какие быстрые, однако, подростки водятся в деревне! Эпсар, как в тумане, просчитал налетающий топот, выпрыгнул за калитку, вскинул саблю… и понеслось! Морды, лица, копыта, морды! Конники почему-то валились на землю, тут же шлепались голосящие девки, ор стоял, аж в ушах звенело… И внезапно все кончилось. Всего один всадник вырвался из свалки и бешено поскакал, а перед ним на конской спине подпрыгивало что-то синее с белым. Эпсар машинально, словно на стрельбище, выхватил кинжал, широко размахнулся и метнул. Не попал, конечно. То есть попал: лезвие кинжала было высверлено, и внутрь залита ртуть, так что летел он острием куда надо… куда надо кинжалу. И воткнулся точно коню в круп. Конь завизжал от ужаса, пошел боком, а потом прыгнул и невероятными скачками помчался из деревни в степь. А вслед понеслась стремительная черная черточка – и попала бы всаднику промеж лопаток, если б не замечательный бросок эпсара, так воодушевивший коня на пируэты.

– Ит-тырк-кнорк! – с чувством сказал за спиной подросток.

Эпсар торопливо развернулся – и наткнулся на изучающий взгляд. Такой… совсем не детский взгляд. Дурачок, значит?

– Хорошо кидаешь, – заметил берхь. – Спортсмен, наверно?

– Чемпион школы, – машинально сказал эпсар.

– В каком виде?

– Полицейское троеборье… Э, а чем это ты их?

Берхь равнодушно глянул на степняков. Кто-то валялся на земле, кто-то пытался встать и улизнуть, кого-то уже пинали подбежавшие деревенские силачи…

– Если камнем по голове… а они на твою саблю все внимание, никто не увернулся – хотя могли… Блин, на одного не хватило, а он Яху утащил! Эй, полиция! Яху поедешь выручать?

– А зачем она мне? – удивился эпсар.

– Понятно.

Берхь стремительно переместился, поймал коня…

– А мне оно зачем? – задумчиво вопросил он. – Творче, тебя спрашиваю! Я же хотел пожить спокойно! Ты специально, да?! Урод ты, Творец. Или я чего-то не понимаю…

И тут эпсар спохватился. Совсем заморочил его непонятный подросток. А ведь власть здесь – это он, эпсар! Это ему спрашивать полагается – и получать немедленные ответы! Он даже открыл рот, чтоб брякнуть что-нибудь внушительное… И наткнулся на сомневающийся взгляд подростка. И как-то вдруг дошло до него, что полоумные эльфы – это еще не самое плохое в его жизни! Потому что вот стоит непонятно кто, и, провалиться на месте, если в его голове сейчас не спорит пяток голосов о том, а не грохнуть ли эпсара!

И ведь эти голоса – все его! А вдруг они даже и не спорят, а сразу согласились на «грохнуть» – и сейчас уточняют технические детали?!

– У вас же сроду не было войн! – брюзгливо сказал подросток. – Чего это степняки заявились? Эй, полиция! Тебя спрашиваю!

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});