Тильда Гир - Крылья мрака

— Да, это немалое достоинство, — согласился брат Лэльдо и перешел наконец к куда более интересующему его и Лэсу вопросу: — А зачем на тебе железный костюмчик?

— Это не железо, — поправил его Десимус. — Это такой особый металл… ну, на самом деле это сплав многих металлов, никто до сих пор не знает его полного состава, там слишком много присадок, таких веществ и в природе-то не существует. Говорят, он рожден колдовством древних магов, которые взорвали Землю и погубили почти всех живших тогда людей. Люди пытались защищаться и строили укрепления. Во время взрыва укрепления сплавились в сплошные металлические дороги. Вот этот сплав и защищает от птервусов. Они не видят сквозь него и не могут найти человека. А коз ящеры не едят.

— Вот это да! — воскликнул изумленный эливенер.

— Фокус что надо, — согласилась иир'ова. И тут же у них с Лэльдо одновременно родилась одна и та же мысль, но Лэса высказала ее первой: — Десимус, а где вы берете этот сплав? Далеко отсюда?

Но сурт не услышал ее. Шляпа-корзинка совершенно не пропускала ментальные волны — ни в ту сторону, ни в другую.

Лэльдо повторил вопрос вслух, и Десимус охотно пустился в объяснения.

Оказалось, что этого хитроумного сплава полным-полно в здешних землях — и на глубине, и на поверхности, и добывать его в этом смысле труда не составляет. Но, к сожалению, сплав чрезвычайно тугоплавкий, и ковать его — хитрая задача, вообще работать с ним слишком тяжело. Иначе все сурты давным-давно ходили бы если не в костюмчиках, то хотя бы в шляпах, защищающих от птервусов, и им было бы нечего бояться. В основном залежи сплава находятся по ту сторону скалистого хребта, на юге, но и к северу его немало, только на севере он лежит не сплошь, а полосами, что усложняет разработку. К тому же где-то на севере находятся гнездовья птервусов, так что сурты предпочитают в ту сторону вообще не ходить.

— Но тогда почему ваш поселок именно к северу от скал, а не к югу? — недоуменно спросил брат Лэльдо. — Скалы могли бы создать дополнительную защиту, разве не так?

— Не так, — ответил Десимус. — Там, где есть этот сплав, трава плохо растет, вообще все плохо растет. Ни коз прокормить, ни огород развести. А с южной стороны залежи начинаются прямо от гряды, сплошные. А с этой стороны по-другому, я уже сказал. Ну, и поселки расположены на участках, где металла нет.

— Я что-то не вижу никаких огородов, — озадаченно сказал эливенер, оглядываясь.

Десимус засмеялся.

— И не увидишь. Они скрыты за камнями. Вон за той частью гряды, — он махнул когтистой рукой, показывая на восток, — там не слишком высоко — несколько долинок с хорошей почвой, растет все, как на дрожжах. И козам туда не добраться. Они же все моментально слопают, только не угляди за ними!

— Интересно… — пробормотал эливенер и оглянулся на кошку, хранившую подозрительно долгое молчание. — Лэса, ты не заснула?

— Нет, — тут же откликнулась иир'ова. — А спроси-ка у него, кто коз пасет? Кто-то один, или все по очереди? С ними ведь нужно целый день рядом находиться, насколько я поняла, так?

Уловив по мысленному тону Лэсы, что ей в голову пришла какая-то неординарная идея, брат Лэльдо задал предложенный кошкой вопрос пастуху. Десимус сразу погрустнел.

Оказалось, что быть пастухом, или шить обувь и одежду, или выращивать овощи — позор по понятиям народа суртов. В пастухи отправляют тех, кто не способен ни отыскивать залежи руды, ни выплавлять железо, ни изготовлять сплавы, ни ковать и так далее. То есть полностью лишен дара управляться с металлами.

Обычно такими неудачными получаются дети начиная с десятого. Поэтому большинство семей старается ограничиться меньшим количеством потомков. Ну, а если уж так получилось, что родился на свет бездарь — ему прямая дорога в пастухи, сапожники либо в огородники. Обычно на огороды отправляют девочек, а к козам — мальчиков. И те, и другие обречены оставаться бессемейными, потому что жениться между собой бездарям запрещено законом, чтобы не плодили себе подобных. Вот и вся история.

— Погоди-ка, — сообразил вдруг Лэльдо, — а разве у вас и женщины с металлом работают?

— Конечно, — кивнул пастух. — Они делают чеканку на разных вещах, а еще золотом занимаются — ювелирные украшения, скань, ну, и так далее. Малые формы. И самоцветы огранивают.

— Да, не повезло тебе, — посочувствовал молодому сурту эливенер. — И что, ты больше ничем не занимаешься, только коз пасешь?

— Нет, почему же, — немножко даже обиделся Десимус. — Я ложки точу из дерева и другую посуду, горшки умею лепить и обжигать, и расписываю их красиво, минеральными красками. Эмаль новую сам придумал, чтобы чашки и тарелки наряднее стали. Ну, и еще кое-что могу. Только железо мне не дается.

— Ну и ну, — покачал головой эливенер. — Да у нас в Республике Метс тебя бы на руках носили за такие таланты!

— А далеко эта ваша республика? — заинтересовался молодой сурт.

— Далеко, к сожалению, за океаном, на другом материке. Ну, я думаю, и в Европе есть места, где тебя оценят по достоинству. Почему бы всем «бездарям» не объединиться и не основать свой город, например?

— Да многие и уходят, — сказал Десимус. — Не знаю, где они селятся, но слышал, что неплохо устроились. Но это там, дома, в Холмистой стране. А я-то уже здесь родился. Куда я пойду? Нас тут пока что всего шестеро неудачников. Что мы можем против птиц и ящеров?

— Да ведь птицы, наверное, не сами по себе на людей нападают, — предположил брат Лэльдо. — Наверное, все-таки курдалаги им приказывают? Может быть, удалось бы с ними договориться, они бы отпустили нескольких человек?

— Ну, это еще как посмотреть, — задумчиво протянул Десимус. — Я лично в этом не уверен.

— В чем именно?

— А во всем. И насчет птиц, и насчет договориться. Пока что никому вообще не удалось с курдалагом поговорить. Они нас вроде как не слышат. Иногда что-то приказывают словами, но очень редко. Больше жестами обходятся.

— Еще того не легче! — мысленно воскликнула Лэса, не боясь уже, что пастух ее услышит. — Мало того, что их мысли услышать невозможно, так они еще и слов не произносят! Как же нам разобраться с ними и птицами?

— Как-нибудь разберемся, — тоже мысленно ответил брат Лэльдо. — Не спеши.

Блестящие глаза сурта, осторожно выглядывавшего из-под «корзины», внимательно следили за путешественниками, и наконец Десимус сказал:

— Я так понимаю, вы между собой молча общаетесь, да? И не лень вам так напрягаться? Вслух же легче!

— Ну, это еще как посмотреть, — насмешливо ответил эливенер. — Если владеешь правильной техникой — разницы никакой. Ну, разве что на очень большие расстояния трудновато мысль передать.