Джоэл Розенберг - Серебряный камень

Йен кивнул:

— Хорошо, я только посажу желудь в землю и полью его.

Удивленный Арни, судя по всему, готов был протестовать, но Ивар дель Хивал лишь кивнул в знак согласия. И Осия тоже.

— Это было бы просто здорово.

Глава 6

Харбардова Переправа

Золотистый свет раннего утра понемногу уступил место яркому солнцу утра позднего, готового отдать себя на милость жаркому полуденному светилу. А когда за полуднем стал угадываться закат, дорога, миновав седловину у подножия холма, вывела путников прямиком к Харбардовой Переправе.

Йен был почти уверен, что дорогу специально проложили таким образом, чтобы переключить внимание любопытствующих странников на вид внизу, где река Гильфи змеилась по замысловатому ковру долины и где быстрые ее воды переливались на солнце, как рыбья чешуя.

Все вокруг было зеленым, и золотистым, и черным — зелень леса, покрывавшего почти всю долину, перемежалась лишь ведущими к реке дорогами, которые сами напоминали узкие речушки с неподвижной, коричневатой водицей, черным был цвет свежевспаханных полей, а золотистый властвовал там, где обретавшие спелость колосья хлебов волновались ветром, подобно золотым озерам.

— Ну вот, — вымолвил Арни Сельмо, одновременно с Иваром дель Хивалом опуская носилки на землю (за время странствия оба добились поразительной слаженности действий), — стоило пройти столько хотя бы для того, чтобы окинуть взором всю эту красоту. — Удовлетворенный собственной тирадой, он кивнул, будто соглашаясь с собой. — Здесь все как-то ярче, и краски насыщеннее.

В миле или чуть дальше внизу стояли бревенчатые хижины, напоминавшие ту, в которой появился на свет президент Линкольн, — построенные из крепких бревен, а не из набившего оскомину пластика. Одна из хижин располагалась у самой воды, и перед ней был сооружен небольшой причал, у которого на привязи покачивалась утлая плоскодонка. При виде троса, идущего до противоположного берега, Йен невольно улыбнулся.

— Что смешного увидел? — поинтересовался Ивар дель Хивал, потирая руки, будто желая отмыть их после долгого странствия.

— Рад буду увидеть жену паромщика Фриду, — ответил Йен.

— А, вон оно что, — понимающе кивнул Ивар дель Хивал. — Эх, помолодеть бы, да чтобы не было в голове иных забот, как только приударить за молоденькой красоткой!

— Я не это имел в виду.

Вообще-то звали жену паромщика не Фрида, а Фрейя. Именно она наделила Йена даром бесстрашно взглянуть в лицо Огненному Герцогу, именно ее благословение дало ключ к победе. Именно Фрейе юноша вверил рубин Брисингов.

Но он не мог сейчас сказать об этом. Не станешь же просто так распахивать душу.

— Она славное готовит жаркое, — в конце концов произнес Йен, — а пироги еще лучше.

Арни Сельмо так и стоял с рюкзаком на спине, пока Иен снова не постучал в дубовую дверь, на этот раз сильнее.

Никакого ответа. Арни покачал головой. Нет, явно в этих местах не все в порядке.

Черт бы тебя побрал, старина, да ты ведь уже и вправду старина , мелькнуло у него в голове. Впрочем, сейчас Арни чувствовал себя моложе, чем в двадцать-тридцать лет. Утром он проснулся с ощущением некой скованности в теле, но боли не было. Арни помнил, как по утрам просыпался, проведя беспокойную ночь под боком у Эфи в последние ее месяцы, сквозь сон чувствуя, как бедняга ворочается в полузабытьи, даруемом смесью из снотворного и болеутоляющего. Тогда ему и в голову не приходило задать себе вопрос, где у него покалывает.

Но здесь все оказалось по-другому — боль действительно исчезла.

Он продрых всю ночь на парочке одеял, наскоро расстеленных на холодной земле, потом прошагал несколько часов кряду, неся носилки, и теперь чувствовал себя…

Прекрасно! Он чувствовал себя просто прекрасно! Дьявол, он даже порой забывал и об Эфи, и о том, как ему ее недостает. Арни сконфуженно смутился.

— Эй! — крикнул Йен. — Есть кто-нибудь дома?

Молчание.

— Может, все же попытаться войти? — полушутя-полусерьезно предложил Арни. Сам бы он ни за какие блага мира не проник самовольно в чужой дом.

— Нет, — покачал головой юноша.

Если ты возвращаешься домой, а двери на запоре, вполне можно просунуть башку в дверь и завопить что есть мочи: «Эй, где вы там все?»

Иное дело здесь. Тут тебе не Хардвуд, где, наверное, и нет таких, кто запирал бы двери — а вдруг соседу понадобится зайти?

— Нет уж, избави Бог, — добавил Йен.

Ивар дель Хивал закивал, явно с ним соглашаясь.

— Зайти в дом к Древнему без его согласия? Думаю, для самоубийства есть масса других возможностей. Попроще.

Ивар дель Хивал тем временем отвязал Осию от носилок и сейчас помогал ему встать на ноги. Осия стоял, пошатываясь с непривычки, будто пытаясь побороть колебавшуюся под ним землю. Здоровой рукой он ухватился за стену хижины.

— Никого нет дома. — В глазах старика мелькнула озабоченность. — Йен, прошу тебя, посмотри в загоне, там ли Слейпнир и Сильвертоп.

— Слейпнир? — ухмыльнулся Арни Сельмо. — Что же, Харбард дал своей лошади то же имя, что и Один своей?

— Не совсем, — улыбнулся Йен. — Но почти.

— На нее нужно взглянуть.

Арни направился вслед за Йеном по тропинке, ведущей от хижины, к загону на берегу реки.

— Странный загон — выходит прямо к воде?

— А он здесь не для того, чтобы удержать Слейпнира и Сильвертопа. Да их и не удержишь.

Земля в загоне была истоптана копытищами величиной с добрую суповую тарелку, лишь небольшой кусочек у самой воды был аккуратно прибран граблями — там остались лишь отдельные следы и несколько подозрительно объемистых кучек лошадиного навоза, над которыми роились мухи.

Лошадей нигде не было видно, но внизу у берега реки была еще и хорошо укрытая от посторонних глаз пещера, может быть…

— Слейпнир, Сильвертоп! — громко позвал Йен.

И тут же в ответ раздался топот копыт, будто на них несся целый табун.

Но это был не табун. Жуткий топот исходил от одного огромного создания. Серое, в темно-серых же пятнах, Длинная грива в беспорядке, спутанный волос местами сбился в комки… И у него было восемь ног. Все они двигались на удивление слаженно, в странном ритме четыре на четыре. Создание направлялось прямо к ним, остановившись лишь в метре от ограды. В его глазищах не было и следа обычной нежной кротости лошадей, зато сверкали энергия и разум. Арни Сельмо предусмотрительно отступил на шаг.

— Боже правый! — вырвалось у него.

— Угу, — кивнул Йен. — Привет тебе, Слейпнир, — приветствовал животное юноша, пытаясь говорить непринужденно. — Вот, пришли проведать.

Лошадь громоподобно всхрапнула в ответ.