Александра Волгина - Первый год комом

'Радуешься?'

'Конечно!'

'Нет больше радости, когда у соседа гадости?'.

'Нет. Я что — злыдня последняя? 'Соседи' меня меньше всего в этом вопросе волнуют. Радуюсь я исключительно за себя, что не придется к верху пятой точкой торчать'.

На скромный вопрос с задних рядов 'Что, уважаемый учитель, видит высокоинтеллектуального в общении с капустой, редькой и другими представителями сельского хозяйства?', уважаемый учитель с той же фирменной улыбкой ответил, что математика очень даже интеллектуальный предмет, и именно ее будут практиковать студенты, подсчитывая количество собранного урожая. Шутник блин! Ведь прекрасно знает, что практически все выявленные обладают азами этого предмета. И лишь два-три человека со всего набора будут действительно что-то тренировать, кроме рук и поясницы. Хоть к обучению и принимали со всех сословий, лишь бы сила была, малограмотных крестьянских детей почти не было. Так как способности передавались по наследству, то это было неудивительно. Любой маг, даже без титула и заслуг перед Родиной, относился к сословию ремесленников и мог позволить себе худо-бедно обучить своего отпрыска до поступления в Академию. У крестьян же дети с магическими способностями рождались редко. Причиной тому служила либо далекая наследственность от пра-пра-пра кого-нибудь, либо проезжий или зажиточный маг. Однако счастливые отцы при проявлении способностей у ребенка в генеалогическое дерево предпочитали не углубляться, а радостно потирали руки, активно вознося хвалебные молитвы Упорядоченному. Наличие мага в семье гарантировало сытую и относительно беззаботную старость, так как или Академия платила за одаренных детей выкуп, или сам ребенок в дальнейшем мог хорошо обеспечить семью. В первом случае дитя должно было отработать вложенные деньги, и в течение десятка лет активно трудилось на благо Академии, отрабатывая выкуп. Во втором — молодой маг никому ничего дожжен не был, что позволяло и самому на ноги встать, и финансово помочь своим стареющим родителям.

Премьерный зал оказался похожим на школьный актовый. Хотя различия имелись. Во-первых, он был огромным, во-вторых, перед каждым рядом сидений, располагались узенькие ряды столов (видимо, данное помещение иногда использовалось в качестве учебной аудитории). При этом первые два ряда предназначались для преподавателей и имели широки столы. Арид сел за одно из таких строений и жестом предложил нам последовать его примеру, что мы тут же и сделали. Кот, не долго думая, запрыгнул на соседний стул, всем своим видом показывая, что если кто еще не понял, то он не животное 'на коврике', а полноправный участник данного заседания. По виду остальных студентов было видно, что они и так это давно знают. Видимо, слухи о говорящем и скандальном 'домашнем животном' уже распространились по всей Академии, поэтому коллеги не выразили ни малейшего удивления. Лишь искорки интереса мелькнули в старательно отводимых глазах.

— Ну что ж, начнем, — улыбнулся Арид, удостоверившись, что мы все расселись по местам.

— Как вы знаете, через месяц вас ожидает посвящение в адепты Первой ступени, поэтому нам необходимо его подготовить, с меня — официальная часть, с вас соответственно — развлекательная.

— Самая лучшая развлекательная часть — это застолье, — тут же сориентировался Васька. — Поел, выпил валерьяночки, и сытно и весело.

— Молодой человек, мы все-таки в учебном заведении, — поперхнулся Арид. — И пить здесь запрещено.

— Так кто ж говорит о том, чтобы пить, так усы намочить, исключительно веселья ради, — для приличия возразил кот, довольно щурясь от обращения, которым наградил его магистр. — Но я ничуть не настаиваю, — тут же поспешно добавил он.

— Тогда я быстро расскажу, из чего будет состоять официальная часть, и что предполагает развлекательная, — обвел нас взглядом Арид. — Первая половина, которую буду подготавливать я, обычно включает приветственную речь ректора Академии, приложение к Источнику и торжественное прикрепление броши старшими адептами. Приложиться к Источнику, означает скрепить свою кровь с духом стихии, и к спиртному и другим напиткам не имеет никакого отношения, — лукавый взгляд в сторону Васьки.

— Что вы, что вы, ничего такого и в мыслях не было, — тут же отрапортовал кот. Кажется, дипломатичный Арид заслужил сегодня глубочайшее уважение нашего хвостатого друга.

— Ритуал ускоряет становление и развитие основы, — продолжил магистр. — Прошедший его начинает постигать знания с удвоенной скоростью. Что касается второй половины посвящения, которая называется развлекательной, ее готовят виновники торжества. Обычно — это небольшое представление. Тема — на ваш выбор. Ограничение одно — все должно быть в рамках приличия, чинно и достойно, так как выступать будете не только перед всеми учащимися, но и перед полным преподавательским составом во главе с ректором. Закончив речь, учитель поднялся со своего стула и добавил: — Утомлять вас своим присутствием постоянно я не буду. Через две недели встретимся, покажете, что придумали. Еще две недели у вас будет на доработки. Ключи от зала берите у меня дважды в неделю после занятий. И пошел к двери.

— И это все? — не выдержав, удивленно крякнула я. Может, кому и показались полученные инструкции подробными и детальными, но не мне. С какого боку подступиться-то?

— Поверь, Шерлиз, немного фантазии, волшебства, иронии, и у вас все получиться, — уже у двери обернулся Арид. — Удачи!

Да уж, ничего не скажешь, план действий стал гораздо яснее. Я непонимающе переглянулась с Ориком. Тот, как и я, выглядел слегка озадаченным. Кинула взгляд на Ваньку.

— Давайте знакомиться, — улыбаясь, предложил тот, обводя взглядом нашу группу.

В рядах юных организаторов оказались трое Теоретиков, Мыслители. Друг с другом были знакомы толкло двое, поэтому предложение Ваньки представиться и рассказать немного о себе приняли 'на ура'. Если вкратце, то мы познакомились с двумя жителями Алонстры, Тиком и Риком, детьми адептов Второй ступени основы Воды, занимающихся мелким бизнесом в столице, и одним графом Атиком Лорийским из Ольмоны, соседней, северной страны. Тик и Рик были чем-то даже схожи, черноволосые, с темными живыми глазами, худощавые, высокие, подвижные и любопытные. Можно было подумать, что они братья. Атик же, наоборот, был их полной противоположностью: светловолосый, голубоглазый и какой-то замороженный. Лицо словно маска, движения плавные и однообразные, голос сухой, почти без эмоций. Хотя……если присмотреться глаза тоже живые, умные, может, выделывается или статус обязывает? Ладно, в ходе подготовки к посвящению проверим.