Ковалева Виктория - Осторожно - ведьма!

- Да уж. Извини. — Я посмотрела на юношу и виновато улыбнулась — А кто еще об этом знает?

- К сожалению, весь мой класс. — Вздохнул Бриан. — Мой отец как-то приезжал ко мне в школу. Тут его конечно встретили хлебом и солью. Шумиха была… после этого Медея и не дает мне покоя — видимо думает, что я как и отец, займу место в Совете магов.

- А что, разве это не так? — удивленно поинтересовалась Сун Вэй.

Бриан, лишь криво усмехнулся:

— На кой оно мне? Это же скучно! Другое дело — боевой маг, борец с нечистью! Тут тебе и путешествия, и полные опасности приключения, и на худой конец, верный заработок.

— А как к этому относится твой отец? — спросила я.

— А он еще не знает. — Хмыкнул Бриан, вставая из-за стола. Мы последовали его примеру и поспешили на следующий урок.

Будущим выпускникам школы магии, предполагалось, не зависимо от выбранной ими специальности, знать базовые навыки по магической географии, боевой магии и целительству, ибо все это незаменимо для любого уважающего себя мага.

Мы столпились у самой кромки леса в ожидании учителя по целительным травам. Ей оказалась бодренькая старушка, в цветастом платочке и с удивительно добрыми глазами. Обратилась к ученикам, она тоже весьма необычно:

— Доброго вечера вам, детоньки! Зовите меня просто, бабушка Аглавира. Запомните, никакой я вам не мастер, так что обойдемся без этих официальностей. — Старушка обвела нас добрым, полным умиления взглядом и продолжила. — Я научу вас, находить и собирать полезные травки, а после варить из них целебные зелья и настойки. Каждая травка, каждый корешок, обладает своими уникальными свойствами и правильно их сочетая, вам под силу будет, любую хворь излечить, так-то.

После этого, бабушка Аглавира, порывшись в объемной котомке, достала из нее подсушенный цветок, с красной, пушистой головкой и тонким, коричневым стебельком.

- Это — пестроцвет. Он незаменим в приготовлении снадобья от головной и зубной боли. Найти его можно, в основном на лесных полянах. Так что, расходитесь по лесу, да смотрите, далеко не забредайте. Старайтесь держаться парами. Как правило, пестроцветы, растут рядом с замшелыми пнями или под вывороченными деревьями. На все про все, вам дается ровно час.

Ученики разделились на пары. Я, разумеется, выбрала Сун Вэй. Ступив под полог леса, мы почувствовали ни с чем несравнимый запах мокрой листвы и пропитанной влагой земли. То и дело, мы негромко вскрикивали, когда очередная капля, сорвавшаяся с ветки дерева, попадала прямиком за шиворот. Чем дальше мы углублялись в лес, тем отчетливее я понимала, что не являюсь поклонницей подобного времяпрепровождения. Брести, разгребая ногами опавшую листву, постоянно ежась от сырости и игривого, по-осеннему холодного ветра — удовольствие ниже среднего.

Мы старательно осматривали каждый пень, в надежде скорее найти пестроцвет, и наконец, выбраться из леса. Но, к нашему великому сожалению, среди пожухлой травы и ковра из опавших листьев, красная головка цветка, так и не показывалась. Когда, я уже было отчаялась, отыскать надежно спрятавшуюся растительность, под моей ногой что-то громко хрупнуло, и я кубарем покатилась с ранее не замеченного мной, склона. Да уж, надо было не по сторонам смотреть, а прямо перед собой! Но, как говорится — хорошая мысля, приходит опосля. Постанывая от боли в вывихнутой лодыжке, я открыла глаза и чуть не зарычала от злости — передо мной, нагло покачиваясь на коричневом стебельке, рос искомый пестроцвет.

— Чтоб тебя! — я раздраженно ухватилась за стебель, но тот, выскользнув из руки, скрылся в земле. — Эй! Это еще что за фокусы?

— Ави, ты в порядке? — послышался откуда-то сверху взволнованный голос Сун Вэй.

Я приподнялась на локтях, и ощупав себя на предмет более серьезных, чем вывихнутая нога, повреждений, крикнула в ответ:

— Да. Лодыжку потянула, а так все нормально!

- Я сейчас спущусь! — пообещала подруга, правда, как-то не очень уверенно.

Осмотрев почти отвесный склон, я поняла, что подруге (если она конечно, не захочет повторить мой опасный полет), придется добираться до меня в обход. Сун Вэй, видимо, пришла к такому же выводу:

— Потерпи немного, я скоро!

Я тяжело вздохнула и попыталась присесть. Получилось. Вывихнутая лодыжка, нестерпимо ныла, заставляя морщиться, от пульсирующей боли. Мое внимание, привлек, неожиданно возникший, чуть левее от меня, первоцвет. Я осторожно протянула к нему руку, мстительно представляя, как отрываю от него красную шляпку, но цветок вдруг, словно прочитав мои мысли, снова скрылся под землей.

- Он очень тонко чувствует негативные вибрации. — Вдруг раздался девичий голосок, прямо у меня над ухом. С трудом подавив в себе желание закричать, я медленно обернулась. На меня с милой улыбкой, смотрела лесная нимфа. На вид, она была примерно моего возраста, одетая, несмотря на довольно прохладную погоду, в полупрозрачное платье и (я не сдержавшись, поежилась) совершенно босая. Волосы, цвета дубовой коры, свободно струились по плечам нимфы, обрамляя белое, как мрамор, лицо.

— Простите, вы что-то сказали? — я готова была в любой момент вскочить, и если не поковылять, то уползти отсюда куда подальше.

— Пестроцвет, очень хорошо чувствует плохие эмоции. Поэтому, чтобы его сорвать, нужно полностью успокоиться. — Пояснила нимфа, и поманила тонким пальчиком, вновь показавшейся из земли цветок. Первоцвет, потянулся к ней, покачиваясь на стебельке, словно кошка, которая ластится к хозяину. Спустя мгновение, он уже безвольно повис в руках лесной девы, с корнем вырванный из земли. Я боязливо сглотнула.

— На, держи! — нимфа улыбаясь, протянула мне поверженный пестроцвет. Я сбивчиво поблагодарила ее и дрожащей рукой, запихнула трофей в сумку. — Меня кстати, Ландыш зовут. Сестры, называют меня Ланой.

— Авика. — Я, дрожа всем телом, пожала неожиданно теплую руку нимфы. В детстве, я часто слышала, об ундинах — речных нимфах, которые считались душами утопших девушек, и которые сами, с радостью топили неосторожных путников, решивших освежиться в их водоеме. Поэтому, к любым нимфам, я относилась с опаской, хотя, похоже, Лана настроена вполне дружелюбно — вон, даже с цветком как ловко помогла…

— Ну ладно, еще увидимся! — подмигнула мне Ландыш, и с быстротой ветра, скрылась за деревьями. Я же, осталась сидеть на сырой земле, дожидаясь Сун Вэй.