Пола Волски - Жребий Рилиана Кру

Но как бы там ни было, — продолжил Тринс свое повествование, — годы учения закончились, и мастер Рилиан отправился странствовать. Говорили, что путешествие должно завершить его образование, но на самом деле семья просто хотела от него избавиться. Сквайр Берлиан и леди Джименти с радостью проводили его в путь, и, мне кажется, не вернись он домой, они бы ничуть не огорчились. А мастер Рилиан и не желает возвращаться, прежде чем не избавится от своей горькой доли, а может, и после этого не захочет вернуться. Вот так мы и путешествуем уже шесть месяцев, и куда бы мы ни направились, несчастья следуют за нами. Когда мы посетили Ферай, то там случилось наводнение. Пока мы находились в Виротине, пожар уничтожил герцогский дворец. Во время нашего визита ко двору Эксесскина у старого короля начались припадки. В Осуесле мастер Рилиан оказал знаки внимания даме под вуалью, которая оказалась женою Дорбидадура, и нам пришлось спасаться бегством. В Нижнем Хеце нас объявили персоной нон грата, а из Беруза изгнали под страхом смерти. Теперь мы приехали в Неронс, и кто может предсказать, что здесь случится. Но что-нибудь обязательно случится, это уж точно, друзья мои. Как вы понимаете, — подытожил Тринс, — столь длинная череда несчастий неестественна. Наиболее правдоподобное объяснение, которое я нахожу, это — проклятие. Не знаю, кто и почему наслал его на моего бедного господина, но оно существует. И когда оно потеряет силу, я сказать не могу.

Слуги смотрели на Тринса с сочувствием, смешанным с любопытством.

— Тяжко приходится твоему господину, — заметил лакей.

— И тяжко приходится любому, кто находится рядом с твоим господином, — сказал повар.

— Должно быть, он лежал в черно-рыже-коричневой колыбели! — воскликнул поваренок.

— Что? — не понял Тринс.

— Сочетание черного с рыже-коричневым означает «Посвященный несчастью», — объяснил поваренок. — Добавьте зеленую полосу, и вы получите «Особо посвященный несчастью».

— О…

— А вы не боитесь? — поинтересовалась кухарка.

Тринс снисходительно улыбнулся:

— Боюсь?

— Да, вы не боитесь, что с вами случится что-нибудь ужасное, пока вы на службе у этого несчастного господина?

— А!.. С тех пор как я у него служу, я уже дважды ломал руку, страдал нервным тиком, сидел в колодках в Виротине, мои карманы уже трижды обчищали. Но все это пустяки, я не боюсь подобных вещей. Уверяю вас, меня не так-то легко напугать. Если Бендо Тринс на службе у благородного господина, то ему не страшны никакие проклятия. Плюет он на такие нелепости! Да, Бендо Тринс смеется над ними!

— Если на твоем господине действительно лежит проклятие, тогда почему он не поищет волшебника или колдуна, чтобы тот снял с него заклятие? — спросил повар.

— Колдуны? Волшебники? Ба, да где же водятся такие существа?

— Они живут в Нидруне и правят городом Вели-Джива.

— Враки, — высказался Тринс. — Балаганные фигляры и жулики. Я даже не сомневаюсь в этом.

— Вовсе нет, дружище Тринс. Колдун Кипроуз Гевайн — наследный правитель Вели-Джива.

— Он практикует чародейство открыто?

— Говорят — да, — ответил лакей.

— Тогда почему его не сожгли на костре? — поинтересовался Тринс.

— А как это сделать? — парировал повар. — Колдун не допустит такого, верно? Если он настоящий. Сжигают других, и я готов биться об заклад, что эти-то, кого сжигают, и есть настоящие жулики.

— Может, и так, — согласился Тринс. — Но что-то мне не верится, что какой-нибудь чародей может помочь моему господину.

— Естественно, вы же скептик, — кухарка подавила смешок. — Об этом говорят ваши цвета.

— Каким образом, дорогуша?

— На вас синяя и серая одежда с медными пуговицами.

— Да, это ливрея дома Кру.

— Так вот, синий, темно-серый и медный выражают «Особое неверие второй степени».

— Правда? Вы обладаете совсем иными знаниями, чем мои земляки. А о чем говорят твои цвета, милая? Ну-ка, посмотрим: красный, оранжевый, коричневый, светло-желтые полоски, черные розочки, золотые пуговицы, голубые глазки, розовые щечки… Позвольте отгадать, что сие означает?

— Нет нужды гадать, — ответила девушка. — Они означают: «Скрытая свирепость при защите добродетели».

Дверь в кухню с силой распахнулась, влетел еще один из слуг дрива. Лицо парня полыхало от возбуждения.

— Вот-вот начнется кровопролитие! — воскликнул он. — Скривелчу Стеку придется сегодня потрудиться, доложу я вам!

Тринс мгновенно потерял аудиторию.

— О чем ты, Газ? — спросил поваренок.

— Все дело в чужеземце, в молодом господине из Трейворна. Вы не поверите, если я расскажу вам, что он натворил! Но клянусь, это правда!

— Что же он сделал?

— Слушайте! Трейворнец разоделся в темно-зеленый камзол, расшитый золотом. На нем зеленые бриджи, черная куртка с серой окантовкой, белый шейный платок и белые чулки. И перстень с огромным голубым камнем!

— Вот дурень!

— Если он думает, что Горнилардо стерпит такое, тогда он совсем не знает нашего дрива.

— Я не удивлюсь, если Скривелч быстренько обработает его.

— Молодой господин — чужеземец, — напомнила всем маленькая кухарка. — Возможно, он просто не знает, что к чему.

— Возможно, но Скривелчу Стеку это абсолютно безразлично.

— Эй, вы, погодите! — вклинился в оживленный разговор Тринс. — О чем это вы? Речь вроде идет о моем господине — Рилиане Кру. А что касается мастера Рилиана, то касается и Бендо Тринса.

— Дружище Тринс, похоже, после этой ночи тебе придется искать новую службу, — заметил один из лакеев. — Впрочем, такому бравому парню, как ты, это не составит труда…

— Довольно! — вскричал Тринс. — Моя нынешняя служба устраивает меня, и я не хочу ее менять. Так что ты говорил тут о молодом мастере Рилиане? Что он сделал не так?

— Ну, если нанесение смертельного оскорбления дриву можно определить как «сделал что-то не так», то именно это и случилось, — ответил Газ.

— Не могу поверить. Мастера Рилиана воспитывали надлежащим образом, и манеры у него безупречные. Он не мог никого оскорбить, уверяю вас.

— Его наряд, — произнес Газ.

— А что с его нарядом? На нем зеленый камзол, абсолютно новый, и портной клялся, что создал шедевр портновского искусства.

— Дело в цветах. Дрив, должно быть, вне себя.

— Послушайте, — начал горячиться Тринс, — я вижу, что вы, неронсцы, придаете большое значение цвету. Но ведь мастер Рилиан — чужеземец. Он не знает ваших обычаев, и если кого-то оскорбил, то совершенно случайно. Разве не ясно?

— Возможно, и так. Да, вероятно, так, — согласился Газ. — Видите ли, мы разумные люди и стремимся быть справедливыми. Скривелч тоже человек разумный, но он всегда следует приказу дрива. А дрив… иногда он бывает излишне горяч и никогда не прощает оскорблений. Поэтому я опасаюсь, что вашему молодому господину грозят серьезные неприятности…