Мария Митропольская - Цветы Белого ветра

Увлеченные взаимными обвинениями селяне обратили внимание на чужака лишь тогда, когда сивый конь, на котором восседал всадник, поравнялся с ними. Серо-синий короткополый кафтан всадника, неброские, но со вкусом подобранные ножны, из которых торчала поблескивающая серебром рукоять меча, сапоги, сделанные из хорошей кожи — все это подталкивало к выводу, что в Ярое пожаловал кто-то важный и не иначе как с приказом от советника. Пронзительный взгляд бесцветных глаз незнакомца скользнул по лицам замедливших шаг селян. Один из них, тот, который был моложе, заметно побледнел и остановился; что-то подсказывало ему, что этого типа следует опасаться.

Из-за уплывающего на восток облака щедро брызнули оранжевые лучи солнца. Лицо всадника выражало полное безразличие. Вести разговоры с простолюдинами он явно не собирался.

Холодный длинный коридор упирался в сложенные из светлого камня спиралевидные ступени. Сырые стены коридора скупо освещались огнем четырех зажженных витней. Мягкими, беззвучными шагами незнакомец приближался к дубовой двери с медным кольцом вместо ручки. Как давно он не был в этом замке! Впрочем, за время его отсутствия здесь мало что изменилось. Стоило руке незнакомца потянуться к кольцу, как дверь резко распахнулась, и на пороге возник хозяин замка:

— Северин!.. То есть Белозор! Не часто в наших краях увидишь мага. Ну удивил, дружище!

— Ледян, — усмехнулся маг, — будешь удивляться дальше или позволишь войти?

— Заходи! Надеюсь, не откажешься от кубка медовой бродилки? — спросил Ледян, широким жестом приглашая друга к столу.

Северин и не думал отказываться. Развалившись на ближайшем стуле он с любопытством разглядывал комнату: в черном от копоти камине потрескивали дрова, рядом с камином висели ножны, богато украшенные драгоценными камнями. Но еще большую ценность представлял облаченный в эти ножны меч, когда-то принадлежавший магу. Вторая закалка, руна кузнеца, которая делала орудие самозатачивающимся, еще одна руна — "Вода", неизменно помогающая владельцу меча находить все близлежащие водоемы. Когда-то Белозор познакомился с искусным кузнецом, который выковал ему новый, очень удобный полуручник — нужных размеров и с необходимыми в бою рунами. А тот, что в данный момент красовался на стене, перешел в пользование поляра.

Помимо меча, на стене висело несколько женских портретов и чучело огромной летучей мыши, на морде которой застыл жуткий оскал. На каменных выступах соседней стены стояло множество подсвечников с незажженными свечами, рядом с окнами — длинный, грубо сколоченный стол, за которым сидели гость и хозяин. Из узких окон было видно чистое небо, но солнечные лучи практически не попадали в комнату. В сыром воздухе витал едва уловимый аромат хвои.

Пока гость осматривался, Ледян деликатно помалкивал. Но когда Северин встал и приблизившись к камину, задумчиво уставился на огонь, тогда хозяин решил что пора бы уже и поговорить:

— Ты почти не изменился! Кстати, что скажешь про Ярое?

Повернув голову к сидящему на лавке другу, маг как-то неопределенно пожал плечами:

— Все вполне прилично, разве что народец пугливый.

— Ну да! Если кто посторонний, то действительно… Что поделать! Не в почете у нас чужаки. Повелось так — кто новый заедет — так хорошего не жди!

— Суеверие?

— Не знаю. Сам посуди…, - Ледян оборвал себя на полуслове. — Впрочем, погоди судить на пустое брюхо. Эй, обормоты, куда запропастились?

Из коридора донесся частый топот босых ног, дверь распахнулась, и в комнату вбежали двое сыновей стряпухи. Они поспешно расставили по столу принесенные блюда с едой, бочонок крепкой бродилки, кружки, миски с ложками и так же проворно выскользнули за дверь.

Белозор внимательно посмотрел на своего друга, который в тот момент разливал по кружкам веселящий кровь напиток. Лучи морщин глубоко залегли по углам маленьких водянисто-зеленых глаз Ледяна, большой продолговатый шрам, занимающий весь лоб, стал менее заметным. Борода и усы поседели, на висках тоже лежал снег.

Поляр поднял наполненную кружку:

— За встречу!

— Так что ты говорил по поводу чужаков? — Северин отметил про себя, что на вкус бродилка оказалась весьма недурственной.

— О чем? — Ледян наморщил лоб. — А! Вот, сам суди: позапрошлой весной, прямиком из Перелога сюда заезжала свора советника. Важно показывали мне бересту с росчерком, то бишь какой-то указ. Затем принялись искать неизвестно чего или кого. Я же тем временем ребят скоренько собрал на случай, чтоб успокоить чужаков, если те бузить начнут. А они тут терлись, вынюхивали, однако ж, все двери для них были на засове. Повертелись, повертелись и уехали восвояси…. А еще в прошедшую весну рыжий такой приезжал. Со мной беседы вел, до селян не опускался. "Кто таков?" — ему говорю, а он, нос задирает: "Я от советника!" "Тьфу, сопляк!", думаю! Выспрашивал, есть ли в местах наших знахари, колдуны какие? Может, видел кто непонятное? Я ему ни в какую. Говорю: "У нас захудалого травника и того нет! Как хвори-то лечить?" Да ему и наплевать на то! Засобирался быстро, сказал прислать кого-нибудь в Перелог сразу же, как в селе появится странный тип с "жутким цветом глаз". После, растудыть его, заржал как мерин, обозвал Ярое дырой и был таков!

— Занимательно!

— Ну да! Я уже тогда смекнул, что это он про тебя, Северин!

— Про меня, — подтвердил чуть захмелевший обладатель бесцветных глаз. — Снаряжай посыльного! Ручаюсь, что медноволосый посулил за поимку хорошую награду.

Ледян молча уставился на друга с таким выражением лица словно забыл что-то важное и теперь усиленно вспоминал, а когда вспомнил, разразился громким смехом:

— И правда! Это ж курвам на смех! Тот рыжий дурак не посулил мне никакой награды! А насчет посыльного ты погорячился. Кто это из наших в такую даль потащится? Это через лес-то дремучий, да кишащий бандитами! Сиди уж!

— А если бы не лес, тогда отослал бы? — Белозор изобразил на лице кислую ухмылку.

— Отослал бы… Медноволосого к лешему! — Поляр хлопнул по столу ладонью и разразился хриплым смехом, однако гость был серьезен:

— Такого не отошлешь. Хотя бы потому что он прислуживает летнесторонцам.

— Плохи дела! — Ледян вздохнул. — Никак не возьму в толк, зачем западникам, то бишь летнесторонцам, нужна смерть всех светлых и темных магов? И что может погубить таких как вы? Кстати, тот рыжий молокосос оставил мне дивный камень…

— Кристалл что ли?

— Ага! Сказал, чтобы я держал его в замке и если объявиться "тот тип", то есть ты, "камень тебя упокоит".

— Ну-ка, ну-ка! — С мага в один миг слетела вся невозмутимость, а глаза засверкали неподдельным любопытством. — Где кристалл?