Linnea - Истинный целитель

- Тетя, - тихий голос Гарри прервал ее рассказ. Хозяйка дома тут же оказалась рядом, подхватила мальчика и уложила его на двухместный диванчик у окна, укрыв тонким пледом.

- Арабелла, - чуть повысив голос, позвала она. Тут же в комнату вошла пожилая женщина, неся в руках поднос, на котором были расставлены различные баночки и склянки. Пока хозяйка занималась девочкой, что-то вливая ей в рот, Арабелла то же самое делала с Гарри.

- Мама, - жалобно донеслось до гостьи.

- Софи?! - не веря, прошептала гостья и в следующее мгновение оказалась рядом с кушеткой. На нее смотрела дочка. Глазки у девочки сияли, на щеках появился румянец.

- Я же говорила, что случай совсем не безнадежный, - улыбнулась хозяйка дома. - Вот попьете отваров, и совсем все будет хорошо. На первое время я вам дам запас, и рецептом поделюсь. Будете сами готовить.

- Боже, спасибо вам, спасибо, - гостья не могла сдержать слез, катящихся по щекам. Блондинка лишь кивнула и отошла к племяннику. Тот выглядел очень уставшим, и, скорее всего, уже просто спал. Женщина присела на край дивана и начала гладить мальчика по волосам.

- Миссис Делейн, - хозяйка посмотрела на гостью. - Прошу вас никому не рассказывать то, что вы услышали в этом доме. Мы стараемся не слишком выделяться. Вы уже знаете, что не так просто попасть «на прием» к Гарри. И не всегда лечение проходит без последствий для малыша.

- Я понимаю и не собираюсь никого к вам направлять без вашего на то согласия или без серьезной причины. А почему вы живете здесь? Вы ведь могли бы купить себе большой дом, нанять охрану…

- И привлекли бы к себе ненужное внимание, - усмехнулась блондинка. - Больше половины живущих даже на этой улице не знают, какой уникум растет рядом с ними. Многие восхищаются мной и моим мужем, возложившими на себя такой труд, как воспитание ребенка, у которого не все в порядке с головой. И лучше пусть они думают так, чем сюда повалят толпы желающих победить «неизлечимую болезнь», которая существует только в их пустых и недалеких головушках.

- Я даже не подумала об этом, - тихо произнесла гостья.

- В нашей жизни было многое, но эксплуатировать Гарри, выставлять его напоказ, как делают многие… - блондинка сурово посмотрела на женщину. - Увольте. Совесть у меня есть, да и малыш не музейный экспонат. Он человек, особенный, которому все это тоже дается не просто.

- Простите, если обидела вас, - стушевалась гостья.

- Ничего, я все понимаю, - чуть улыбнулась хозяйка дома.

- Думаю, нам уже пора, - миссис Делейн снова виновато посмотрела на блондинку.

- Я сейчас дам вам запас отваров, а также рецепт. Софи можно спокойно перевозить. Да, не устраивайте ей постельный режим. Это уже не нужно. Чем быстрее она встанет на ноги, тем лучше.

Спустя пятнадцать минут девочка была устроена в машине, а ее мама снова благодарила блондинку - тетю того, кто подарил ее дочери шанс прожить еще долгую жизнь. Она была полностью уверена, что с Софи теперь все будет в порядке. Хозяйка дома благосклонно ее выслушала.

Машина отъехала. Улыбка тут же пропала с лица Петунии Дурсль. Она развернулась и вошла в дом. Гарри спал на диване. Рядом с ним сидела Арабелла Фигг, давно уже перебравшаяся в дом номер четыре по Тисовой улице.

Как же много изменилось в их жизни пять лет назад... Первые два года пребывания малыша в доме все Дурсли постарались забыть и сделать так, чтобы мальчик не вспоминал, как с ним обращались.

Где-то в доме зазвонил телефон.

- Дом Дурслей, слушаю вас, - услышала голос мужа Петуния. - Простите, но сегодня мы не сможем никого принять. Гарри только что закончил сеанс сложного исцеления и будет просто не в силах сделать что-то еще. Да, думаю, послезавтра. Поймите, мальчику всего девять лет, ну, почти десять. И завтра день рождения нашего сына. О, замечательно. Будем вас ждать послезавтра в шесть вечера, лорд Кенингем. Всего доброго.

- Иногда мне хочется, чтобы все эти силы в малыше не просыпались, - вздохнула Арабелла.

- Слава Богу, что ты тогда решила прийти к нам в дом и все рассказать, - произнесла Петуния. - А Дамблдор… Не верю я этому старику.

- Петти, я вот думаю, может, найти учителя по магии для Гарри? - пожилая женщина чуть виновато посмотрела на хозяйку дома. - Ему ведь все равно придется поехать в одиннадцать лет в школу. Так хоть подготовим его к тому миру.

- Здесь, в Англии, нам не отыскать такого мага, который бы держал язык за зубами, - в комнату вошел Вернон. Он поднял мальчика на руки, чтобы отнести в его комнату.

- Можно попытаться за границей, - предложила мисс Фигг. - У нас есть целый год. А Гарри быстро все запоминает. Я вот все думаю, а не потому ли он такой, что в него Авада попала?

- Возможно, когда-нибудь мы узнаем ответ на этот вопрос, - вздохнула Петуния.

Глава 2. Играющий с нитями и змееуст

- Гар’ри, - француз укоризненно посмотрел на своего подопечного, который витал в облаках.

- Месье Пьер, - в учебную комнату заглянула Петуния Дурсль. - Он вас опять не слушает?

- Никак не могу понять причину его отвлеченности в последние пару дней, - вздохнул мужчина на вид лет пятидесяти. Впрочем, настоящего возраста этого мага магглы бы не назвали, поскольку выглядел он намного моложе, чем был на самом деле.

- Нити истончаются, - с потусторонней улыбкой на губах поведал им ребенок.

- Нити? - удивилась Петуния. - Какие нити?

- На доме, - Гарри перевел взгляд на тетю. Правда, осмысленнее этот взгляд не стал. - Их тут много. Синие, зеленые, белые, розовые, есть красные как кровь, черные и другие.

- Ты видишь нити магии? - Пьер Савиньи чуть не упал.

- Не всей магии. Только те, что на доме и связаны со мной, - пояснил ребенок.

- А ты знаешь, что они означают? - спросил француз. Этот малыш с первого дня поражал его своей силой, даром, высказываниями. И за все время, что он с ним занимался, а скоро будет уже год, мальчик не перестал его изумлять.

- Красные - мама. Она защищает. Розовые - тетя, дядя, Дадли, Ара, Пьер. Они помогают, они рядом. Черный - Смерть. Она пришла вместе со мной, - Гарри говорил с легкой задумчивостью и задержками между предложениями. - Белый - я. Синий - чтобы плохие маги не видели. Зеленый… - мальчик нахмурился. - Жизнь…

- Что это значит? - чуть испуганно спросила Петуния.

- Знаете, я, пожалуй, соглашусь с Арабеллой, это все Авада, - шепотом произнес Пьер. - Моя супруга права, не могло заклинание не оставить своего следа на Гарри. Что-то внутри него поменялось. И шрам - лишь физическое подтверждение. Удивительный ребенок. Уникальный.

- Сиреневый я сделал, - вдруг четко сказал мальчик.

- Что?! - на него непонимающе уставились двое взрослых.