Александр Анфилатов - Утро нового мира (СИ)

— Как вам бой? — непринуждённо спросил русоволосый.

— Бой как бой, такой как многие, — лениво ответил Ярослав, давая понять, что не сильно заинтересован в беседе.

— А по мне так ерунда, — живо возразил незнакомец, явно напрашиваясь на разговор, — больше похоже на киношные представления, чем реальный исторический бой.

Ярослава слегка задели насмешливые слова собеседника:

— Историческое фехтование имеет мало общего с подлинным боем. И к тому же, в схватке участвовало много молодых, неопытных ребят.

— Ах, так! Однако, согласитесь, реконструкторы стремятся к наибольшей исторической достоверности, а её не достичь, играя в игры.

«К чему он клонит?» — подумал Ярослав. Будучи скорее пассивным слушателем, чем отъявленным спорщиком молодой человек не смог удержаться от дискуссии. Тема, затронутая незнакомцем, слишком близка. Да и за ребят надо заступиться.

— Парни выходят друг против друга, чтобы получить удовольствие от боя, выпустить пар, но не убивать же.

— Согласен. Исключаем крайности. Однако согласись и ты со мной, средневековым воинам они не соперники.

— И, да и нет, — ответил Ярослав.

Спорные вопросы, подобно этому с регулярностью встают перед людьми каким‑то образом связанными с исторической реконструкцией. Естественно, у него имелись собственные аргументы. Повод есть — можно и озвучить. Тем более пауза между боями затянулась, а девушки со второго ряда куда‑то запропастились…

— Настоящим воинам они, конечно, не противники. Но некоторые совсем неплохи, при должной подготовке, смогли бы потягаться на равных… К сожалению, о средневековом обществе у нас сложилось слишком много, неоправданных мифов и стереотипов. К слову сказать, схватки далеко не безопасны, редко когда обходится без травм и переломов. Да ты и сам знаешь… Бывает и летальный исход. Парни машут железками не по–детски, не успел увернуться — и уже беседуешь с предками.

— Знаю, бои рискованны, но я не об этом… Неплохо бы окунуться в мир подлинного средневековья, почувствовать романтику настоящих битв и походов. Что скажешь?

— Мда–а… Многие не отказались бы очутиться в тех временах. Часок другой, прочувствовать, так сказать атмосферу… Увы, что невозможно, то невозможно. Хотя существует и другая сторона медали… Вряд ли кто‑то готов променять сытую и защищённую жизнь двадцатого века на непредсказуемое прошлое.

Ярослав улыбнулся. Сколько говорено, переговорено на тему: «вот, бы…» да «как, бы…».

— Средневековье было не столь благостно, как о нём пишут в рыцарских романах. Ладно… Ну, а если не средневековье? И вообще, как ты сам относишься к этому?

Показалось, или все же незнакомец, задавая ни к чему не обязывающие вопросы, пытался плавно подвести разговор к чему‑то более важному. Если так, то чего ходить вокруг да около?… Любопытно.

— По мне, так любое средневековье лучше того, что творится сейчас. Под колёсами автомобилей гибнет народу столько, что инквизиция отдыхает. Были тогда и войны, и эпидемии, и другие катаклизмы, но человеку из глубинки жилось тихо и спокойно, многие поколения существовали и не знали проблем.

— Зачем обязательно зацикливаться на средних веках и прошлом Земли? А что, если предположить некий отвлечённый мир? Например, другую планету?

— Мир фантазий?

— Почему бы и нет?

— Ты думаешь, там лучше?

Беседа потекла не в то русло. Ярослав было настроился на разговор на исторические темы. А тут… Да и девушки со второго ряда снова появились на своих местах. Куда только пропадали?

— Возможно, лучше. Представь себе бескрайние леса, горы, синеву озёр! Какие перспективы! Какие возможности! — тем временем увлечённо продолжал незнакомец.

— А ещё лешие, колдуны и гремлины!

— Какие лешие, откуда они там возьмутся, эти персонажи из сказок? — русоволосый все ещё пытался донести нечто серьёзное в своих словах. И абсолютно не замечал настроения собеседника. — Я тебе говорю о прериях, о чернозёмных степях!

— Вот если Воронежский чернозём! Тогда я согласен, хоть завтра! — Ярослав уже откровенно смеялся.

Глупый разговор порядком поднадоел. Да и уходить пора — впереди ждала работа, хоть какая–никакая… Похоже, схваток сегодня не видать, да и возле девчонок появились два крепких молодых человека. Облом по всем статьям…

— …Да! А дикари? — напоследок потешался Ярослав. — Без них как‑то скучно: подвиги не над кем будет совершать!

Они на пару спустились по лестнице с балкона, не спеша, пошли к выходу.

— Аборигены? Этих должно быть полно, хоть отбавляй.

Странное дело, собеседник прекрасно сознавал весь сарказм речей Ярослава и намеренно не замечал.

— Это хорошо. Будет, кому работать, так сказать, на земле. Но не слишком много, не как китайцев.

— Нет, не столько, но в достатке, — то ли уже подыгрывал, то ли все ещё серьёзно отвечал незнакомец.

Они вышли из спорткомплекса в промозглый февральский вечер. Солнце клонилось к закату, уже зажглись фонари. Неутомимый разбойник–ветер бросал пригоршни снега прямо в лицо. Приходилось отворачиваться. Колючие снежинки больно резали кожу. И тут Ярослав, поддавшись некоему порыву, сказал то, о чём впоследствии немало сожалел.

— Странный разговор вы затеяли, извините, не знаю, как вас зовут.

— Олег Николаевич, — с готовностью ответил тот, внезапно достал и протянул визитную карточку. Ярослав машинально, взял.

— Ярослав. Будем знакомы.

Знакомство получилось каким‑то скомканным.

— Так вот, Олег Николаевич, странный говорю разговор, — многозначительно продолжил Ярослав.

— Чего тут странного?

— Сами судите. Подходит ко мне серьёзный, и насколько я могу судить, обеспеченный человек. Заводит ни к чему не обязывающий разговор. Положим, здесь все нормально. Все‑таки место располагает к подобным беседам. Но потом… Этот серьёзный обеспеченный человек начинает мне греть уши какой‑то планетой, чернозёмами и прозрачными реками…

Оппонент слегка улыбался, но продолжал подозрительно молчать.

— …Не хотите ли объясниться? Раз уж я не послал вас куда подальше и все ещё стою тут, как дурак…

Олег улыбнулся широко и радушно, как будто этой фразы и ждал:

— Договорились… — и, посмотрев по сторонам, убеждаясь, что их никто не подслушивает, серьёзно продолжил:

— Дело в том, что я могу переместить человека на другую пригодную для обитания планету, или, если угодно, другой мир.

Ярослав застыл на месте, проглотив язык. Оказывается, уже битый час он разговаривает с сумасшедшим, ну или с человеком, который сильно верит в то, что говорит. Пора валить отсюда.