Александр Анфилатов - Утро нового мира (СИ)

— Ну, что скажешь, пойдёшь ко мне в работники?

Георгий замялся, неуверенность отразилась на лице и движениях, он снова отвернулся.

— Оно, конечно, можно, но у меня двое детей, куда их деть?

— Ну, а жена, тоже без работы?

— Работала ткачихой на фабрике, будет год, как ту закрыли.

— Чем же вы живёте?

— Что украду, тем и живём, — ответил Гера жёстко, с раздражением в голосе.

Тут в голову Ярослава пришла мысль:

— Слушай, Гера! — и хлопнул его по плечу, — идея! А давай, я всех вас с собой возьму! Мы с тобой по лесу будем шастать, приборы таскать, а жена твоя — готовить, стирать, в общем, хозяйство вести, и детям бесплатный пионерский лагерь.

Ярослав понимал, что гнусно обманывает человека, но ведь они ещё никуда и не едут. Геннадий усмехнулся:

— Она не поедет, она в жизни никуда не ездила.

— А ты уговори, обрисуй перспективы. Оплата, мол, хорошая, работа всего на три месяца, летом. Чего без работы сидеть? А тут развеешься, проветришься, и вообще — охота, рыбалка. Рыба, там знаешь какая — в руку длиной!

Гера снова усмехнулся:

— Какой из неё охотник? Но попробовать можно.

Собутыльник уже клевал носом, было довольно поздно. Налили ещё, чокнулись.

— Ну, за успех нашей экспедиции, — выпили, крякнули, закусили.

— Согласен со мной ехать? — напрямую спросил Ярослав.

Тот кивнул уже дремая. Ярослав перетащил спящего на топчан, что стоял в вагончике. Уложил. Тому хватило двух рюмок. Комплекции был лёгкой, много ли такому надо.

Ярослав сел за стол, допил остатки водки и задумался: «Оно, конечно, шутки шутками, но одному к этому Олегу соваться не следует — мягко стелет, а вот, как спать на его постели будешь, неизвестно. Одному сподручно — становишься более мобильным, Георгий с семьёй может связать по рукам и ногам. За детьми следить надо, постоянного ухода требуют, лекарств, врачей, магазин под рукой, аптеку. Ну, пока никто никуда ещё не едет, а я рассуждаю, как будто уже согласился. А главное, куда он звал? Как вспомнишь, так вздрогнешь. Нет, никуда не поеду. У меня работа, квартиру, как оставить — сестра убьёт, если я квартиру оставлю без присмотра хоть на месяц».

В Москве жил в квартире сестры, та, в свою очередь, на родине, в Вологде, и не приезжала сюда совсем с тех пор, как от неё сбежал муж, точнее, пропал бесследно. От него и осталась трёхкомнатная квартира, в которой жил сейчас Ярослав. В Вологде был дом, оставшийся от родителей, который сестра сдавала внаём и тем кормилась со своей дочерью Анютой. В Москве у Ольги работы не было, и жить здесь она не хотела. Говорила, на душе от столицы некий осадок и ноги её здесь больше не будет. Ольга приходилась Ярославу двоюродной сестрой, её мать тёткой, а Анюта, соответственно, племянницей. Так он неспешно размышляя уснул.

Разбудил настойчивый стук в дверь. В окне забрезжил рассвет, было восемь утра. Шёл снег, ветра не было. Ярослав слегка потянулся. Стук раздражал.

— Хватит стучать, Файзуло, — гаркнул, чтоб слышали за дверью, — я уже проснулся, сейчас открою.

Вышел на улицу. Сменщик, не говоря ничего, юркнул в вагончик, спустя мгновение послышался его недовольный голос.

— Всё выжрал, алкаш. А это кто у тебя?

Ярослав вернулся в вагончик, стал собираться домой.

— Мой дружбан.

— Убирай его отсюда, всё выжрали, козлы.

Файзуло неплохой человек, даром, что нацмен. Прекрасно говорил по–русски, в отличие от своего хозяина. Хороший друг, никогда никого не закладывал. Был грех — любил выпить. Сейчас он сильно расстроен: выпита и его заначка.

— Не мельтеши, Файзуло, будет тебе к вечеру пойло, — стащил медленно просыпающегося собутыльника с топчана, вытолкал на улицу, надел на него шапку. Тот не проявил ни малейшего сопротивления или неудовольствия, спокойно сел в машину.

— Пивка бы! — Гера смотрел, осоловело, голос дрожал.

— Будет тебе пивко, — уверенно пообещал Ярослав. У самого похмелья никогда не было. Он не знал этих проблем, и сейчас чувствовал себя не выспавшимся, но трезвым. Морозный воздух бодрил. Погода стояла замечательная, светило раннее солнышко, не хотелось думать ни о чём плохом. Сделав несколько глубоких вдохов, почувствовал наслаждение. Сел в машину. Поехали. По пути в киоске взяли бутылку пива, Георгий пил жадно, стараясь выпить побольше дармового. Они долго петляли по окраинам, стояли в пробке, наконец, добрались до старой хрущёвки, недалеко от МКАДа. Какой‑то старый заводской посёлок, теперь обстроенный со всех сторон.

— Ну что, Гера, помнишь моё вчерашнее предложение? — деловито поинтересовался Ярослав, остановив машину, упираясь в неубранный сугроб.

— Помню, — безразлично согласился тот, отворяя дверь и с трудом вылезая.

— Согласен на меня работать или искать другого?

— До лета далеко, — уклончиво хитрил субъект, не соглашаясь и не отказывая.

— Мне нужно твоё предварительное согласие, если ты за, буду иметь в виду, если нет, ищу другого. Ты за?

— Я согласен, — ответил прижатый к стенке Геннадий, — но надо подумать, — неуверенность сквозила в его словах.

— Думай. У тебя три месяца на раздумья, времени хоть отбавляй. Я тебя сам найду, — хлопнул дверью и уехал.

Глава 3

На среду была намечена поездка к Олегу. Среда — выходной, самый подходящий день для операции. В конце концов, интригу надо раскрыть, и выяснить, в чём дело. Любопытство раздражало и задевало всё сильнее. Что делать — он таков, каков есть. Обнаружив нечто интересное, обязательно сунет нос не в своё дело, хотя и с риском прищемить.

Что потеряет, если съездит и послушает? Не попадёт же под гипноз и не пойдёт, как крысы за крысоловом. Всегда можно отказаться от подозрительных предложений.

Терзаемый сомнениями, Ярослав вертел в руках визитку с реквизитами злополучной фирмы. Наконец, решившись, толкнул тяжёлую скрипучую дверь. Обширная территория бывшего авто–предприятия, явно поделённая на множество мелких шараг, в прошлом принадлежала крупному заводу. Завалы полуразобранных автобусов и битых грузовиков — это автосервис. Реклама же «Добрые окна» чётко указывала направление — налево. Пошёл по стрелке, минуя: боксы, многочисленную рекламу всякого барахла, снующих покупателей и гружёных добром «Газелей». К дальнему вагончику с уже знакомой вывеской. Фирма далеко не зажиточная. Возможно, только воздух и продают или деньги отмывают. В стороне припаркован серый «Пассат», значит, хозяин должен быть на месте.

Изнутри офис блистал чистотой и порядком. Опрятно одетые девушки–менеджеры вели вежливые беседы с посетителями. Покупателей в достатке, но и очереди нет. Никто не суетился, все при деле. Первое впечатление складывалось благоприятное.