Гай Юлий Орловский - Небоскребы магов

Ознакомительный фрагмент

— Как мило, — проговорила она и оглядела меня так оценивающе, словно раздела взглядом, подумала и снова одела, — вы становитесь…

Она взглянула вдоль коридора, быстро оглянулась и, потянув дверную ручку на себя, впихнула меня в свою комнату.

— Не хочу, — объяснила она, — чтобы нас видели… так близко друг от друга. Вы давно меня заинтересовали, глерд…

Она в самом деле ко мне настолько вплотную, что чувствую ее тело, но я же дурак и простофиля из медвежьего края, поспешно отодвинулся, чтобы не стеснять высокородную глердессу.

— Госпожа Карелла, — проблеял я и сконфуженно шаркнул ножкой, — я так стесняюсь, так стесняюсь… Я же знаю, что я ничем не интересен, как вон знатные и знатнейшие глерды…

Она пренебрежительно отмахнулась.

— Они всего лишь глерды, а вы, Юджин, мужчина! И чем–то волнуете меня так странно, что все мое женское естество пришло в какое–то странное состояние…

Я сказал с простодушным изумлением:

— Госпожа Карелла, вы так по–столичному изъясняетесь, что я ничего не понял. Я же медведистый, у нас в лесу как–то все иначе…

Она сделала ко мне крохотный шажок и спросила игривым голосом:

— А как у вас?

— У нас просто, — ответил я и шмыгнул носом, — как сгреб, так и… в общем, без ритуалов. Мы же простые…

Она звонко расхохоталась, запрокидывая голову, чтобы я лучше рассмотрел ее зовущий рот и крупные сиськи.

— Забавно, забавно… Юджин, вы же глерд теперь! Вам нужно учиться придворному этикету. В том числе и ритуалу ухаживания за женщинами.

— Не могу, — признался я. — Туповат что–то. Это все так сложно для человека из медвежачьего леса!

Она призадумалась, сказала с улыбкой:

— Ну, если у вас не получится с ритуалами, то что ж… мужчинам нужно идти навстречу. Если в вашем медвежьем лесу кто кого сгреб, то можно и по вашему местному ритуалу, надо уважать обычаи.

Она снова в моем личном пространстве с ее мощными феромонами, у меня голова начала пугающе быстро пустеть, а сердце стучать чаще. Взгляд ее говорил, что можно и сейчас, раз уж я не уверен, что смогу соблюсти столичные ритуальные пляски; я постарался сделать морду еще глупее, сказал поспешно:

— Нет–нет, не хочу казаться дикарем! Я уже осваиваю столичность. Уже знаю, некультурно хватать сразу за жо…у, надо сперва познакомиться, а уже потом за жо…у!

Я постарался смотреть гордо, дескать, вот уже знаю одно из правил, так что совсем скоро запомню их все, и она сказала с натянутой улыбкой:

— Ну да, конечно, но не надорвитесь! Я же говорю, если не получается, то мы, женщины, должны входить в ваше положение настоящих мужчин, которым не до ритуалов…

Дверь приоткрылась, заглянула одна из фрейлин, сказала страшным шепотом:

— Королева прошла к себе!

Я поспешно отступил на шаг.

— Простите, бегу. Ее величество сказали, что без меня совещание не начнут. Еще раз простите…

Когда выбегал в коридор, чувствовал на себе взгляд Кареллы. Если королева без меня не решается начать совещание, то надо мною заняться плотнее и чтобы уже не вырвался.

Слуга у двери кабинета королевы сделал навстречу мне страшные глаза и прошептал так, что это было похоже на шипение большой злой змеи:

— Ее величество уже изволили прибыть!

— Одобряю, — ответил я.

Он увидел, что я нарочито замедляю шаг, и с неохотой распахнул передо мной дверь. Я перешагнул порог, довольный микроскопической победой над лакеем, сообразил, какова ее весомость, и озлился на себя и мир — что–то мельчаю.

Королева, опустив голову, что–то быстро пишет на большом листе, тот норовит свернуться в трубку, а Мяффнер придерживает края. На меня в кабинете демонстративно не обратили внимания, только Брандштеттер окинул презрительно–ироническим взглядом.

— Добро пожаловать, глерд! Вы опоздали, но… будьте как дома!

— Быть повсюду дома, — ответил я — могут только короли, девки и воры. Уж не знаю, к какой категории вы меня относите, но… сами вы себя кем считаете? Королем?.. Вроде еще не король, хотя про ваши хотелки поговаривают… Тогда остаются…

Он нахмурился.

— Глерд, это дерзко…

— А приглашать вот так, — возразил я, — когда здесь ее величество — это как? Слышал как–то в своем королевстве, что королева — это женщина, которая правит королевством при наличии короля и которой правят, если король отсутствует. Интересный взгляд, не правда ли?

Иршир и Джуэл с неудовольствием переглянулись: я в их огород бросил не камешек, а валун.

— Это в вашем королевстве, — отрезал Брандштеттер, — а у нас ее величество королева правит, однако прислушивается к мнению ее верных слуг и помощников.

— Слуги не могут быть помощниками, — обронил я, — но ладно, это опустим. Я тоже, как и вы, посчи–тал было, что королева у нас дура набитая, раз уж такая красивая, но быстро убедился, что у ее величества ума, как у стада слонов… это такие большие звери, что все помнят и ничего не забывают.

Королева, не отрывая взгляда от бумаги, прервала резко:

— Глерд Юджин, сядьте! Разговор о серьезных, вещах, а не о том, кто из вас кого переспорит. Глерд Мяффнер?

Мяффнер выпрямился и, отвесив обязательный поклон королеве, заговорил быстрым и почти заискивающим голосом:

— Как вы уже знаете, над королевством нависла угроза войны. Король Антриас, испробовав все средства, решил все–таки вторгнуться в наши земли. Потому сейчас перед всеми нами стоит вопрос: как реагировать?

Глерд Иршир произнес многозначительно:

— Я слышал, герцог Ригильт тоже пришлет свою армию в помощь королю Антриасу? В Опалоссе она почти не уступает по численности уламрийской…

Королева бросила в мою сторону быстрый взгляд.

— Глерд Юджин?

— Не пошлет, — сказал я.

— Почему? — потребовал Иршир. — У вас какие–то особые сведения?

Я покачал головой.

— Присутствующий здесь глерд Финнеган наверняка сообщил о тяжелом ранении герцога Ригильта.

— Он сообщил о ранении, — уточнил Иршир. — Но насколько оно тяжелое?.. Может быть, герцог вообще не ранен? Вдруг это какая–то королевская уловка?

Королева остро взглянула в мою сторону, я пробормотал:

— Все может быть… Но я склонен верить его величеству королю Антриасу, который известен прямо–той и честностью. Если он сказал в морг, то… Я имею в виду, что если герцог ранен, то ранен серьезно. Сам герцог, думаю, будучи воинственным и отважным человеком, не стал бы обращать внимание, если бы ему просто прищемили пальчик. Если сообщили о ране, то это действительно она самая. Нелегкая, если можно так сказать о ране.

Иршир раздраженно дернул щекой.