Гай Юлий Орловский - Небоскребы магов

Ознакомительный фрагмент

Она поморщилась.

— Второй слишком сложный.

— А первый чреват боком, — ответил я. — Хотя и не знаю, что это, но чревато. Боком. Как–то вот так.

— Глерд, не отвлекайтесь!

— Простите, ваше величество, — сказал я с раскаянием, — это вечная беда сложных и гениальных на–тур — отвлекаться на то, что может улучшить мир. Дело в том, что у шпионов существуют особые знаки на этот случай. К примеру, он напишет письмо королю Антриасу под вашу диктовку, а король получит и увидит, что в семнадцатой букве хвостик повернут не в ту сторону. Понимаете? Этим тайно сказано, что он пишет под угрозой смерти и верить этому посланию нельзя.

Она посмотрела на меня в изумлении.

— Глерд… вы что, сами были таким шпионом?

— Ваше величество, — ответил я скромно, — обижаете… почему не предположить, что я руководил подобными службами? Или даже теми, кто ими руководит? Но сейчас обсуждаем, как повернуть ситуацию здесь и сейчас, вы не против?

Она некоторое время молчала, на лицо набежала тень, через минуту сказала тем же твердым голосом:

— Хорошо, глерд. Разработайте… как это будет.

— Уже, — ответил я добро. Она взглянула с непониманием, я пояснил: — Это же лехко!.. Мы пройдем в ваш кабинет, я вам буду рассказывать, что проделано, а вы хмурьтесь, но одобряйте.

Она спросила с настороженностью во всем облике:

— Почему именно в моем кабинете?

— Там в стене дырка, — сообщил я. — Через нее вас слушают, но, думаю, могут и подсматривать, хотя это рискованно.

— ЧТО-О?

— Стена с гобеленом, — пояснил я, — где здоровенный такой мужик насел с какой–то непонятной мне целью на такую же здоровенную свинью, помните?

Она ответила сухо:

— Это не мужик, а благороднейший король Джоннер Фоум, мой прапрадед! И насел не на свинью, а голыми руками схватился с Эварским Вепрем, ужасом тех земель!

— Это неважно, — ответил я небрежно, но увидел ее темнеющее от гнева лицо, сказал поспешно: — Хотя то был великий подвиг, я приношу королю свои извинения!.. А художника стоило бы выдрать за картину, которую можно толковать столь вольно… Запретить свободу творчества!

Она прошипела:

— Никто не толковал, только вы!..

— Ваше величество, — сказал я умоляюще, — давайте вернемся к важным делам королевства?.. А то, что во всем вашем королевстве только я один такой честный и замечательный, пока оставим. Я скромный до наглости.

Она медленно перевела дыхание.

— Я вас ненавижу, глерд. Если бы вы не были так необходимы, я бы вас…

— Придушили бы собственными руками?

Она посмотрела несколько озадаченно.

— Что за дикие мысли? Я королева!.. Вас бы казнили на заднем дворе, а я любовалась бы с веранды и сыпала лепестки роз. Значит, вам только поддакивать?

— Без охоты, — подсказал я еще раз. — Я буду говорить неприятные, но необходимые вещи. Государственные все такие. Не хочется, а надо.

— А о чем именно?

Я развел руками.

— Ваше величество, если будете знать заранее, то можете не сыграть правильно. Хотя известно, что все женщины прирожденные актрисы, но вы так уже привыкли, что это перед вами актрисничают, а вы только повелеваете…

Она прервала:

— Хорошо, мы пока переговорим с глерд–канцлером, а вас вызову к себе через полчаса.

— Объявите по двору, — подсказал я, — что ищете меня. По важному делу. Кстати, в кабинете не щупайте гобелен и вообще не смотрите в его сторону. Представьте себе, что вы — женщина, и постарайтесь обмануть обманывателя… Нет–нет, не вставайте, я еще не все изложил!.. Иначе чего бы договаривался о тайной встрече? Кое–что узнал в Уламрии такого, что не хотел говорить в присутствии членов Тайного Совета.

Мяффнер тяжело вздохнул.

— И тоже что–то неприятное?

— Это как повернуть, — ответил я. — Король Ан- триас не сразу вторгнется в Нижние Долины. На самом деле его цель вовсе не ваше королевство, ваше величество. Он действительно великий король и смотрит в будущее. Ему нужен выход к морю!..

Они переглянулись, я даже заподозрил, что сами нечто подобное обсуждали в тесном кругу, но сейчас ни королева, ни ее глерд–канцлер не подали виду.

Мяффер спросил с сомнением:

— Откуда такие сведения?

Я посмотрел с укором.

— Глерд–канцлер, зачем вам, такому великому государственному деятелю, не побоюсь сказать это недвузначное слово, знать такие мелочи?.. Узнал и узнал.

Королева сказала резко, но негромким голосом:

— Но все равно вторгнется, какая разница?

— Есть разница, — сообщил я. — Он будет просить свободного прохода через ваше королевство. Я даже верю, что строго–настрого прикажет своим людям идти только по выделенным вами дорогам, чтоб никакого бесчинства. Ему важно сохранить армию, чтобы ударить по Дронтарии всей мощью!

Королева проговорила негромко:

— Это очень серьезное заявление. Но… насколько оно…

— Подкреплено? — спросил я. — Ваше величество, этого не знаю, честно. Могу добавить только, что получил я его… на самом высоком уровне. На самом.

Мяффнер спросил с недоверием:

— Что…

— Выше не бывает, — заверил я.

Мяффнер покачал головой, с лица сомнение все еще не уходит, но в глазах уже стальной блеск, которого у глерд–канцлера раньше не замечал.

— Как вы смогли… Да–да, вы правы, это не мое собачье дело. Ваше величество, я бы рискнул этому ша–лопаю поверить.

Она проговорила задумчиво:

— Это достаточно логично. Мы уже догадывались о стремлении короля Антриаса выйти к южному морю…

Я с сочувствием посмотрел на несчастного Мяффнера: не любит он такие ситуации, ему бы рулить счастливым королевством, у которого нет проблем, но, понимая жизнь лучше других, преодолевает себя и находит такие разумные решения, какие не нашли бы орлы, смело готовые решать любые проблемы.

— Ваше величество, — сказал я, — если вы решились пока что не казнить вашего глерд–канцлера, то скажу при нем, если позволите.

— Позволяю, — обронила она сухо. — И, глерд, серьезнее.

— Ваше величество, — сказал я, — а почему не рассмотреть вариант более тесного взаимодействия с королем Дронтарии?

Ее лицо напряглось.

— Глерд…

Голос мог покрыть льдом и превратить в сосульки жарко пылающие поленья в камине, я заговорил быст–ро, пока она не прервала:

— Я говорю не о браке, ваше величество, ну что вы на нем так зациклены? Это наводит на мысли… Король Антриас намерен захватить Дронтарию врасплох, как вы уже поверили, но если предупредите его величество Астрингера о планах короля Антриаса, то Астрингер…

— Король, — сказала она холодно; я посмотрел с недоумением, она зло повысила голос: — Его величество король Астрингер!