Грязная Гарди (СИ) - Вера Александровна Петрук

Свет из окна неожиданно резанул по глазам, и Гарди вздрогнула — час пролетел незаметно. Она прилипла к стеклу, намереваясь не пропустить ни малейшей детали своей новой жизни, но мимо поезда проносились лишь ели. Наверное, там были и другие хвойные деревья, но Гарди со школы знала, что с иголками вместо листьев — это определенно, елки, а что до других деревьев, то запоминать их ей всегда было сложно. Первым делом куплю энциклопедию и буду читать по странице в день, решила девушка. Ей вдруг захотелось стать не только красивой, но и умной.

Она принялась листать путеводитель, намереваясь выискать что-нибудь о местных деревьях, как дверь купе распахнулась.

— Ты одна? — хамовато спросила высокая девица в ярком красном пальто, которое слишком плотно облегало рослую фигуру. — Я из соседнего купе, у меня там полка обвалилась, проводник разрешил к тебе подсесть.

— Я одна еду, — насупилась Гарди, специально выкупившая все места в купе, чтобы насладиться одиночеством, которое в прошлой жизни было недоступной роскошью.

— А теперь с соседкой, — осклабилась девушка и плюхнулась на сиденье напротив. — Расслабься, всего полчаса до станции. Ты же в Голубом Ключе выходишь, верно?

Гарди нехорошо прищурилась, но осадить нахалку не успела.

— О, мой бог! Да я же тебя знаю! — закричала девица и, сняв черные очки, загораживающие ей пол-лица, принялась тыкать ими в Гарди. — Как ты здесь оказалась? Ты меня преследуешь?

— Могу задать тот же вопрос, — процедила Гарди, тоже узнавшая попутчицу. Настроение, витавшее в облаках счастья, покатилось вниз, да с такой скоростью, что быстро нагнало тоску, еще не успевшую далеко уйти и вернувшуюся в один миг.

— Я местная, — с гордостью ответила Кровавая Сальвия, — а вот ты — точно не из наших.

Она ткнула в Гарди пальцем с ярко накрашенным ногтем, и той пришлось сжать зубы, чтобы сдержать эмоции. Плохая привычка, с которой следовало расстаться. Зубы надо было беречь. Но как тут перейдешь к здоровому образу жизни, когда эта самая жизнь постоянно подкидывает испытания. Встреча с Кровавой Сальвией в одном купе было тем еще вызовом судьбы.

— Расслабься, — ухмыльнулась девица, прочитав мысли Гарди на ее лице. — Я с работой завязала. У меня в Альбигштайне свой бизнес, хочу к нему вернуться. Цветы и украшения для королевской семьи — звучит круто, правда? Между прочим, у меня эксклюзивная лицензия. Если нужен будет букетик, обращайся. А тебя что сюда принесло?

Гарди мрачно уставилась в окно, не желая поддерживать беседу со вчерашней противницей. И совать нос в свои дела она тоже не позволит.

— А, — протянула Сальвия понимающе, — наследство. Что ж, поздравляю, редкостная удача. Земля в Голубом Ключе дорогая, хватит и на квартиру в центре, и на машину, и даже на мои услуги. У меня муж занимается городскими домами, обращайся, не подведу. Подберем квартирку, что надо.

Гарди досадливо спрятала среди бумаг не вовремя выглянувший лист нотариального документа с большим титулом «Наследство». Однако слова нежеланной соседки ее удивили. Не верилось, что у такой женщины, как Сальвия, мог быть муж. Интересно, как он выглядел? Такой же доминант, как супруга, или наоборот, тряпка, которой она протирала обувь? Только ради этого стоило воспользоваться предложением — посмотреть на ее мужика. А потом написать бывшим коллегам, а еще лучше прислать фото, чтобы потрясение было не только у нее.

Гарди поймала себя на мысли, что по-прежнему думала о работе, о коллегах, о Старом Городе большую часть времени. С этим нужно было что-то делать.

Поезд дернулся и начал тормозить. Приближалась станция «Голубой Ключ» и ее новая жизнь. И тогда Гарди заставила себя сделать то, на что Грязная Гарди из Старого Города была просто не способна. Она улыбнулась Кровавой Сальвии.

— Спасибо, я подумаю. У тебя есть визитка?

— Конечно, дорогая, вот, возьми, — девица протянула тонкий кусочек картона, пахнущий фиалками. — Только учти, телефонной связи в твоем поселке нет, разве что на станции. Там вообще с цивилизацией плохо. Лет десять назад в местных лесах нашли какой-то ценный минерал, который настолько важен, что во всем округе запретили использование технологий. Его для биотоплива используют, но я в этом ничего не смыслю. Раньше королевство закупало топливо у соседних стран, а последние десять лет живет на свои ресурсы. Никаких машин, водопровода, интернета, электричества, кстати, тоже нет. Твой путеводитель еще об этом не знает, его выпустили до того, как нашли «золотое молоко» — так тот минерал называют. Кто видел, говорят, что выглядит очень мерзко. Думаю, в Альбигштайн ты приедешь очень скоро.

Гарди присвистнула.

— Ну и дела. Адвокат мне ничего не сказал. Мало того, что это на краю света, так еще и без удобств? Почему же земля так дорого стоит?

— Голубой Ключ входит в число трех областей, где продажа земли вообще возможна, — терпеливо объяснила Сальвия. — Вся остальная территория принадлежит королевской семье, и за ее аренду ты будешь платить такие деньжищи, что люди, мечтающие о фермерстве, предпочтут купить свой клочок земли, пусть и дорого. А так как первые две области закрыли эту опцию еще год назад, то остался только Ключ. Твое наследство купят уже на вокзале.

— Ваша остановка, — в купе заглянул проводник, и Гарди поднялась. Багажа у нее не было, в новую жизнь она собралась налегке.

— До скорой встречи, — кивнула ей Кровавая Сальвия, и Гарди кивнула в ответ. Возможно, новая жизнь уже началась, ведь в прошлом подобный разговор никак не мог состояться.

— Держи!

Гарди уже выходила, когда Сальвия кинула в нее книгу. Девушка поймала том на лету и взглянула на обложку. «Мифы и правда о нечистой силе» было выведено золотыми буквами на черном фоне.

— Я ее уже прочитала, а тебе в Голубом Ключе она пригодится, — Сальвия подмигнула, — вдруг ты захочешь там задержаться?

Так Гарди и вышла — с двумя книгами в одной руке (путеводитель, хоть и старый, она решила забрать с собой) и маленькой сумкой с документами в другой. Заканчивался май, но в Старом Городе он всегда был похож на март, поэтому по привычке она взяла с собой теплый плащ, под который надела свитер и плотные брюки. Гарди была мерзлявой и предпочитала немного попотеть, чем потом мерзнуть. Однако легкий ветер, погладивший ее по лицу на перроне, был настолько теплым, что Гарди впервые пожалела о том, что в ее гардеробе никогда не было платьев. Воздух пах травой, солнцем, летом. В таком мире нужно ходить либо в платье, либо вообще нагишом.

Она была единственной пассажиркой, покинувшей поезд