Вольфганг Хольбайн - Возвращение колдуна

Станислас с трудом поднялся, левой рукой потер затылок и поочередно посмотрел на Говарда, на своего брата и снова на Говарда. Было видно, что он напряженно думает.

— Пять минут, — наконец выдохнул он. — И ни секунды больше.

Говард облегченно вздохнул.

— Боюсь, что наш рассказ займет немного больше времени, — начал он. — Но возможно, этого времени хватит для того, чтобы убедить вас, что мы на самом деле не ваши враги, мистер Коэн. А совсем наоборот.

Подозрительность в глазах Станисласа вспыхнула с новой силой.

— Что все это значит? — настороженно спросил он.

— Это значит, что нам нужна твоя помощь, Стэн, — сказал Коэн.

Младший брат рассмеялся, но смех его был не очень веселым.

— Моя помощь? — спросил он. — В чем? Ты меня снова хочешь упрятать в сумасшедший дом или на этот раз тебе в голову пришло что-то поинтереснее?

Коэн нервно сглотнул, но не стал ввязываться в спор. После долгой паузы его брат снова обратился к Говарду.

— Одна минута уже прошла, — напомнил он. — Поторопитесь, если хотите успеть.

Говард шумно вдохнул и начал рассказывать.

Пять минут превратились в час, а наша беседа все еще продолжалась.

Станислас Коэн провел нас по лестнице и пыльному коридору на второй этаж, где после целого ряда неухоженных помещений мы оказались в комнате, похожей на библиотеку. Здесь мы сейчас и находились. Фрэд, седовласый дворецкий Коэна-младшего, принес чай, и хозяин дома даже не запротестовал, когда Говард после чая раскурил одну из своих дурно пахнущих сигар.

Говард и я по очереди рассказали ему почти все, что нам пришлось пережить, — начиная от неудавшегося нашествия крыс на мою библиотеку и нападения на карету леди Одли и заканчивая атакой крысиной армии, которую вместе с нами наблюдал и сам Коэн-старший. Единственное, о чем мы намеренно умолчали, — это врата, через которые пришли крысы, а также все, что было связано с ДОИСТОРИЧЕСКИМИ ГИГАНТАМИ. Станислас все время задавал нам вопросы, пытаясь вникнуть во все мельчайшие подробности, и при этом ни разу не сделал даже намека, что не верит ни одному нашему слову.

— Так, значит, это и есть причина, по которой вы пришли ко мне? — спросил он после того, когда мы наконец закончили.

Говард, устало вздохнул, потушил свою сигару, правда, только для того, чтобы тут же раскурить новую. В глазах Станисласа светилось смешанное выражение ужаса и едва скрываемого торжества, когда он посмотрел на своего брата.

— Поэтому ты и привел их сюда! — воскликнул он.

Вильбур кивнул. Его движение было каким-то вымученным, как будто оно стоило ему невероятных усилий.

— Да, — только и сказал он.

— Неужели ты все-таки поверил мне? — вызывающе спросил Станислас.

— Я не говорил этого, Стэн, — угрюмо заявил Вильбур. — И если хочешь знать, я скажу тебе честно: я не верю ни в какие оккультные бредни…

— Как, например, в людей с крысиными головами? — язвительно вставил младший брат, но Вильбур продолжил еще более резким тоном, чем до этого:

— Я верю только в то, что я вижу собственными глазами. В данном случае это были крысы, совершенно обычные крысы, которые неожиданно вылезли из своих нор и напали на людей.

— И как ты себе это объясняешь?

— Никак! — гневно выпалил Вильбур. — То, что я здесь, ничего не меняет в наших с тобой отношениях. Я по-прежнему думаю о тебе то же самое, что и раньше. — Коэн-старший до боли сжал кулаки. — Черт возьми! Я отвечаю за безопасность этого города и его жителей, и это все, что меня интересует на сегодняшний день. Да, я видел, как крысы напали на людей, очень много крыс, и понял, что существует опасность повторного нападения.

— Роберт уверен в этом, — с печалью в голосе вставил Говард и выразительно посмотрел на меня.

Коэн наградил Говарда злым взглядом и продолжил:

— Возможно, это не что иное, как просто массовая истерия среди животных. Но возможно, они больны, и поэтому все может повториться. Необходимо найти места скопления этих тварей и изгнать их или уничтожить.

— Ваш брат считает, что вы сможете помочь нам в этом, — сказал я.

Стэн Коэн пристально посмотрел на меня, а потом перевел взгляд на брата.

— Дело, должно быть, очень серьезное, раз ты решился прийти ко мне, Вильбур, — тихо произнес он.

Коэн-старший кивнул.

— Так оно и есть. Я прошу тебя всего лишь о временном перемирии между нами, пока это дело не будет улажено. Но хочу сразу предупредить: я ничего не обещаю тебе.

— Вы можете помочь нам? — быстро спросил Говард, пока обстановка не накалилась еще больше.

Мне показалось, что Стэн даже не услышал слов Говарда, так как продолжал в упор смотреть на брата. Но затем он кивнул и, указав нам на дверь, расположенную в боковой стене библиотеки, жестом пригласил следовать за ним.

Когда Станислас Коэн открыл дверь и отошел в сторону, пропуская нас вперед, я сразу понял, почему его брат привел нас в этот дом.

Помещение, в котором мы оказались, было чем-то средним между книгохранилищем, лабораторией и мастерской, где царил самый настоящий кавардак. Почти всю комнату размером тридцать на тридцать шагов занимали столы различной высоты, на которых в полном беспорядке лежали книги, бумаги, стояли стеклянные колбы и реторты, клетки из проволоки и стекла, керамические горшки, сундучки и непонятные опытные установки. Даже на полу был такой беспорядок, что негде было ногу поставить. А еще в воздухе висел неприятно резкий, едкий запах. Запах крыс.

В этой комнате не было ничего, что не имело бы хоть какого-то отношения к крысам. Книги, стоявшие целыми стопками на столах и под столами, были посвящены этим животным. На клочках бумаги, разбросанных повсюду, были схематические изображения серых грызунов. В клетках тоже находились живые и мертвые крысы. Некоторые зверьки лежали на столах наполовину разрезанные и, судя по запаху, уже начали разлагаться или же еще бились в опытных установках, о назначении которых не стал гадать даже Говард.

— Это… очень интересно, — помедлив, сказал я.

Коэн-младший присвистнул и, не скрывая сарказма, повторил, словно передразнивая меня:

— Интересно? Признайтесь, вы, наверное, хотели сказать, что все это — безумие, не правда ли?

Он зло рассмеялся, когда я взглянул на него с виноватым выражением лица и попытался убедить, что у нас на этот счет другое мнение. Но Стэн не слушал меня.

— Мой уважаемый брат, — продолжил он, — считает меня полностью свихнувшимся. И за последние десять лет он не оставлял своих попыток доказать всему обществу, что мое место в сумасшедшем доме. Но все, что вы здесь видите, правда! — Он взволнованно обвел комнату рукой. — Вы думаете, что я сумасшедший, да? Вы думаете, я вам не верю? Я слишком хорошо знаю, что вы правы, будь оно все проклято.