Вадим Климовской - Марш Обреченных. Финал

Метели как не бывало, а последствия очевидны: дорогу, коей и так не было, замело нещадно и основательно. Рыжик по ориентирам и Золотой Рудне определил дальнейший маршрут. Золотая нависла над нами исполинской громадой. Ее вершины цепляли бархатистые, темно-серые облака. Погода ближе к центру Свергилля становилась придирчивой и пакостной.

К развалинам добрались ближе к обеду и естественно устроили разведывательный привал. Я глазел во все зырики, теряясь в догадках, чем раньше могли представлять собой те неказистые, грубо сколоченные с деревянных брусьев строеньица, превращенные непогодой и гоблинским отродьем в развалюхи?

Никто не спешил мне объяснять. Да и времени у нас на объяснения практически не было. Площадку до бывших комендантских построек и солдатских бараков повседневно прочесывали твари гоблинов, конечно не понятно с какой целью: может ради утехи, а может ради охоты? Что или кто кроме перечисленных тварей мог обитать в этом препаршивом крае, осталось для меня загадкой? Но факт остался фактом — нечисть рыскала в поисках съестного и охоты.

Рыжик с отошедшим после волшбы Борнасом планировали и взвешивали, Рейван дулся и высасывал очередной план прорыва к штольням, будто из пальца, а я с оставшимися отрядовцами в какой-то злосчастный, сиюсекундный миг отрезвлено, парализовано обомлел, ибо впервые в жизни узрел столь выразительный для человеческой психики ужас…

"Серую" тварь и ее хозяев!..

Они неслись клином…

Фланги то и дело вырывались вперед. Безумцы! Бестолочи! Нет никакой организованности и контроля. Лавина обезумевшего стада. Марионетки звериных инстинктов. Такие существа выживают за счет числа и сумасшествия шаманов, Барс понимал ни в своем апокалипсическом мирке, ни в этом бурлящем страстями горне — Зоргане, нет справедливого рассудка и милосердия, — всюду правила бал грубая сила. Странный и необъяснимый мир, почему хозяева Зоргана вместо поисков компромиссов, чтоб договориться о мире, хватаются за оружие или стараются побольнее ужалить близкого соседа? Ни дипломатии, ни переговоров — кровавый оттенок по всему континенту. Хотя куда там, способны ли такие создания, как гоблины и их исчадия пойти на мирные переговоры? Судя по всему: абсолютно нет. Ничего, не зачем и расстраиваться, это их проблемы и заботы, если шаманы не хотят тратить время на болтовню, значит, они, гризолоиды, поработают когтями и клыками.

Над задними рядами несущейся нечисти затанцевал вьюгой морозный ветер и разрядом разорвало окружающее воздушное пространство. Барс лаконично защелкал пастью. Давайте-давайте! С магией у вас, обязательно дело пойдет лучше!

Шаманы старательно готовили для Барса и его дружков чудесную встречу, без приветствий и разбирательств. Стадо неслось в бой сломя головы, словно тараном об каменные, крепостные стены. Первые грязно-алые молнии понеслись на смертоносных хищников.

"Отходим!" — Барс не желал, чтобы злой случай сыграл в битве на успех в помощь свергилльским гадам. Ведь шаманский удар мог смазать и пройтись по хрупкому, под ногами льду, — тогда самое интересное и захватывающее проглотит ледяная пучина Сорки.

Шаманский огонь прошел мимо, чуть задев нерасторопного Недомерка, отправив того в кульбит по снегу и катая пузом по голому льду. Докатился въедливый скулеж. Вот она проблема стаи — идиот Недомерок! Вечный балласт.

"Назад!" — Твердил ментально Барс. Надо ждать! Тварье должно расхрабриться, почувствовать себя героями и сломя тупые морды погнать на них. Не разбирая цели и страху. И тогда действительно может представиться чудесный момент разделаться с мохнатыми раз и навсегда.

Гоблины надрывно и оглушительно визжали, верещали и улюлюкали. Где-то в недрах своих крохотных мозжечков они бредили о скорой победе. Их план прост и очевиден: взять гризолоидов числом. Числом! Они верили безумно и непоколебимо, что возьмут противника огромной численностью. Шаманы не видели смысла менять тактики — гнали пешек на убой.

"Рассыпались!" — Барс не переставал командовать.

Стая разнеслась в четыре стороны, оглушенный Недомерок очумело копошился в тылу, стараясь прийти в себя. В сознании Недомерка запоздало произошли мыслительные процессы, и чувство самосохранения взыграло над инстинктивным духом, недотепа бессильно тявкнул, жалко и наподобие дворовой собачонки и кособоко развернувшись на всех четырех, попытался дать стрекача. Тут то оборотни, и пехотинцы шаманов, среагировав на маневр истукана, и рванули на горстку защитников. В тот миг Барса захлестнула волна презрения, а за ней — давящая пелена ярости. Кто им скажет, возможно, та секунда и стала переломным моментом в ходе сражения на Сорке, ибо армада Свергилля низринулась вдогонку за бестолковым Недомерком, успевающим подгребать под себя задние лапы. А остальные бойцы отряда Барса, громко рыча, налетели на черный поток на белом полотне арбалетными болтами, под ребра неповоротливого зверя.

И закрутилось!

И понеслось!

Два оборотня наскочили сверху, и Барс акробатически убрался с точек их приземлений — когти горбатых волков проштамповали сугробы снега, вздымая фонтаны белесых вихрей. Пока их морды алчно крутились по сторонам, вожак гризолоидов налетел с боку и, кромсая саблевидными когтищами бока, отправил первого и второго в предсмертные полеты. Жалостные визги донеслись до слуха — удары пришлись в цели. Но на этом ничего не закончилось, а только начиналось…

Показали себя и шаманы — их волшебство снова потянулось за Барсом, но фигура предводителя мелькала размытым пятном в котловане всеобщей свалки. Разряды алых языков доставали оборотней оставляли, пропалены и несли панику в собственных рядах. С десятка два гоблинов с уродливыми топорищами в лапах наметили осадить Барса, тот лишь брезгливо поморщился и передними лапами раскидал охотников. Расковерканные фигурки разлетались на десятки метров, карикатурно взмахивая длиннющими ручонками, отлетая и сотрясаясь со звонким гулом со льдом, приземляясь на башки сородичей и на спины оборотней. Оценив ситуацию, Барс предпринял решение снова на время отступить, возможно, кому-то из своих будет нужна его помощь?

Фронт смешался в дикий навал мельтешащих лап и рук, снег окрасился в кровь и вожак гризолоидов с омерзением осматривал останки противника.

За Рысью и Риком тянулась сплошная кровавая полоса. Оба работали на полную силу и Барс, не раздумывая, пришел им на помощь.

"Рысь! Рик! Отступайте! Достаточно…" — Барс не успел закончить мысле-приказ, тройка оборотней бросилась ему на перерез. Звонко зарычав, подымая вихри пушистого снега, Барс ответил наглецам за их попытку. К неожиданности горбатые бестии в этот раз накинулись на него не поодиночке, а скопом, сразу втроем. Две мрази спереди, а третья — с левого фланга. К немалому шоку Барс почувствовал, как острые когти одной из нечисти впились ему в разгоряченный боем бок. Глухо зарычав и, пропустив одну из мразин мимо себя, лягнул ее лапой по боку. Хватка ушлого монстра ослабла. Барс воспользовался заминкой и уделил внимание товаркам. Когти передних лап гризолоида замелькали, он разодрал морду первому оборотню, а затем, свернул челюсть и приступил ко второму противнику. Хап! С правого бока хрустнуло и окатило невыносимой болью — это снова налег третий стервец. Барс со всей силы добил второго и обратился к фланговому. Почувствовав, что остался без поддержки нечисть попыталась уйти от удара, но гризолоид догнал и разорвал окаянному живот. Вереск. Левой лапой приподнял монстра и отправил в полет и уже под хруст льда понял, что погорячился. Лед на реке дал трещину, и она расходилась широкими извилинами по всему эпицентру побоища. "Почва" под лапами вибрировала и стонала гулким эхом и хрустом. Допрыгались! — мелькнула в сознании Барса мысль, когда он заметил с какой скоростью, исчезало тело врага подо льдом.