Элисон Бэрд - Камень звёзд

— Но… вы же сказали, что библиотека закрыта?

— Только для посторонних, — объяснил он, — но не для клиентов. В конце концов, это же ваша библиотека. С этими словами он направился к двери, держа коробочку мышкой. Снова книжные сокровища оказались в полной власти, их можно было изучать в блаженном одиночестве. Но Эйлия застыла на месте, глядя вслед молодому священнику. Теперь она знала его имя, и оно было прекрасно, так же прекрасно, как и он сам. Так велик был ее восторг, что она, не успев подумать, произнесла это имя вслух: — Дамион Атариэль!

4

ВЕЧЕР МЕРТВЕЦОВ

— Так что же такое на самом деле этот Камень Звезд? — подумал вслух Дамион.

Он стоял у окна приемной, выходящего на Высокий Храм. Храм, господствующий над центральной площадью Раймара, с огромными колоннами портика и вознесенным куполом, сверкающий мрамором и сусальным золотом даже в неярком осеннем солнце. Главный из домов Аана — Единого Бога Единой Веры. Под золотым куполом, под закрытым этим куполом святилищем горело Священное Пламя: исходное и вечное Пламя, от которого зажглись все огни других храмов Истинной Веры. Маурийский пророк Орендил увидел (так сказано в Писании), как молния ударила сюда, и услышал божественный голос, обратившийся к нему из языков пламени. Повинуясь велению, он основал новую веру, которая распространялась вместе с зажженным Небесами огнем, вдохновившем ее. И никогда с тех пор не давали огню погаснуть, но построили над ним святилище, дабы хранить его от снега и дождя. После смерти пророка Ученики его поддерживали жизнь огня, и далее потомки их из Рода в род. Почти три тысячи лет до сего дня горел огонь, не угасая, и постоянный поток паломников шел к нему, по обету зажигая от него лучины. Пять столетий назад над святилищем возвели Высокий Храм, чтобы защищать и хранить его. Кроме великолепного фасада храма, внушительной архитектурой отличался дворец верховного патриарха и административные здания, окружающие площадь. В центре ее на вознесенном пьедестале стоял бронзовый колосс с поднятой к небу рукой: Орендил призывает смертных обратиться к Богу. Иногда в грозу в статую ударяли молнии, соединяя огненной нитью руку пророка с Небом. Да, здесь было подходящее место для пророка — в центре величайшей религии мира, — место, откуда исходили, подобно лучам солнца, священные эдикты, прощения и заветы.

— Что если этот Камень существует на самом деле? — снова спросил Дамион.

— Ну, Дамион! — поморщился отец Каитан, подходя, чтобы снова наполнить кубок друга. — Не говори глупостей.

— Именно это я себе тогда и сказал. Нет-нет, спасибо, больше не наливай. — Дамион рассеянно оглядел изящную обстановку приемной и снова обратился к круглому дружелюбному лицу Каитана. С их последней встречи Каитан здорово прибавил в весе. — Отлично выглядишь, Каит, — сказал он, усаживаясь в вышитое кресло.

— Мы живем при храме, — ответил второй священник, возвращаясь к своему креслу. — Даже младшие клирики вроде меня. Какие же мы, священники, лицемеры! Напускаем на себя такой благородный вид насчет нашей жертвы воздержания от богатства и от жен, а на самом деле почти ни у кого из нас и шанса нет на богатство, не говоря уже о хорошей партии. Нам куда выгоднее носить рясу. Но ты, Дамион, — при твоей красоте мог бы получить любую девушку, может быть, даже богатую. Однако не для тебя домашний очаг и потомство, играющее у ног твоих. О нет — тебе надо быть миссионером, нести свет в далекие варварские земли…

— Ну, не такие уж варварские…

— Ты ничуть не изменился, Дамион. — Каитан довольно усмехнулся и глотнул вина. — Ты еще в приюте бредил рыцарскими подвигами. Говорить ты можешь о призвании миссионера, но я тебя знаю — тебе нужны приключения. И ты себе нашёл такое — Камень Тринисии, не меньше. На этот раз он рассмеялся глубоко и от души.

— Я не говорил о волшебном самоцвете, — возразил несколько уязвленный Дамион. — Сам знаю, что это сказки. Но если в основе этих сказок лежит что-то реальное? Если был какой-то камень — естественно, просто обычный кусок камня, который элей когда-то почитали? Скажем, упавшая звезда. Древние верили в Небеса в буквальном смысле слова, и любой упавший оттуда предмет был бы для них священным. Если их почитание этого куска небесного железа продолжалось достаточно долго, то могло оформиться в религию. Посмотри, как поступили мы с ударом молнии. — Он махнул рукой в сторону окна. — Теперь допустим, что этот небесный камень до сих пор лежит в каком-то храме, на всеми забытом острове крайнего севера. Что если какая-нибудь зимбурийская экспедиция найдет его и привезет к себе на родину?

Каитан сменил положение в кресле:

— Сегодня никто не поверит, что он волшебный.

— У нас не поверит, — поправил его Дамион. — А в Зимбуре поверят. Просвещения, как у нас, у них не было, и верят они все в те же древние суеверия. И даже на нашей стороне океана есть люди, которые могут поверить. У нас свой процент фанатиков, в том числе и среди клира. Вспомни солнечное затмение месяц назад. Сколько тогда народу верило, что это знамение? Теперь представь себе, что они прочитали в свитке насчет солнца, которое спрятало лицо свое в полдень. Видишь, как один маленький камешек может потрясти самые основы Веры? Вызвать религиозную войну? Если этот свиток и есть ключ…

— Друг мой и коллега, все это чистейшее вранье, и ты не хуже меня об этом знаешь, — веско прервал его Каитан. — Я говорил с местными учеными, которые видели этот твой свиток. Чистейшая подделка. Пергамент, на котором он написан, никак не старше нескольких сот лет.

— Считается, что это копия более старого документа.

— Который, к очень удобному несчастью, уничтожен, и потому недоступен изучению. Ха!

— Ладно, а морская карта?

— Еще большая чушь. Ни Тринисию, ни Камень Звезд никто никогда не найдет, потому что их просто нет! — Каитан подчеркнул свои слова хлопком ладони по ручке кресла. — Слишком много времени ты провел среди восточной экзотики, друг мой. И у тебя еще прибавилось воображения, хотя, казалось бы… но священные камни и утерянные рукописи — брось, Дамион!

Дамион нетерпеливо отмахнулся рукой.

— Я же не говорю, что это настоящий свиток Апокалипсиса — мы оба знаем, что это чушь. Но есть люди, которые в это верят, и один из них — царь Зимбуры. Если его слуги принесут ему этот свиток, он вполне может принять это за знак начала священной войны.

— Ага. Но тут Дамион Атариэль разрушил его злокозненные планы и спас мир! — Каитан захохотал, когда Дамион поставил кубок на стол и стал нашаривать подушку, чтобы запустить в друга. — Да ладно, сам подумай, как это все звучит.