Светлана Крушина - Золотой холм

— Мне показалось, он к этому готов, — возразил Арьель. — Но с какой стати гильдии лезть в твои дела? Раз тебя изгнали, значит, должны перестать тобой интересоваться.

Нэль покачал головой.

— Все не так просто… Шесть лет меня не трогали, это верно. Но я ведь был далеко от здешних мест. Теперь, если станет известно, что я вернулся… не знаю, чем это может грозить. Может быть, ничего и не случится. А может быть, господа маги, наконец, спохватятся, что отпустили бродить на воле сгусток неуправляемой магической силы… Так или этак, скоро мы все узнаем. Не думаю, что мое появление в Аркаре останется незамеченным.

— Так ты все-таки хочешь вернуться в Аркару? — Арьель встревожено приподнялся.

— А больше мне все равно ничего не остается.

До сих пор Арьель не очень-то задумывался о том, что они очень медленно, но все же приближаются к Аркаре. Разговоров о цели их совместного путешествия не возникало; спутники как бы заключили негласное соглашение "идти, куда глаза глядят". Глаза Нэля, как выяснилось, смотрели все-таки в сторону Аркары. Шесть лет бродяжничества не смирили его с судьбой изгнанника. И осторожности, кажется, не прибавили.

— Вот как я думаю, друг Арьель… — он остановился перед музыкантом, сложив на груди руки и вперив себе под ноги задумчивый взгляд. — В Аркаре у меня два пути: или получить прощение у госпожи Аманды, или отдаться в руки служителей Прайоса. В последнем случае меня, конечно, поместят под стражу, и я смогу попытаться совладать с проклятием своими силами. Это хороший случай испробовать совет Марики. Руки мне, вероятно, свяжут, и открыть замок заклинанием будет невозможно…

— О, Двенадцать! А как ты, собственно, собираешься потом выбираться из города? Если суд утвердит смертный приговор…

Нэль слегка улыбнулся.

— Об этом не беспокойся.

Ничего себе, "не беспокойся". По мнению Арьеля, об этом следовало беспокоиться в первую очередь.

— Или ты надеешься, что за давностью лет приговор потерял силу и будет пересмотрен?

— Не исключено, что казнь заменят повторным изгнанием. Говорю же, я готов рискнуть! Но тебя с собой не зову. Не хочу, чтобы ты оказался замешан в неприятности, чтобы твое имя связывали с именем Поджигателя.

— Ну уж нет, — сумрачно сказал Арьель. — Я от тебя не отстану, даже не думай.

Нэль не стал его отговаривать. Иногда он и впрямь не настаивал. Помолчав немного, он поднял голову, неожиданно серьезно посмотрел на музыканта и сказал непонятно:

— Знаешь, иногда мне начинает казаться, что никакого проклятия на самом деле не было… и что дело только во мне самом…

Глава 5

Стражники у ворот Аркары не обратили на двух путешественников никакого внимания, хотя Арьель ждал, что их схватят, не успеют они еще войти в город. Почему он решил, что все поголовно аркарцы должны знать мага в лицо, он и сам не мог бы объяснить.

Нэль неспешно шел по улице. Он не крутил головой по сторонам, с жадностью отыскивая знакомые приметы (чего Арьель от него втайне ждал), а смотрел себе под ноги — как всегда. На его лицо снова была натянута привычная бесстрастная маска, и только по едва заметному дрожанию ноздрей можно было судить, насколько он взволнован. Но это видел только Арьель.

— Куда мы идем?

— На постоялый двор. Не могу же я так сразу явиться к госпоже Аманде… да и жива ли она еще? нужно сначала разузнать…

— Пока ты будешь разузнавать, кто-нибудь донесет на тебя в храм Прайоса! Стоит нам только наткнуться на мага…

— Значит, такая судьба, — спокойно ответил Нэль.

— Судьба? Нэль, ты сумасшедший.

— Знаю. Будь иначе, я бы до сих пор учил детишек в храме.

Арьель каждую минуту ждал, что кто-нибудь окликнет мага и немедленно позовет стражу. Но никто их не останавливал. Они вышли на рыночную площадь, уже почти опустевшую в это время дня. Здесь впервые Нэль поднял голову и огляделся вокруг. В глазах его промелькнуло какое-то жадное и нетерпеливое выражение. Арьель проследил выражение его взгляда и мысленно выругался: справа над площадью, на фоне розовеющего неба, возвышался мощный фронтон, украшенный барельефом в виде змеи. Теперь Нэлю оставалось только остановиться и устроить магический фейерверк, чтобы наверняка привлечь внимание магов.

Нэль, однако, останавливаться не собирался, из чего музыкант заключил, что малую толику благоразумия он еще сохранил. Он прошел через площадь и свернул в боковую улицу. Почти сразу показалась вывеска с игривым названием «Незабудка». Нэль толкнул дверь и вошел. Нахальство его не имела пределов: вместо того, чтобы прятаться и привлекать к себе как меньше внимания, он явился в гостиницу в самом центре города. Наверняка из некоторых комнат виден купол храма Гесинды… Арьель уже готов был голову заложить, что Нэль нарочно ведет себя так вызывающе, чтобы уж наверное избежать встречи с госпожой Амандой. Повторный суд и заключение в подвалах Прайоса ему было бы, пожалуй, не в пример легче снести.

— Хозяин! — крикнул Нэль. — Нам с другом нужна комната.

Хозяин, худой, средних лет мужчина с бородой и усами, поднял голову от расходных книг, над которыми прикорнул на краю стойки.

— Комната у меня есть, — проговорил он неторопливо, пристально разглядывая Нэля. — Последняя осталась, остальные заняты. Только дорогая она, по карману ли?

— Все равно, — сказал Нэль. — Я заплачу. Вот деньги. И сообразите нам ужин, будьте добры.

Из окна, как и предполагал Арьель, можно было любоваться на белоснежный полусферический купол храма. Нэль только глянул в окно и сразу отвернулся. С явным облегчением снял бурнус, бросил его на стул, а сам повалился на кровать.

— Он, кажется, узнал меня, — задумчиво сообщил он.

— Он и еще с десяток человек на улице? — Арьель оседлал стул задом наперед, скрестил на спинке руки и упер в них подбородок.

— Не исключено.

— Послушай, Нэль… Ты уверен в том, что делаешь? Не лучше было бы поселиться где-нибудь в неприметном месте? Я бы разузнал для тебя насчет госпожи Аманды… Зачем было так выставляться? Ведь непременно кто-нибудь пошлет за стражей!

— Может, ты и прав… — вздохнул Нэль. — Но я, кажется, не могу заставить себя пойти к госпоже Аманде. Мне… страшно. Как я покажусь перед ней? В детстве она жалела меня, называла «сынок», встречала, как родного. А на суде, когда мы виделись в последний раз, назвала убийцей, а ведь тогда Лионетта была еще жива. Что она скажет теперь? Нет, лучше уж стража, друг Арьель…

— Нэль… — неуверенно проговорил музыкант. — Ну а что, если легенда врет? Что, если ты не виноват в ее смерти?