Дэйв Дункан - Волшебное окно

К ночи Рэп уже снова пас стада.

– Повернись-ка, моя дорогая, – щебетала тетушка Кэйд. – Прелестно! Да, просто очаровательно!

Инос едва ли слушала родственницу. Она чувствовала себя глубоко несчастной. В горле стоял противный комок, руки и ноги были как каменные. Прошлую ночь она в последний раз спала в своей постели. А час назад принцесса сидела за своим последним завтраком дома. Ей кусок в горло не лез. Чтобы она теперь ни делала, все было в последний раз.

И красота платья никак не могла улучшить настроение. Оно было из того самого драгоценного шелка с драконами, и Инос ненавидела его. Почему-то ей казалось, что именно с этой ткани все и началось. Теперь из шелка сшили платье. Не верилось, что дамы Империи могут носить что-либо столь странное. Менестрель наверняка сам придумал весь этот абсурд, когда делал наброски для ее платья с кружевами, болтающимися вокруг ее рук, или плечами вроде маленьких подушечек. Вот уж действительно трубы!

Но если платье было плохое, то шляпка просто чудовищна! Тоже труба, только маленькая – высокий золотой конус, украшенный кружевными оборками. В ней Инос чувствовала себя каким-то клоуном. Все мальчишки Краснегара помрут со смеху, когда она поедет в гавань! Моряки свалятся в океан от смеха. А что скажут дамы Империи? Инос бьиа уверена, что уж они-то носят обычные шляпки, как все нормальные женщины.

Единственное утешение в том, что тетушка Кэйд выглядела еще хуже. Ее конусовидная шляпка напоминала колпак над печной трубой, а ее пышные формы никак не могли напоминать трубу. Скорее барабан или, может быть, лютню, но уж никак не трубу. Кэйд присвоила себе шелк с цветущими яблонями, но он совершенно не подходил к ее фигуре, хотя Инос не могла не признать, что его цвета идут к седым волосам и розовым щекам тетушки.

В предвкушении путешествия, Кэйд волновалась и щебетала без умолку, как целая стая птиц.

– Очаровательно! – повторила она еще раз. – Конечно, нам придется приобрести еще много платьев, когда мы обоснуемся в Кинвэйле, но по крайней мере мы не покажемся совсем уж деревенщиной по прибытии. А наши добрые краснегарцы посмотрят, как должны одеваться дамы в наши дни. Надеюсь, кучер не забудет, что надо ехать медленно. Выше голову, дорогая. Ты похожа на единорога, когда ее наклоняешь. О Иное! Ты полюбишь Кинвэйл! – Кейд сжала пухлые ручки. – Я жду с нетерпением, когда наконец смогу все показать тебе – балы, банкеты, прогулки в изысканном обществе. Я была ненамного старше тебя, когда приехала туда, и танцевала каждую ночь в течение многих месяцев! Какая музыка! А угощение! А природа! Ты даже не представляешь, какой пышной и зеленой может быть растительность в отличие от этих мрачных холмов. А красивые молодые люди! – Тетушка жеманно улыбнулась и сразу же вздохнула.

За последнюю неделю Инос слышала все это миллион раз.

Она с горечью подумала, что сейчас пора весенних отливов, самое время копать моллюсков.

– А герцог Анджилки! – Кэйд опять понесло. – Он был неотразимым молодым человеком в те годы… Я хочу сказать, что он очень образованный человек. У него безукоризненный вкус.

«А еще ему тридцать шесть лет, и у него две дочери, – мрачно подумала Иное. – И он похоронил уже двух жен».

Инос никогда не встречала своего дальнего родственника, но была уже твердо уверена, что он отвратителен, и готовилась возненавидеть его.

– Он будет так счастлив увидеть нас! – Кэйд посмотрелась в зеркало и поправила свои подсиненные волосы, выбивающиеся из-под серебряной трубы на голове.

– Мне почему-то казалось, что нельзя приезжать без приглашения, – уныло протянула Иное. Она уже приводила этот довод, и он не подействовал.

– Не глупи! – сказала Кэйд, впрочем, без всякого раздражения. – Мы будем очень желанными гостями. Они готовы принять нас в любой момент, просто сейчас нет времени писать и ждать ответа. Скоро придет зима. Летом плавать по морю – одно удовольствие, но позже это будет невозможно. Ах, море! До чего я люблю морские путешествия!

– А мастер Джалон готов? – Каким бы таинственным ни был менестрель, путешествие с ним станет хотя бы терпимым. Кэйд повернулась к племяннице в изумлении.

– Разве он не сказал тебе? Он решил пойти сушей.

– Кто, Джалон?!

– Да, дорогая.

– Да он с ума сошел! – Инос попыталась представить Джалона, пробирающегося через лес в течение многих недель, и не смогла. Кроме того, в лесу были гоблины. Подумать только, лес – и Джалон?

– Может, и так, – пожала плечами Кэйд, – но твой отец, кажется, думает, что ему это по силам. Он дал ему лошадь. Джалон выехал сегодня утром. Насколько мне известно, он искал тебя, чтобы попрощаться.

– Не иначе как его отвлекла какая-нибудь чайка или еще что-то.

– Ну да, дорогая… – рассеянно согласилась Кэйд, осматривая сундуки. – Какие из них нам понадобятся в пути? – спросила она Юлу, свою горничную. Инос не разрешили взять горничную. Тетушка сказала, что одной вполне хватит им обоим, а на корабле не было лишнего места. Когда же они прибудут в Кинвэйл, то наймут более подготовленных девушек.

Юла была невысокая, смуглая и неразговорчивая. Она не выказывала никакого волнения перед поездкой, но вряд ли представляла, куда едет и что может значить месяц или больше на корабле. Инос и сама, наверное, не вполне понимала это. На картах все казалось очень простым – на запад до трех мысов – Когтей, на юг в Западное море, а затем опять на восток в залив Пэмдо. В то же время этот круговой путь представлялся ненужным мучением, поскольку существовал путь по земле – гораздо короче и гораздо интереснее! Тетушка Кэйд несколько раз плавала на кораблях из Краснегара в Кинвэйл и обратно и до, и после своего замужества. Ее энтузиазм по поводу морского путешествия не сулил ничего хорошего. Все, что нравится тетушке Кэйд, наверняка будет ужасно скучным.

И почему нельзя поехать через горы? Уж если такой раззява, как Джалон, на это способен, то что говорить о других? Этот довод тоже не сработал. Тетушка Кэйд не любила ездить ни верхом, ни в карете.

Ящики, тюки, сундуки, пахнущие мылом и лавандой… Как только им удалось набрать столько багажа?

Юла указала на два сундука, и тетушка Кэйд начала подробно расспрашивать ее о содержимом. Инос не слушала их. Она последний раз сердито посмотрела в зеркало, показала язык своему нелепому отражению и направилась к двери. Надо пройтись напоследок по замку, чтобы лично попрощаться с друзьями.

За прошедшую сумасшедшую неделю Инос была настолько занята с портными и швеями, что почти ни с кем не успела поговорить. Сразу после того незабываемого дня, когда ей явились Боги, ее закружил калейдоскоп шелков, атласа и кружев. Она ни разу не покаталась на Молнии, ни разу! Рэп пропал на следующее утро. Через несколько дней зловещий доктор Сагорн прорычал короткое прощание и исчез так же таинственно, как и появился. А теперь Джалон отправился верхом через холмы. Он небось и до самого Праздника зимы будет кружить там, подумала она, если его не замучают до смерти свирепые гоблины.