Ли Монро - Темное сердце навсегда

— Эван собирается научить меня водить машину, — торопливо объявила я. — Правда же здорово?

Мама подняла бровь. — Это здорово. Просто убедитесь в том, что никто не заметит шестнадцатилетнего водителя. Особенно не местного. — Она взяла бокал и сделала глоток. — Они просто умрут, ради того, чтобы остановить кого-то не из этих мест.

— Действительно. — Эван проглотил полный рот еды. — Бьюсь об заклад, что они уже следят за мной. — Он посмотрел на меня и подмигнул. — Незнакомец в городе.

— Ну, тогда я всё выскажу им, — сказала мама. — С большим удовольствием. Порядочный, ответственный мальчик действительно ранит их.

Папа и я обменялись улыбками. Ненависть мамы к властям была легендарный в нашей семье. Это странно, учитывая то, что она была образцовым гражданином во многих отношениях.

— Твоя мама тёмная лошадка, ты же знаешь, — говорил мне отец уже в сотый раз. — Она не всегда была такой разумной.

Я никогда не могла действительно представить, что моя мама анархистка была когда-то такой, но сегодня я узнала об этом, благодаря тому, что Эван здесь все расслабилась. Было так спокойно, что даже сам Эван пронёс вилку мимо и неуклюже измазал свой подбородок в соусе.

— О, Боже, мне очень жаль, — сказал он, отодвигая стул. — Что я за недотепа.

Мама уже была на ногах. — Оставайся там, я принесу тебе другую салфетку, — сказала она, бросаясь на кухню.

Я улыбнулась Эвану, когда он вытер свой красивый подбородок.

— Слава Богу, — сказала я. — А то я уже начала думать, что ты не человек.

Эван мельком посмотрел на меня запутанным взглядом.

— Кто не человек? — Мама появилась рядом с ним, протягивая ему чистую салфетку.

— Никто мам. Это была просто шутка.

— А шутка, да да. — Её глаза слегка оживились, но её улыбка выглядела немного принудительной. Я проглотила, начиная нервничать, пока Эван не разрядил атмосферу.

— Я бы хотел еще немного добавки, если конечно ещё что-то осталось, — Он указал на кастрюлю. — Вы прекрасно готовите, миссис Джонас.

— Зови меня просто Анной, — сказала мама, возвращаясь в своё нормальное состояние. — Когда меня зовут миссис Джонас я думаю, что я старая.

Эван улыбнулся, склонив голову, чтобы посмотреть на неё, и как раз в этот момент на долю секунды я увидела, как её глаза закрываются, а затем быстро открываются. Она положила одну руку на стол.

— Мам? Ты в порядке?

— Я в порядке. Я думаю, что я слишком быстро прибежала из кухни. — Она потерла лоб. — И ещё там очень жарко, когда включена печка. — Она улыбнулась, не обращая внимания на озабоченное выражение лица папы и начала двигаться к своему месту за столом.

— Одной ложки достаточно? — спросила она Эвана. — Как насчет другого картофеля?

— Большое, спасибо. — Когда он протянул свою тарелку, я не была уверена, в том, что заметила слабый румянец на его щеке. Но его глаза метнулись и наши взгляды встретились, теперь краснела уже я. Теперь я снова расслабилась. Между нами было странное неловкое молчание, прерываемое лишь скрипом столовых приборов Эвана на его тарелке. Я попытался поймать взгляд своей матери, но она, казалось, намеренно глядела прямо перед собой, когда ела. Папа, заметив мое беспокойство, подмигнул мне, положив нож и вилку вместе.

— Это было вкусно, Анна, — сказал он. Он посмотрел на Эвана. — Рад видеть здоровый аппетит у нас в доме. Джейн и её сестра не большие едоки.

— Надеюсь, что ты не на диете, — Эван подтолкнул мой локоть. — Ты и так само совершенство.

Краска появилась на моей шее снова. Я пожала плечами. — Мы едим. — Я бросила взгляд на отца. — Он преувеличивает.

— Я была точно такой же в её возрасте, Джек, — сказала моя мать, нехарактерно переходя на мою сторону. — Был момент, когда мне было шестнадцать и мой аппетит просто исчез. — Она задумчиво посмотрела на меня, и наш разговор принял новый оборот. — Я была влюблена тогда.

Я приподняла бровь. — Неужели?

Мама рассеянно кивнула, вероятно, пытаясь всё вспомнить. Папа ответил первым.

— Не в меня, — сказал он Эвану. — К сожалению.

Эван сделал глоток воды. — Должно быть, это был довольно хороший парень. Потому что я не думаю, что кто-то или что-то может заставить меня голодать. — Он ударил мою ногу под столом. — Даже девушка, которую я люблю.

Я затаила дыхание. Возможно ли, что такой парень как он, сможет полюбить меня?

— Это тоже верно. — неопределённо сказала мама. — Никогда не теряй голову из-за любви.

Глаза Эвана опустились вниз. — Конечно, нет. — сказал он, но его рука нашла мою и он сжал её. Я тоже сжала его руку, мои ноги снова превратились в желе.

Мама вернулась из своих мыслей в которых она витала. — Во всяком случае, это было давно. Я была молода и … глупа тогда. — Она наклонилась, чтобы поцеловать папу в щеку. — И у меня есть мой замечательный Джек.

Я застонала и закатила глаза глядя на Эвана. — Мне очень жаль. Она обычно не такая, как сейчас.

Челюсть Эвана, казалось, немного сдвинулась, и я плохо себя почувствовала. Должно быть, он думал о своих родителях. Я встала.

— Я пойду помою тарелки, — сказала я быстро. — Всё было действительно вкусно, мама. Спасибо.

— Нет проблем, — она пренебрежительно махнула своей салфеткой. — Это на самом деле, даже хорошо для меня. — Она и мой папа улыбнулись друг другу.

— Тебе нужны лишние руки? — Эван отодвинул свой стул, но я покачала головой.

— Ты гость, — сказала я, улыбнувшись. — Поговори лучше с мамой.

— У тебя такой интересный шрам, — сказала моя мама Эвану, когда я собирала посуду. — Как ты его получил?

Эван непонимающе посмотрел на неё.

— Шрам, — сказала мама, наливая себе еще один бокал вина. — На твоей шее.

Эван открыл рот, колеблясь, прежде, чем он коснулся пятна на горле пальцем. — Этот? Я получил его, когда я работал на лодках в Австралии. Некоторые горячие искры металла отскочили от моей шеи… — Он нежно потер его. — Только металлический диск оставил небольшой отпечаток.

— О, Господи, — сказала моя мама, теперь её тон был более бодрый в отличие от того, которым она говорила несколько минут до этого. — Должно быть, было больно.

Эван кивнул. — Немного.

— Бедняжка, — сказала я, касаясь его руки. — Он останется навсегда?

— На целую вечность, — сказал он, насмешливо, но глаза его были мягкими.

— Иди и возьми чизкейк, Джейн, — сказала мама, портя такой идеальный момент. — Он стоит в холодильнике. На второй полке.

Эван быстро подмигнул мне, когда я проходила мимо него и собирала мусор со стола. — Чизкейк — моё любимое блюдо. Вы великий повар, Анна.