Алёна Реброва - Пути неисповедимых

Ознакомительный фрагмент

— Нет. Раф человек, хотя в ней есть что-то характерное для моей матери. И это неудивительно, ведь царица ее и воспитывала, — спокойно ответил царевич.

— Подожди-ка, царская семейка Охмараги воспитывала человека? — уточнил рыцарь. — Звучит, как несмешной анекдот… Насколько я знаю, сенари очень трепетно относятся к чистоте крови, а тут человек в царской семье, да еще и не в качестве раба… настораживает. Как же так получилось, что вы с этой Раф росли вместе?

— Моя мать любила детей, отец любил мою мать, отца любила вся Охмарага. Никто никому не перечил, — просто объяснил царевич. — Пусть это и расходится с общепринятыми убеждениями, но правители Охмараги оказались слишком человечны, чтобы прогонять ребенка, который так их любил. А Раф была очень ласковой и нежной девочкой, после ее коронного «папочка, мамочка, ну пожалуйста!» мой отец был готов на все и мать тоже… — прижав уши к вискам, царевич едва заметно ощерился и нахмурился. Кажется, тут имеет место детская ревность… — Они оба всегда обращались с Раф с куда большей заботой и добротой, чем со мной, — царевич вздохнул, его уши сами собой повисли, как у расстроенного щенка. — Я до сих пор с обидой вспоминаю эту разницу, хотя давно не ребенок. Иногда кажется, что родись я хоть немного менее нелепым существом, ко мне относились бы иначе.

После этих слов мне стало так жалко царевича, что я даже забыла о том, насколько жестоким он может быть. Поддавшись мимолетному порыву чувств, я дружески положила руку ему на плечо, хотя это было нелегко, учитывая разницу в росте.

— Брось, дело вовсе не в твоих ушах и змееподобных волосах. Ты же для родителей не только сын, но еще и наследник. Тебя надо было воспитывать в строгости, а не как девочку, которой даже место при дворе не светит…

— Я знаю это, но так же я знаю, о чем говорю. Одно время мой отец хотел лишить меня права на трон из-за некоторых генов моей матери, — немного сбивчиво пожаловался Кудеяр. Потом, поняв, что плачется незнакомой ведьме, поспешил исправиться. — Впрочем, ты не должна это слушать, а я не должен тебе это говорить.

— Ну да, — киваю. — Видимо, это не самая приятная тебе тема, лучше поговорить о другом… Слушай, а ты уверен, что твоя сестра именно опоздала? Может, она просто не нашла тебя, и нам стоит поискать ее вместе? — предполагаю.

— Я же нашел место, где мы должны были встретиться. Почему она его не нашла? Такое может быть только в одном случае: она и не пыталась найти, — объяснил Кудеяр, раздраженно вздохнув. — К сожалению, для нее не существует таких понятий, как «надо» и «обязана». Так уж ее воспитывали.

Я не знала, что еще у него спросить, и потому наш разговор закончился.

Спустя пару минут мы уже дошли до гостиницы, где нас ждал сюрприз: оказывается, был установлен комендантский час. Сторожила ни в какую не соглашался пускать нас внутрь, пока Кудеяр не вспомнил про свою дощечку победителя. Показав ее, он получил возможность войти.

— Эй, а мы!? — возмущенно смотрю на нелюдя.

— Эти двое — мои рабы для плотских утех, — объяснил он сторожиле. — Их тоже надо пустить.

Сторожила посмотрел на Дейка и, сморщившись от отвращения, пропустил его внутрь.

— Рабы для плотских утех!? — возопил оскорбленный рыцарь, когда мы отошли подальше от сторожилы. — Можно было просто сказать, что мы твои друзья!

— Я сказал первое, что пришло мне в голову, — пожал плечами царевич.

— Извращенец! — обругал его Дейк.

— У нас в стране друзья не так важны, как рабы. Рабов с хозяином пустят хоть в покои к жрице, а вот друзей хозяина — никогда, — невозмутимо объяснил Кудеяр.

— А мы с Дейком так похожи на двух жалкий, голодный и истощенных рабов, что убиться можно… — поддакиваю рыцарю.

— Да, вы очень жалкие и плохо одетые рабы, мне, как хозяину, было бы стыдно за вас, — невозмутимо согласился царевич. — Впрочем, это неважно. Я хотел бы попробовать еще что-нибудь из местной еды до того, как лягу спать. Вы посидите со мной?

— Ммм… да, пожалуй, — соглашаюсь. — Мне все равно нужно ждать, пока не вернется Леопольд.

— И я с вами, — кивнул рыцарь, похлопав по плотному животу. — Пирога мне было определенно мало… Только надо заглянуть в комнату, мало ли, вдруг наш многоликий друг уже вернулся и ждет там?

— Я тоже зайду к себе, — кивнул Кудеяр. — Нужно уложить Сашу спать, а то завтра не добужусь ее.

Пантера махнула хвостом и с шаловливым видом потрусила за хозяином.

Кудеяр ушел в свою комнату местного уровня «люкс», а мы с Дейком пошли искать оборотня в наших комнатах. К сожалению, Леопольда не оказалось ни в его спальне, ни в нашей с Дейком.

Лениво обложив несчастного оборотня трехэтажными красочными метафорами, рыцарь захлопнул дверь в нашу комнату и зачем-то пошел к шкафу, где лежали наши сумки.

— Это все эта чертова шерстяная тряпка!… - пробормотал Дейк, в неистовстве стаскивая с себя шерстяное пончо и такую же шерстяную рубаху. Все это он купил на рынке, проникнувшись патриотизмом к своей стране, в которой уже очень давно не был. — У меня из-за нее все тело чешется! — рыцарь принялся усиленно расчесывать кожу, при этом блаженно улыбаясь. — Чтоб я еще раз надел этот ужас!…

— На тебе самом шерсти не меньше, чем в этой шторе, — усмехаюсь, глядя на могучий торс товарища.

— Моя «шерсть» мне не мешает, — заметил Дейк, напрягая мускулы и самодовольно посмотрев на себя в зеркале, приделанном к дверце шкафа. — Так и должен выглядеть настоящий мужчина!

— Давай, одевайся уже, а не то я ослепну от твоей неземной мужественности, — хмыкаю.

— Ой, не ехидничай, — весело отмахнулся Дейк, быстро одевая рубашку. — Сама-то глаз от меня не отводишь.

— Тебе это примерещилось из-за выпивки, — морщусь.

— Бэйр, прошу, только не оправдывайся, а не то я начну сомневаться в твоем чисто приятельском отношении ко мне! — хохотнул Дейк и, выходя в коридор, приобнял меня за плечи. — Идем.

По пути вниз мы встретили Кудеяра, который величественно спускался по лестнице.

— Эй! — окликнул его рыцарь, ускоряя шаг.

— А, вот и вы, — равнодушно констатировал факт царевич.

Мы спустились в пустой обеденный зал, где царил полумрак, а за столами сидели тихие выпивохи и картежники. Служанки, тоже желающие отдохнуть в такой день, уже не бегали туда-сюда, да и мужик у стойки куда-то ушел. Попросить принести что-нибудь съедобное было не у кого.

Царевич, подумав пару секунд, подошел к двери на кухню, требовательно постучал в нее и попросил принести ему что-нибудь, достойное его царского желудка. Разумеется, царевича громко, четко и ясно послали. Тогда, прижав уши к голове, чтобы не слышать оглушающих воплей с кухни, Кудеяр невозмутимо ковырнул скважину двери когтем, открыл ее, вошел и через некоторое время вышел вместе с подносом, на котором были чайник, чашки и корзиночка с печеньем.