Алёна Реброва - Пути неисповедимых

Ознакомительный фрагмент

После того, как мы окончательно уяснили, что и до каких пор нас связывает с царевичем, Дейк не долго думая предложил отметить свое скорое избавление от меня. Он предложил купить большой пирог с овощами и специями, а так же что-нибудь алкогольное. Конечно, за едой мужчины решили послать меня, причем пинками. Кудеяр так же распорядился, чтобы я добыла свежей телятины его пантере. На мое замечание о том, что «я тебе не рабыня, вот купи себе парочку, ими и распоряжайся!», царевич ответил просто: «зачем мне тратиться на рабов, раз теперь у меня есть ты?». Это был мягкий намек на то, что если я не стану исполнять все его прихоти, он откажется вести меня к Демонтину. Ушастый шантажист оказался достаточно умным и бессовестным для того, чтобы воспользоваться моим положением.

— Ну что ж, какой ослиной мочи налить этим двум узурпаторам? — бормочу себе под нос, стоя в середине площади и выбирая, к телеге с какими напитками мне пойти.

— Думаю, не стоит наливать именно это… — раздался голос прямо над моим ухом.

— Леопольд, зачем ты за мной пошел? — удивленно оборачиваюсь к оборотню.

— Кудеяр сказал, что то, что ты ему нальешь, сначала должен буду выпить я у него на глазах. И теперь я, как заинтересованное лицо, пришел следить за тобой, чтобы ты не добавила чего-нибудь ему в напиток, — путано объяснил Леопольд, помогая себе жестами. Видимо, он дословно цитировал сложную речь царевича.

— Вот догадливый засранец! — от возмущения я невольно топнула ногой.

— Он умный, — заметил Леопольд.

— Он засранец, — качаю головой. — Ладно, друг, тогда пошли, отомстим ему иначе.

— Это как?

— Ты, солнце мое, любишь малиновую шипучку?

— Ага! — усердно закивал Леопольд.

— Надеюсь, царевич тоже ее любит…

Заговорщески переглядываясь, мы с оборотнем направились к телеге, возле которой вилась толпа детишек и их суровых горластых мамочек.

Очередь за шипучкой была не такой уж и большой, человек пятнадцать, так что ждать нам предстояло немного, от силы минут десять. Но встав за угрюмой женщиной с ребенком на руках, я резко почувствовала, что стоять на одном месте не смогу по вполне объясним после стольких кружек выпивки причинам.

— Слушай, Лео, ты тут один справишься, мне надо отойти кое-куда?

— А что надо делать?

— Когда подойдет твоя очередь, дай эти две кружки дяде в фартуке, а потом, когда он вернет их полными, отдай ему эти две монетки, — улыбаюсь, протягивая оборотню и то и другое. — И все.

— Хорошо… думаю, справлюсь, — кивнул оборотень, неуверенно поглядев на монеты и на кружки. — Только ты постарайся побыстрее.

— Попробую, — говорю и быстро удаляюсь в направлении ближайшего отхожего места.

Когда такое нашлось, выяснилось, что не я одна слишком много выпила, потому что очередь к деревянной кабинке была еще больше, чем к напиткам. Плюнув на все, я пошла к нам в гостиницу, где уж точно не было очереди (такие удобства только для жильцов). Благо, «Голодный Койот» был недалеко от главной площади.

В комнате я задержалась немного дольше, чем планировала, потому что решила немного расчесать разлохматившиеся волосы и надеть что-нибудь потеплее. Дейк красиво и много рассказывал о холодных ночах Тангейя, когда путники в пустыне умирали от холода, если не находилось фляги с крепким алкоголем… Не то чтобы это было так правдоподобно, но все же холодок к вечеру стал заметно ощущаться.

Когда я спускалась в общий зал по лестнице, случайно столкнулась с каким-то ланком.

— Смотри куда идешь, чешуйчатый, — привычно ворчу, отпихивая его подальше.

— Снежок, ты скоро? — донеслось из одной из комнат. Змей после этих слов взбежал вверх по лестнице и скрылся в коридоре.

Я бы не обратила на него никакого внимания, но странное прозвище меня заинтересовало так, что я приостановилась. Правда, через пару секунд я уже обо всем забыла и мчалась на площадь к Леопольду.

Когда я вернулась, оборотня у телеги с шипучкой уже не было. Видимо, он уже отстоял очередь, не стал меня ждать и пошел к Кудеяру и Дейку. Значит, мне осталось только купить пирог.

Простояв у прилавка с пирогами, возле которой поругалась с пьяным мужиком, попытавшимся пощупать мою задницу, повздорив с бабой-кабанихой, собравшуюся влезть вперед меня, я все же добралась до продавца и купила злополучный пирог.

Когда я пришла, Кудеяр потягивал шипучку с видимым удовольствием и, заинтересованно растопырив огромные уши, слушал рыцаря, который с довольной ухмылкой рассказывал что-то королевичу.

Саша сидела на лавке и тянула голову к рыцарской кружке с шипучкой, норовя отхлебнуть немного, пока хозяин не видит. Но что нашему бравому рыцарю, побеждавшему драконов, какая-то пантера? Он бесстрашно отвешивал ей подзатыльники за наглость.

— А где Леопольд? — удивленно спрашиваю у Дейка.

— А? — переспросил рыцарь, нехотя отвлекаясь от своего рассказа и отодвигая подальше от Саши свою кружку.

— Он пришел, отдал нам напитки и ушел обратно. Сказал, что ты велела ему ждать рядом с той телегой. Видимо, он все еще там, — объяснил Кудеяр. — Наверное, ты его не заметила.

— Неужели мы разминулись? — бормочу, разворачиваясь и идя обратно.

Чего и стоило ожидать, оборотня на месте не оказалось.

Я расспросила тех, кто еще стоял в очереди, но никто не видел высокого стройного юношу с красивыми глазами и длинной серой косой. Пришлось вернуться к спутникам.

— Его нигде нет! — объявляю. — Он опять потерялся, его надо срочно найти!

— Опять!? — возмутился Дейк, вставая из-за стола. — Что же ему на месте не сидится!? От тебя, наверное, нахватался, ведьма! Пошли, пока ничего не стряслось!

— К чему такой переполох? — удивился Кудеяр. — Ваш странный друг, что, сам дорогу не найдет?

— Он недавно вышел в люди, пока всего боится и глупый к тому же, как дитя, — объяснил Дейк.

— Я бы скорее назвал его умственно отсталым, глупый — слишком мягко, — равнодушно заметил царевич. — Что ж, ладно, идите ищите его, а я пока побуду здесь в одиночестве, так и быть, — меланхолично взмахнув когтистой кистью, нелюдь откинулся на спинку лавки. Его мученическая мина почему-то здорово меня разозлила… Хотя не почему-то, а потому что складывается такое ощущение, будто этот ушастый искренне считает, что мы должны были спросить у него разрешения и еще извиниться за то, что уходим искать друга!

— Тебе никогда никто не говорил, что твоя рожа иногда так и напрашивается на кулак? — спрашиваю как можно более вежливым тоном.

— Мой отец постоянно говорит об этом, а иногда даже разбивает мне лицо, остальные же бояться остаться без рук, — улыбнулся Кудеяр. — А что?