Навий мир - Владислав Викторович Порошин

пятнадцать секунд пошла атака на мои ворота. Кантемир, Гриша и Дарья что-то перемудрили в атаке и одна прыгучая львица и одна летающая девчонка выбежали, передавая мяч друг другу, на одну защитницу Таисию и меня. Оборотень-львица из «Беты» несколько метров провела мяч, ударяя его в пол, как в баскетболе, и когда на неё выскочила Тая, тоже встав девушкой-львицей, она хитро отдала пас своей летающей подруге.

«Эго сум мэус», – прошептал я, глядя в глаза нападающей команды соперника. А она в свою очередь бабахнула со всей силы мячом прямо мне в живот. Я лишь в последний момент успел подставить руки, как в волейболе, чтобы избежать ушиба, и мяч отлетел снова на другую половину поля.

Его тут же подхватила наша капитанша Дарья, которая повела этот мяч по всем правилам земного баскетбола. А когда до ворот осталось девять метров, она шибанула по нему как заправский форвард-футболист. Мяч просвистел низом и с ударом от дальней штанги влетел в сетку ворот «Беты».

– Шаааар! – закричала вся наша команд, поздравляя друг друга с успехом.

– Ну что съели, клуши! – прорычала на соперниц не успевшая перевоплотиться из львицы в человека Таисия.

И те, получив первый мяч в свои ворота, и задетые за живое, не жалея никакой магии попёрли отыгрываться. Дарья же скомандовала терпеть в защите и экономить магию. Поэтому следующие десять минут мы только и делали, что отбивалась. «Эго сум мэус», – шептал я, каждый раз, когда «Бета» выводила кого-нибудь из своих нападающих на решающий удар. И каждый раз мяч летел точно в моё тело. Я даже стал прыгать в разные углы, чтобы с трибуны колдовство не выглядело так топорно и грубо. А бедные соперницы всё равно продолжали лупить исключительно в меня.

Наконец, магический запас девчонок из «Беты» иссяк, и тогда Дарья, что есть силы, радостно завизжала: «Вперёд, покажем этим клушам, как надо играть в настоящий эпискирос!». И лишь в тот момент я облегчённо выдохнул, так как мой магический запас тоже полностью испарился. А в последние пять минут Кантемир, Гриша Баярдовия и Дарья забили ещё три безответных мяча. Особенно мне понравился последний, когда наша капитанша подпрыгнула вверх и, зависнув воздухе на три секунды, переправила, волейбольным ударом, мяч в ворота соперниц после волейбольной передачи Кантемира.

– Матч окончен! – пророкотал профессор Альфий Бурини, после того как счёт стал 4:0 в нашу пользу, а девчонки из «Беты» уже еле-еле волочили свои длинные и красивые ноги. – Путник, то есть Арсений, а ты правда сегодня в первый раз играл в эпискирос? – спросил он меня, перехватив у выхода из этой гигантской «стеклянной банки».

– Я же говорил, что наш футбол кое-чем похож на вашу игру, – выдохнул я, смахнув пот с лица.

– Какое заклинание использовал? – внимательно посмотрел на меня преподаватель.

– Заклинание называется - «дух победы», – соврал я, и только сейчас до меня дошло, что по незнанию мной было применено к эпискиросу совершенно левое волшебство.

– Значит всё-таки дух? – пробурчал Бурини. – Хорошо, иди в душ. Кстати, «Дзета» вам за сегодняшнее занятие я начисляю плюс 50 единиц!

– Однако спасибо, профессор, – пророкотал довольный Гриша Баярдович, похлопав меня по плечу.

А когда вся наша пятёрка вошла в подтрибунное помещение Дарья чуть не расплакалась, прошептав, что наконец-то мы хоть в чём-то и хоть где-то победили. После чего мы все вместе обнялись и я сказал: «Друзья, попомните мои слова, мы ещё чемпионат академии выиграем». И в слово «друзья» я вложил тот самый смысл, который обозначает самых близких тебе по духу людей.

Глава 7

Обед в стенах академии нашей компании, как и всем остальным студентам, не стоил ровным счётом ничего. Достаточно было подойти на раздаче к повару, назвать интересующие тебя блюда и сказать, где ты собрался отобедать: здесь в трапезной или на поляне за главным корпусом на свежем воздухе, чтобы первое, второе и третье было сложено в бумажные пакеты. И мы по предложению командирши Дарьи выбрали обед на лоне природы. Тем более погода стояла замечательная: примерно 25 градусов тепла, ясное светло-оранжевое небо и полное отсутствие какого-либо ветра.

– Что за развалины синеют там, на севере? – спросил я, когда наша пятёрка из «Дзеты» устроилась за одним длинным столом.

Кстати, по соседству за подобными длинными столами обедали и другие группки студентов. И многие юные маги косились в мою сторону. Особенно это касалось женской половины магического учебного заведения. Возможно, слухи о славной игре в воротах своей команды по эпискиросу уже разлетелись по академии.

– Развалины? – хмыкнула Таисия. – Примерно 170-180 лет назад наше королевство воевало с северным соседом, с Торгарией. А это эхо той войны.

– Сейчас в этих развалинах третьи и четвёртые курсы тренируют тактику магического боя, однако, – пробасил Гриша Баярдович. – Разбиваются на две команды и бабахают друг друга заклинаниями воздуха, вдобавок.

– К войне что ль готовятся? – насторожился я.

– Почему сразу к войне? – проворчала Дарья. – Нежить в серой зоне снова расплодилась и её требуется зачищать. Вот и тренируются.

– Не знаю, не знаю, – помотала своей хорошенькой головкой Таисия. – Поговаривают, что со следующего учебного года в академию наберут ещё сотню студентов, – сказала она тихим голосом. – Сейчас нас примерно восемьдесят, двадцать скоро выпустится, и станет нас 160, то есть в два раза больше. Это не к добру.

– Следует думать, что тех привлекут кто имеет хоть каплю волшебного дара, – поддакнул Кантемир.

– Следует думать, что «Дзета» тогда станет сразу элитой из элит, – передразнил я чародея с факультета кентавров. А что это за заклинание воздуха?

– Ничего сложного, – отмахнулась Дарья. – Из воздуха можно создать опору, воздухом можно ударить и воздухом можно схватить.

В этот момент из заднего входа в главный корпус вышли четыре сестрички Таисии и два нелепых чародея «Винтик» и «Шпунтик», которые несли с собой завёрнутые в бумажные пакеты обеденные блюда. Кстати, сегодня давали нажористую соляночку и макароны с бифштексом. И вдруг Дарья хитро усмехнулась и заклинанием воздуха вырвала из рук ротозея «Винтика» его законную еду. А потом, словно играя с котёнком, стала перемещать этот пакет то выше, то ниже, то вправо, то влево, гоняя тем самым «Винтика» или Творомира Василькова по полю.

– Раззява, – прошипела она и