Навий мир - Владислав Викторович Порошин

В эпискиросе разрешаются все магические хитрости кроме боевых, – сказала мне Дарья, которая специально отстала от остальной шеренги студентов. – Никаких молний, огненных шаров и прожигающих искр. Однако любое, даже самое простое заклинание отнимает силу, а она не так быстро восстанавливается, как расходуется. Поэтому колдуй, но с умом.

На этих словах Альфий Бурини, кривая ухмылка которого не сходила с квадратного лица, вновь дунул в свисток и студенты снова полетели вдоль стеклянного борта. На сей раз заклинание скорости «вэлёцитас» я включил вовремя, но всё равно ещё сильнее отстал, так как решил на разминке не выкладывать всю свою посредственную магическую силу.

– Слушай меня внимательно! – проревел профессор магической физкультуру. – Сейчас по свистку делаете несколько шагов по вертикальному борту. Приготовились!

«Бежать по вертикальной стене?» – опешил я. Как вдруг Бурини дунул в свою «пищалку» и все студенты до одного, разогнавшись на паркете, сделали несколько шагов по стеклянной поверхности борта. «Была, не была, – буркнул я и мысленно прокричал, – вэлёцитас!». После чего сделал три шага по полю, и три шага по вертикальному бортику. А затем моё малотренированное тело брякнулась на игровой пол, рассмешив весь второй курс.

– Прекратили смехерочки! – прорычал Альфий Бурини. – Для первого раза не плохо. Пробежка окончена. Сейчас самостоятельно сделали растяжку и перейдём непосредственно к игре. Путник, подойди, – обратился он ко мне.

Я потёр левый ушибленный бок и с видом школьника, который разбил окно, поплёлся к этому магу-физруку. Однако профессор Бурини не стал распекать меня за неудачную пробежку по вертикальной поверхности. Наоборот он по-товарищески похлопал меня по плечу и спросил:

– В вашем Навьем мире играют во что-то подобное? – Альфий кивнул в сторону ворот.

– На подобном поле у нас проводят соревнования по гандболу и мини-футболу.

– А ты в чём участвовал?

– Пинал в футбол, как и все мальчишки, – пожал я плечами. – Кстати, могу встать в ворота. Я в своей школе считался лучшим вратарём, кхе, голкипером, – чуть-чуть приврал я, ибо такое звание, как «лучший вратарь» в школе не давали. И стоял я на воротах, играя только за свой возраст на первенство города, а у старших парней были свои голкиперы.

– У нас эта позиция называется - ловец, – пророкотал профессор физкультуры. – Мелковат ты для ловца. Но в эпискиросе главное не габариты, а вот это вещество, – Бурини постучал себя пальцем по лбу. – Ладушки для зарядушки, встанешь в рамку. Сейчас первый тренировочный матч ваша «Дзета» пропустит. Посмотришь, как играют другие студенты, а потом покажешь, чему тебя научили там, в вашем Навьем мире. Закончили разминку! – крикнул он и пошёл делить наш 2-ой курс четыре на разные команды по пять человек каждая.

Дело в том, что кроме нас пятерых из братства «Дзета», здесь были ещё пять красивых студенток из «Беты», а остальные маги и чародеи представляли «Гамму», «Дельту» и «Эпсилон». Из элитной «Альфы» на втором, как и на первом курсе никто не учился, так как в «Альфу» набирали самых лучших парней-магов лишь по окончании 2-го года обучения. По сути профессора академии сами искусственно создавали элитное братство. Что-то подобное было и с «Бетой», куда переводили самых лучших девчонок после 1-го года учёбы. Странно, что в «Бету» не попала Дарья, которую здесь явно побаивались даже 3-курсники. Хотя с таким характером, Белозёрова могла и сама отказаться от «презренной элиты».

– Сейчас смотри внимательно, как будет играть «Гамма», – шепнула она, когда наша компания расположилась на зрительских местах этого стадиона, который навскидку вмещал 5 тысяч человек. – Вон того парня зовут Марсий Буцефалович Энбарр. Марсик лучший нападающий среди всех первых и вторых курсов.

– Мой кузен, однако, – с гордостью пробасил Гриша Баярдович. – На него «Альфа» весь учебный год смотрит как кот на сметану, вдобавок. Ха-ха.

«Да вроде парень, как парень. Рост под метр восемьдесят, никаких накаченных бицепсов нет», – подумал я, уставившись на игровое поле, где произошли кое-какие изменения. Во-первых, профессор что-то прошептал над 6-и метровым полукругом и из этой белой линии устремились вверх тоненькие лучики желтого света. Во-вторых, перед занятием мы все были одеты в чёрные латексные костюмы, а теперь после заклинания Альфия Бурини пятёрка игроков, собранная на основе «Гаммы» окрасилась в белый цвет, а пятерка, созданная на основе «Дельты» - в красный.

– Вообще-то в профессиональной команде по эпискиросу должно быть шесть игроков, – шепнула мне Таисия. – И матч длится два периода по 25 минут чистого времени, плюс 15-минутный перерыв. Мы же на тренировке обычно играем один тайм по 20 минут и в укороченном составе.

– Однако на чемпионате академии всё будет по взрослому, – пробурчал Гриша Баярдович, вперившись глазами в своего кузена.

И тут профессор Бурини выкрикнул слово: «старт!» и игроки команды «Гамма» разыграли ногами, как в футболе, мяч с центра поля. К слову сказать, эта кожаная сфера имела белый окрас и больше напоминала мяч для игры в волейбол, который значительно легче футбольного мяча. Но дальше началось что-то совсем невообразимое. Игроки, набросав на себя заклинание ускорения, стали так стремительно летать по площадке, словно дело происходило на хоккейном льду. И по мячу они били не только ногами, но и кулаками, коленьями, локтями и, конечно же, головой.

– Мяч нельзя прижимать к телу, и хватать его руками, – сделала небольшое объяснение Дарья. – Только ловец в воротах может играть мячом, как ему заблагорассудиться.

И вдруг Марсий Буцефалович взмыл в воздух и превратился в человека с двумя большими крыльями за спиной и двумя мощными лошадиными ногами. Его партнёр по команде головой подкинул вверх и Марсий бабахнул по нему своим копытом. Мяч словно из пушки пролетел 15 метров и от перекладины влетел в ворота «Дельты». Кстати, ловцом «Дельты» в этот момент был толстяк из братства «Эпсилон» на большое он, видать, не годился.

– Шаааар! – радостно заорали все игроки «Гаммы», а Марсий на радостях пролетел круг почёта над игровым паркетом и тут же моментально обратился в простого парня, у которого исчезли и крылья, и лошадиные ноги с копытами.

– Это что за хрень? – пролепетал я, покосившись на своих друзей, которые загадочно улыбались.

– Незнание порой бывает спасительно, коль не смыты в сознании границ предрассудки, – витиевато выказался Кантемир.

– Извини, Арс, – захихикала Таисия, – не хотели тебя