Добрый - Дмитрий Дмитриев

***

— И что, Хлоя действительно была в твоём мире? — вопрошала Мара, усевшись на живот меня любимого, лежащего на огромной кровати в её замке.

— Была, — однозначно отвечал я, всё ещё находясь в полудрёме.

— И у тебя жила? — не унималась Мара.

— Жила, — переходить на развёрнутую речь было лень.

— Долго? — прищурив один глаз и склонив головку, вопрошала Мара.

— Не помню. Долго.

— Вот прямо так долго с тобой и жила?

— Не со мной, а у меня.

— Врёшь, — как всегда безапелляционно резюмировала Мара.

— Не вру, — меланхолично попытался разбить я её заключение.

— Врёшь, сладенький, врёшь. — Мара быстро почесала передние лапки друг о дружку. — И Хлоя твоя врёт.

— Не вру, пушистая, не вру, — в тон ей ответил я и попытался вяло щёлкнуть Мару по кругленькому носику, за что чуть не схлопотал пяткой в лоб.

— Врёшь, — обличительно заявила Мара, уже стоя у меня на груди и пристально глядя в глаза.

— Да слезь ты! Хватит по мне шоркаться, — попытался спихнуть я принцессу, — чай, не два кило весом.

— Жила бы долго, не так бы смотрел на неё, — не унималась Мара, успешно отпихивая мою руку задней лапкой и не давая себя спихнуть.

— Да по-другому она выглядела, — резко вскочил я на ноги, заставив принцессу скатиться пушистым клубком на пол.

— Покажи? — Мара, внезапно прыгнув, ударила меня задней лапой в грудь. Не удержавшись, я упал обратно на кровать. — Как выглядела? — неутомимое создание снова сидело на моей ушибленной груди.

— Ага, вот сейчас только семейный альбом достану, — деликатно отодвинул я принцессу, потирая ушибленное место, — и сразу покажу. Вот мы с Хлоей в обнимочку. Вот я чешу её за ушком. Вот я дарю ей новый розовый антиблошиный ошейник на именины.

— Зачем ей ошейник? — не поняла Мара. — Буйная была? На цепи держал?

— Да кошка она была, кошка, — резко выкатился я из-под принцессы и отскочил подальше от кровати, чтобы не быть повергнутым обратно.

— Кто? — Мара уставилась на меня огромными глазами.

— Кошка, — ответил я уже спокойно, поняв, что загонять меня обратно на кровать и восседать как на троне пока не будут.

— Ко-шка-а-а, — протянула принцесса, пристально глядя на меня. — Нет, не знаю. Да покажи ты на конец?! — прикрикнула она, меняя интонацию.

— Специально для тех, кто на бронепоезде, повторяю. Семейного альбома не захватил. Компьютера тоже. Ни фоторамки, ни айпада, ни смартфона, ни простецкого мобильного телефона с камерой при себе не имею. Вывод — показать не могу.

— Во нагородил. Слова-то какие. Запомню. Смотри, если обозвал меня по-всякому, неделю по степи гонять буду, пока весь синий не станешь. — Мара кокетливо шаркнула задней лапкой по каменному полу, да так, что её коготки высекли хороший сноп искр.

— Да как я тебе покажу-то? — мой взгляд опасливо уставился на заметные борозды на полу.

— Память открой.

— Опачки, — опешил я от такого заявления. — Это что вам, жёсткий диск, что ли? Винду загрузил, мышкой кликнул, и вот вам Хлоино обличие в фас, в профиль и в полный рост во всех ракурсах?

Жёсткий удар в лоб откинул меня к стене.

— Ещё раз подобное услышу, в себя вернёшься нескоро. Винда, видите ли. Я тебе дам винда. Кликнет он.

— Да термины это компьютерные, — просипел я, потирая рукой лоб. Я почувствовал, как на нём начинает вырастать огромная шишка.

— Перестань! Тебе что, нравится? — Мара помахала сжатым передним кулачком перед моим носом. Выглядело бы это очень комично, если бы я не знал силу этих кулачков. — Нормальным языком говорить уже не в состоянии. Надо загадки городить да обзывать беззащитную девушку.

— Нашла беззащитную, — почти неслышно проворчал я.

— Чего говоришь? — Правое ухо принцессы повернулось в мою сторону.

— Я говорю, как я тебе память-то открою? — поспешил я сменить тему.

— А, ну-ну, — хмыкнула Мара. — Можем нормальной речью, если захотим. Значит так, — перешла она к делу. — Во-первых, расслабься. Во-вторых, просто вспомни, как выглядела Хлоя. И в-третьих, лучше, если это будет как бы со стороны, чтобы ещё и жилище твоё захватить. Понятно?

— Более или менее.

— Тогда начали. И глазки не закрывай, в мои смотри, так проще будет.

Я несколько минут тупо смотрел в глаза Мары, в радужке которых уже начинали плясать искорки, и честно пытался вспомнить свою квартиру и Хлою в виде кошки. Получалось плохо. Точнее, квартира получалось хорошо, а вот кошка заселяться в неё категорически отказывалась. Мелькали знакомые и незнакомые собутыльники. Хохочущие особи женского пола с ужасными спившимися лицами. Сизый дым от дешёвых сигарет, клубами перекатывавшийся по квартире. Бутылки, бутылки, бутылки, бутылки.