Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

Подплыла ближе к берегу, накинула на себя образ Уитуна, внушительный и строгий. Грива черных с проседью волнистых волос, горящие глаза, и развивающиеся одежды, должны были уж, если не напугать, то, хотя бы остановить селян.

— Отпустите! — приказала я, придав своему голосу глухой, отдающий эхом тон.

Замерли все. Селянин, который призывал извести ундин, напыжился, как-то боком наклонился к земле и поднял камень. Под моим взглядом камень стал горячим. Мужик бросил его на землю.

— Нам нужно это озеро, — зло проговорил он.

— Любопытно, — кивнула я, — вам нужно озеро! До сих пор все было поделено между народами мира. Но раз вы первыми нарушили уговор. То заявляю, нам нужны ваши земли. Озеру тесно в его границах. Оно должно их расширить.

— А где мы будем жить? — раздались голоса.

— Мне все равно! Земля большая, вам где-нибудь место найдется, — и с этими словами я повернулась к ундинам и подмигнула им. И воды озера заходили волнами, и медленно стали заливать берег, на котором стояли мужчины. Пленник разрезал сеть ножом, стряхнул ее с себя и подошёл к своим, внимательно поглядывая на меня.

— Ты кто? — спросил меня мужик, дуя на обожженную ладонь.

— Это Уитун, Владыка вод, Властитель океана, — ответил освобожденный ундин.

— Ну, и сидел бы в океане, — проворчал мужик. Волна поднялась над его головой, обрушилась со всей силой на него и потащила в озеро.

— У кого-то еще есть вопросы? — спросила я, поглядывая на собравшихся в кучу селян.

— Нет, — ответил один из них, — мы поняли. Только не трогай наши земли. И верни моего друга.

— Он вернется к вам, только сначала, научиться рыб разводить. Будет у ундин на посылках. Поумнеет, вернется. Нет! Останется у них навсегда. Таково мое слово! А теперь идите домой. И не смейте приходить сюда! Вы первыми нарушили уговор, и я с радостью воспользуюсь этим в другой раз, чтобы дать озеру простор.

Мужики пятясь, скрылись за кустарником, а потом послышался шум бегущим ног.

Я скинула образ Уитуна. Бывший пленник улыбнулся, подошёл ко мне:

— Приветствую тебя, Мэриэлла! Ты молодец! Только на будущее, у Владыки вод, все-таки бас, а не баритон!

— Сам бы попробовал, — рассердилась я.

— Знаешь, просто не сообразил! Так растерялся. Это хорошо, что ты пришла. Помоги нам. Элосана пропала.

— Как пропала?

— Стояла на берегу. И вдруг пропала, как сквозь землю провалилась. Сама понимаешь, без Хранителя, озеро не может быть. Сразу вот такие, жадные до чужого, появляются.

— Когда пропала?

— Сегодня утром.

— Где это случилось?

— Пошли, покажу.

Он обнял меня за талию, как Энлиль, когда поднимал в воздух, и заскользил по воде. За ним и другие ундины. На противоположном берегу озера, на небольшом песчаном пляже, меня отпустили.

Я обернулась Огненной Лисицей и обежала пляж. Магии не чувствовала.

Приняла снова свой человеческий облик:

— Вы видели, как это случилось?

— Да. Я же говорил тебе. Мы стояли вот тут. Бобры опять запруду сделали. Оглядываюсь, ее нет.

— Я не чувствую магии. А если спросить у Верховного духа воды?

— Мы спросили.

— И что?

Ундин протянул мне гладкий камешек, с дырочкой посередине.

— И что это значит?

— У нас будет новый Хранитель.

— То есть как? Ну, почему?

— Потому что, может быть, она погибла.

— Но вы же не видели ее тела?

— Нет, но это знак.

— Скажите, что происходит в мире?

— Не знаем! До нас дошли слухи, что ветры и драконы в состоянии войны.

— Но почему?

— Мы не знаем, — раздались голоса ундин.

— Кто мне может сказать?

— Верховные духи. Сходи к ним. Никто из нас не может. Только Хранитель имеет возможность разговаривать с ними. И ты — Огненная Лисица, — тяжело вздохнул бывший пленник.

— Хорошо. Проводи меня.

— Идем. — И ундин снова обнял меня за талию. И мы оказались на уже знакомом мне маленьком острове, где не было ничего кроме огромного валуна. Вспомнилось, что тогда, я пришла сюда ночью. Если надо, буду ждать, решила я. Мой провожатый ушел по воде. И я осталась одна. Решила рискнуть и попробовать напроситься на разговор прямо сейчас. Залезла на валун и протянула руки к небу, как когда-то сделала Элосана.

— Мне нужно поговорить с вами, — сказала я, глядя в синеву. И вдруг она стала меркнуть. Свет пропал. И вот я снова в темноте. Вокруг меня четыре фигуры. Но стояли они полукругом, а впереди что-то неясное, два огромных солнца, и что-то черное, непонятное, но живое.

— Ты готова? — прошептало это что-то, но так, что уши заложило.

— К чему? — не поняла я.

— К смерти.

— Нет.

— Тогда зачем пришла?

— Узнать, что твориться в мире? Почему драконы и сельфы в состоянии войны. Что случилось с людьми. Откуда взялась в них такая злость? Что нужно сделать, чтобы опять был мир. И куда делась Элосана.

— Ты хочешь знать правду?

— Да!

— Хорошо. Слушай. Две стихии свет и звук — начало начал. В вашем мире — это огонь и вода, женское и мужское начала. Их гармония — гарантия мира. Гармонию охраняют четыре столпа, два мага и владыки огня и неба. Много лет назад два мага не поделили двух женщин, рассорились и нарушили гармонию. Владыки ничего не могли сделать, но удерживали хрупкий мир своим братским отношением друг к другу. Они погибли. Но сделали все, чтобы сыновья — продолжили жить в дружбе. Но ты встала между ними. И дружбе конец. Война.

— Поняла?

— Нет!

— Когда родители начинают ссориться, страдают в первую очередь дети. Срединные — дети. Их злость ответ на вражду двух владык.

— А зачем нужно было предопределять меня двум владыкам. Ведь вы же знали, что именно этим может кончиться?

— Конечно! Ты испытание для них. И они его не прошли.

— Это жестоко, и не справедливо! Это все равно, что подставить подножку бегущему.

— Для сохранения мира, все пути хороши. Владыки и маги давали клятву служить своему народу, охранять его, создавать миры. А вместо этого одни заперлись в своих замках, не поделив двух женщин, и бросив все на произвол судьбы, другие гоняются в поисках девчонки, с одной лишь целью владеть ею. Они не достойны жизни.

— Неправда, — в ужасе закричала я, ты не можешь так говорить, потому что не знаешь, что такое боль утраты. Ты терял кого-нибудь?

— Да, мои миры гибнут из-за таких вот Владык и магов. На их место придут другие Владыки и маги, и они, получив жесткий урок, будут более благоразумны.

— Если придут другие, кто не знает, что такое боль утраты, они будут бесчувственными истуканами, они не смогут воспринимать мир, таким как он есть, с его не только сильными, но и слабыми сторонами. Дай им шанс, и ты увидишь, они самые лучшие Владыки и маги.