Алексей Клименко - Гроб для мертвого колдуна

— То густо, то пусто, — буркнула себе под нос Забава, — до нападения, тычинки — пестики, на весь остров была один допотопный утюг, а теперь с каждой твари по ДШБ. Упырь слишком хорошо платит своим наемникам, раз и у шиноби и у психов новенькие 'Лавали' нашлись… и с энергией проблем у них, судя по всему, тоже не бывает.

— Да, кстати, а что там с тюрьмой? Сдался Абэ, или пришлось штурмовать? — поинтересовался Дзинко.

— Пока все подвисло… — махнула рукой Химера, — я же сюда прямо с переговоров сорвалась. Пришлось отложить все до моего возвращения… но ничего, еды у них немного, пусть поголодают. Да и не показался мне молодой Абэ конченным психом… по — моему, кроме жизни брата, его вообще ничего не интересует. Так что думаю, что мы с ним договоримся… полюбовно.

— Дайте мне с ним поговорить… и если вы пообещаете отпустить Сабу, то Еси сдастся без дополнительных условий! — уверенно заявила Танцующая. Мизуки удивленно посмотрела на нее, потом переглянулась с тайкой,

— Даже так? Но я не возражаю.

— Я понял, — в голосе Дзинко сквозило нетерпение, — потом значит потом, разберетесь без меня. Скорее всего ближайшие дня три — четыре я буду недоступен, а до выхода и рега основного тела так уж точно. Связь будем держать через Прапора, но в город я его не потащу… Думаю, что полянка, где мы с Забавой нашли Танцующую, для этой цели вполне подойдет. Ретранслятор усадьбы туда уверенно достает, и Сеть на поляне есть… ах да, чуть не забыл.

Нари… даже не знаю кому поручить, но сделать это нужно обязательно. Потому что свое слово нужно держать, а я пообещал господам охотникам вполне конкретные вещи!

Когда будете покидать Кальварию… снимите их с крестов. Одаренных, а их четверо из шести, заберете в Столицу… и поместите в генераторы. Будьте осторожны, у командира три плюс ранг, и хотя энергии у него быть не должно… но чем черт не шутит… У нас есть медик, которому можно доверить это дело?

— Найдем, — недрогнувшим голосом ответила тайка, а что с нуллерами?

— Скиньте их с утеса!

И опять просьба никого не шокировала… Забава всего лишь поинтересовалась,

— Бросать живьем, или сначала эту мерзость нужно удавить?

29.05.2512 г. Большой Латангаи (порт — Кавиенг) Абэ Есиаки.

— Черт… как же голова раскалывается… — русоволосая девушка, вся одежда которой состояла из этих самых длиннющих волос, прошлепала босыми ногами мимо совершенно индифферентно разглядывающего ее Есиаки и, наверное, уже в сотый раз подергала ручку водопроводного крана… разумеется чуда не произошло и ни одной капли живительной влаги оттуда не появилось,

— блин… сушит так, что жить не хочется… — блондинка посмотрела на свое отражение в привинченном к стене караулки зеркале, и с тоскливым стоном уперлась лбом в прохладное стекло, — ужас… я похожа на вирово привидение!

— Жрать надо было меньше, — сидящий на полу командир психов попытался изменить позу и скривился от кольнувшей висок боли, — а если жить надоело, то обратись этажом выше. Там тебе с удовольствием помогут!

— Ни хрена они мне не сделают! Знаешь кто я такая? Кишка тонка у местных говноедов убить принцессу из императорской семьи!

— Да уж! За последние три дня узнал я тебя даже слишком хорошо, — Есиаки хихикнул, — но если твое высочество такое смелое, то почему оно еще здесь? Иди наверх, пусть трусливые туземцы полечат твое похмелье. У них с этим просто, чик по горлышку, и болеть сразу перестанет!

— Абэ!!! — прорычала блондинка, но тут же схватилась обеими руками за голову, и жалобно заныла, — ой… Еси… а у нас точно — точно ничего не осталось попить, а?

— У вас не знаю, а у меня ничего. Утром последнюю бутылку вылакали.

— Есичка… мне так плохо, так плохо, что я сейчас умру… придумай что‑нибудь пожалуйста…

Абэ равнодушно пожал плечами, — умирай, мне‑то что? Часом раньше, часом позже, какая на хрен разница?

Журавлева чуть не поперхнулась от возмущения, и на время даже позабыла о том, что страдает от жесточайшего похмелья,

— Что значит, умирай?!! Я не хочу умирать… а после того, что у нас с тобой было, ты должен взять на себя ответственность! — убежденно заявила блондинка, и теперь пришла очередь закашляться Есиаки,

— Охренеть себе заявочки… а почему именно я должен брать ответственность? Вон к Хатта обратись, у тебя с ним вчера тоже 'было'… или еще к кому, с кем по пьяни зажигала.

— Ты не такой как все! Я сразу это поняла и… — вкрадчиво начала принцесса, а Еси, внезапно прозрев, хлопнул себя ладонью по лбу,

— Я понял! Оторва, ты неправильно выбрала себе жертву. Пойди поройся в мусоре возле стола, найди там скелет селедки и морочь голову ей, а меня лучше не трогай. Может мне и девятнадцать, но на подобные бабские закидоны я не ведусь уже давно… а уж на твои, так тем более!

— Абэ!!! — снова зарычала Журавлева и, схватив Есиаки за высокий ворот бронекуртки, подняла тщедушное тело перед собой, без труда удерживая его на вытянутой руке, — ты случайно не забыл, с кем разговариваешь? Я ведь могу свернуть твою глупую головенку, и…

Пока разъяренная Оторва шипела и плевалась, Малыш со щелчком вывернул себе плечо и одним тягучим движением выскользнул из куртки, мгновенно оказавшись за спиной блондинки,

— Красивая ты Анька девка… но дура, каких свет не видел! — заявил он невозмутимо, обернувшись к задохнувшейся от злости принцессе, — потому что если бы с обратной стороны этих красивых глазок, имелось хоть немного мозгов, то ты уже давно бы сообразила, что Оторва стала никому не нужна, и еще дышит всего лишь потому, что там, — Есиаки ткнул пальцем в потолок, — сидят хитросделанные муд… рецы, которые надеются выторговать за твою голову хоть что‑то… но окружение императора выкупать засвеченного агента Упыря точно не станет, иначе им самим придется отвинчивать твою блондинистую головку. А самому доктору на тебя плевать… все что можно с твоей жизни, и даже смерти, он уже давно получил. Так что можешь расслабиться, что бы ты не делала, и перед кем бы не раздвигала ноги, дорога у тебя отсюда только одна, в ящик!

Принцесса взвизгнула и развернувшись выставила перед собой правую руку, Еси все тем же тягучим движением отшагнул в сторону, одновременно извлекая из ножен стилет… но ничего не произошло. В таком состоянии блондинка не могла пользоваться своими способностями и юный Абэ довольно оскалился,

— Ну что за дура! Мне даже руки не хочется об тебя пачкать… так что побереги силы, они понадобятся, чтобы орать и вырываться, когда тебе КК колоть будут.

Принцесса зарыдала, а на шум в караулку заглянул бывший наместник Папуа,