Александра Верёвкина - Осколки вечности

Выбивая озябшими ладонями ритм небезызвестной песни 'We Will Rock You' талантливой группы Queen, я нагло ухмыльнулся прямо в физиономию мерзавца и с вызовом воззрился на названного крестного отца всех вампиров.

— Чего же вы ждете? — неосмотрительно истоптал я мозоли напряженных членов синдиката, вальяжным жестом простирая руки к стенам, будто в надежде немедля разорвать соглашение с вечностью. — Мольбы о пощаде и прочих унижений не будет. Хоть вас это и огорчит, но я желаю уйти с достоинством.

— Вердж, завязывай ломать комедию, — зло рыкнул на меня папенькин сынок. — Лучше послушай умную речь. Ты мастер делать выводы на пустом месте. Думаешь, мы с этим напыщенным дядькой заодно? Отчасти это так, да, папуся?! Но не совсем верно с точки зрения творящейся вокруг херни.

— Прощу прощения, джентльмены, — вклинился в жаркий спитч молокососа трубный бас семисотлетнего 'старика'. — Я не располагаю должным количеством времени, чтобы вести беседы на посторонние темы. Леандро, краткий отчет о ситуации, пожалуйста.

— Ну и зануда ты, Сев, — грустно заохал парень, подтягивая ко мне стул, который я поначалу хотел отпихнуть ногой, но после расстался с замашками нервного подростка и с подчеркнутым безразличием устроился на продавленном сиденье. — Господа, справа от вас находится труп некого Линкольна Хавьера, третьесортной пешки в сплетении паутин благочестивого Охотника, — заунывным тоном экскурсовода в музее, сопровождающим десятую группу туристов за смену, принялся вводить он в курс дела скромную компанию вурдалаков. — Слева мы имеем возможность наблюдать заброшенные пустоши, где до сегодняшнего дня отсиживалась эта редиска. По несчастливой случайности я не застал его на месте, но обнаружил кучу прелюбопытных деталей. Во-первых, это мужчина, — перешел Лео непосредственно к фактам, выуживая из темного угла, куда не попадал тусклый свет зажженной керосиновой лампы, небольшой кейс в непроницаемом для влаги черном чехле. — Видите содержимое? Опасная бритва, белоснежное вафельное полотенце и складное зеркальце со следами коротких волосков с проседью на концах, — без устали сыпал громкими выводами новоявленный Холмс. — Судя по всему, этому фрукту хорошо за тридцать или даже за сорок человеческих лет. Галопом скачем дальше и…потайное отделение. Паспорта без фотографий, зато с автографом, кредитки, номера банковских счетов на разные имена и пара тысяч наличными. Конфискуем в качестве вещдоков.

— Минуточку, Коломбо, — едва сдерживая рвущийся из груди гогот, я подошел к сыщику и вытянул один из документов, дабы сравнить мои догадки с действительностью. К сожалению, почерк оказался мне неизвестен, и 'расследование' потекло своим чередом.

— Благодарю за энтузиазм, Ватсон, — рьяно вжился в роль балагур, кладя удостоверение обратно в дипломат. Деньги уже успели перекочевать во внутренний карман его куртки. — На полу, коллеги, мною так же были найдены затертые пятна крови, что свидетельствует в пользу того, что сей любопытнейший экземпляр неряшливый вампир с тягой к излишней жестокости. Он не просто обедал здесь, вдали от цивилизации, а применял к еде разного рода пытки кустарными инструментами. Крюк, дорогие мои любители детективных историй, — неодобрительно покосился Лео на мой широкий зевок на весь рот и ткнул пальцем в болтающийся на балке изогнутый металлический стержень с остро отточенным концом, — использовался давно и постоянно, о чем говорит натертая до блеска поверхность. Таким образом, с помощью дедукции и нелинейной смекалки, мне удалось составить приблизительный внешний портрет негодяя. Выше среднего роста, раз легко дотягивался до стропил. Мне такой фортель не под силу, в отличие от Габсбурга. Крепкого телосложения, седые волосы, временами отращивает небольшую бородку. Из личных домыслов: питает вящую неприязнь к двум присутствующим здесь мужчинам, мстит с повышенной озлобленностью. На этом у меня все, господа, — слово взявший на выступлении шквал оваций актер, мальчишка согнулся в поклоне, зло сверкнул в меня оскаленными зубами и удалился в тень.

— Недурно, сынок, — сдержанно похвалил папочка надрывные старания своего чада, переходя на приглушенную беседу со мной. — К твоему рассказу я скромно могу добавить лишь имя недоброжелателя, но, боюсь, Вергилий не уследит за нашим ходом мыслей. Впрочем, для вас, дорогой Габсбург, я готов сделать несколько пояснений. Начнем с того, что вы напрасно наградили меня чужими регалиями. Я не Охотник и никогда бы не стал причинять неудобства своему сыну, одному из любимых, смею заметить.

— Неудобства? — ошеломленно переспросил Лео, вклиниваясь в плавное течение изречений отчима. — Ты в своем уме вообще, папик? Да нам обоим задницу пытались порвать на британский флаг, а потом исполосовать его звездами!

— Не перебивай меня, — тихо и очень проникновенно осадил Северин зарвавшегося отпрыска, лишь слегка поднимаясь над стулом. Однако мне достаточно было и взгляда, исполненного крайней степенью возмущения, чтобы понять сермяжную истину: с этим типом шутки плохи, а их последствия безрадостны даже для мертвых. — Я продолжу с вашего позволения, — смиренно попросил он внимания, улыбкой сопровождая отступление сыночка к дальней стене. — Итак, я прилетел сюда по просьбе Леандро, и предлагаю вам свою неоценимую помощь. Пути Господни неисповедимы, посему ваше молчание я принимаю за согласие и прошу немедля приступить к делу. Мальчик мой, отправляйся за девушкой. Ее жизнь еще дорога нам. Вергилий, сопроводите меня до погоста. Возражения советую оставить при себе.

Я округлил глаза при завуалированном упоминании Астрид, с трудом осознал суть собственной цели, которой должен послужить в угоду прихотям увитого плесенью вампира, и со всем бесстрашием наплевал на его предупреждение, кинувшись со спины на дружка.

— Только подойди к ней ближе одного километра, — за неимением подходящего оружия я от души воспользовался ядовитым тоном, слепо нащупал рукой ненавистное горло и в тот же момент перелетел через всю комнату, больно приземлившись ничком на груды многолетнего мусора.

— Уважение и покорность, — надменно провозгласил Гудман, брезгливо отирая ладонь носовым платком. Очевидно, ту самую, которой я обязан азам пилотирования, рассеченной губой и носовым кровотечением. — Эти два детерминантных понятия впредь напрямую связаны с вашей жизнью, Вергилий. Будьте же благоразумны.

— Ну-у, я, пожалуй, пойду, — громко возвестил о своих намерениях Лео, нарочно играя на моих нервах испорченным смычком. — Батенька, вы, того-этого, не буйствуйте больше. Нехорошо обижать маленьких.