Борис Немировский - Детские игры

– Что ж ты плачешь, малыш, – говорю, – всё хорошо, живой я. Меня так просто не погубишь.

А он слёзы кулаком утирает:

– Да знаю я, что живой! Мне уходить пора, отец за мной пришёл. А я не хочу, старший…

– Что тут поделаешь, – говорю. – Не бойся, я понимаю. Маги – они над своей судьбой не властны…

– Да не маги мы, – всхлипывает он. Но видно, что легче ему стало. – Просто мы оттуда, со звёзд… Я сбежал, чтобы Рыцарей Круга найти, а то никто мне не верил. А теперь домой пора.

Надо же – со звёзд… Слыхал я, один мудрец говорил, что и там, может быть, люди живут, но не верил. А оно, оказывается, правда…

– Ладно, – говорю. – Улетай, раз пора. Заходи в гости, если ещё случится в этих местах быть. И о клятве не забывай – она теперь навсегда с тобой, из Круга не выходят…

Ткнулся он мне в щёку и побежал к отцу, который тем временем успел к гоблину-громиле подойти. Успел ещё крикнуть:

– Я вернусь, старший! – и не стало их, растаяли в воздухе. Вместе с гоблином.

Сижу я на полянке, кругом трупы валяются – то ли сон, то ли нет… Только вот глаза почему-то щиплет – соринка, что ли, попала?

Глава 8

В ухе что-то щёлкнуло, зашуршало, и тихий голос сквозь помехи произнёс:

– Внимание, всем наблюдателям! Ингвальд Соронсон уже обнаружен и благополучно доставлен на станцию. Можете возвращаться к прерванным программам. Исключение – Отец Кевин. Обнаруженный Вами источник информации признан перспективным и Вам поручается находиться в цитадели Рыцарей Серебряного Круга по возможности дольше, не прерывая прямой связи со станцией.

– Сигнал принят, информация принята к исполнению, – пробурчал в радиодиапазоне электронный священник и вернулся к созерцанию невероятного зрелища: рыцаря, отжимающегося в доспехах…

Рассказ Магистра Ирлана оставил после себя чувство какой-то неточности, лжи. Небольшой лжи, несущественной, но всё же присутствовавшей здесь. Раз за разом Кевин прокручивал в памяти запись, но не находил в ней никаких логических противоречий. И вдруг…

«Я – один из Мастеров Ночи,» – сказал перед беседой Ирлан. Но ведь, если исходить из записи, то…

Магистр находился у себя в келии, рассматривая какую-то сложную карту, разложенную на столе. Рядом с Ирланом стоял пожилой рыцарь и давал какие-то пояснения.

– Не помешаю? – спросил киборг.

– Ничуть, – повернулся к нему Магистр. Затем посмотрел на рыцаря: – Спасибо, Сим. Предлагаю Вам взять с собой сорок человек и немедленно скакать в Гоув-Хэл, прямо к королевскому дворцу. Вы успеете как раз вовремя. Единственная просьба – не сменяй свой облик, пока всё не завершится: мои ребята не очень-то положительно относятся к оборотничеству…

Когда седой рыцарь покинул келью, Магистр повернулся вновь к киборгу:

– У Вас возникли какие-то вопросы?

– Почти. Всего одна неувязочка, – сказал Отец Кевин, – Вы, так понимаю, занимаете должность Мастера Ночи?

– Да, это моё звание.

– Но Мастера странствуют вослед Лорду Ночи, а посему НЕ МОГУТ быть на иных от него планетах!

– А Вы догадливы… Ну что же: да, я СОЗДАН. Нет, не из радиодеталей, как Вы, у меня принцип другой, вам пока не понять… Но с некоторой приближённостью – тоже киборг, аки и Вы. Только создан не Днём, а Ночью. Да и цели мои несколько иные…

– Например – исследовать нечто совершенно невероятное и неясное, – Кевин насмешливо ткнул пальцем в расстеленную карту. – Но хоть поясните, коллега, что это такое?

– Почему бы и нет? Это психокарта.

– Карта поведений?! Разве не проще…

– Не проще: Вы хотели предложить линейное дерево для одного человека, а здесь рассмотрена модель развития целого восстания и поведение каждого его участника во взаимодействии с остальными.

– И когда же оно было?

– Оно только началось. И если Симаргл прав – то он должен успеть на подмогу в срок.

– Симаргл? Это имя какого-то земного бога.

– Не бога, а Оракула. Это он и есть. А я… Я почему-то поверил ему и позволил уговорить меня, дал ему рыцарей. Хотя терпеть не могу Оракулов!

– Это почему же? – искренне удивился священник.

– Да потому, что они не День, не Ночь, не Тень и не Мрак! Они не подвержены ничьему воздействию и ничего никогда не боятся! Они знают всё наперёд, но продолжают перебирать судьбы, как карты в колоде!

– Они ЗНАЮТ будущее, но Вы не уверены, что он прав?! Объясните мне! Это Ваше предубеждение или…

– Именно «или…», любезнейший! Они знают ВСЁ будущее, все его вероятности, все пути его развития, и каждым вмешательством могут подтолкнуть историю к тому или иному пути.

– Словом, работают стрелочником на железной дороге жизни… – улыбнулся Отец Кевин, – Тоже почётная миссия… А может, они – Свет?

– Свет? Вообще-то это состояние – сугубо гипотетическое, просто предположенное как некоторый Не-Мрак, что-то сродни Изначальному Миру, но с неимоверным потенциалом Созидания, где каждый житель – Лорд и Творец! Но, увы, этот мир слишком хорош, чтоб быть правдой… А, кстати, где Вы услышали про это понятие? Я о нём, кажется, не говорил.

– Ага, – начал было Кевин, собираясь добавить, что поведал ему про Свет Гуон де Бордо, но не успел.

Дверь в келью распахнулась и появившийся на пороге человек прохрипел:

– Вторжение! Мрак атакует!

Магистр стремительно кинулся во двор. Киборг побежал следом.

Отец Кевин, киборг:

Я ожидал невероятного: каких-нибудь там щупалец, лезущих из внезапно сгустившегося сумрака, навылет прошитого блеском молний, чудищ, клыков у которых больше, чем зубов у акулы, слизи, гнили и зловония…

Но вместо этого атаковал туман. Мелкодисперсный, он легко проникал через любые, самые крохотные щели. Обычный туман, если не считать того, что он повредил мою оптику: я видел его в негативе, он был не белёсый, а какой-то серовато-чёрный.

И тут предбоевую тишину разорвал истошный вопль:

– Чёрная Пыль!!!

Чёрная?! Спасибо, значит – оптика в порядке… Но чем же она так страшна? Какой-нибудь яд? Бинарное соединение? Снотворное, после которого и вторгнутся настоящие враги? Стоит проанализировать состав этой пыли…

Я взбежал по лестнице прямо на стену, над которой клубилась та же пыль…

Образец оказался интересным, и я сразу стал передавать данные на станцию. Надо же – новый вид молекулы из углерода! Не цепочка с примесями, как в живых молекулах, не пирамидка-тетраэдр, как в алмазах и бриллиантах, а шестигранники-пластинки, словно в графите. Вот только они не сложены в стопку друг над другом, а образуют поверхность шариков, словно крохотные молекулярные футбольные мячи!