О. Шеремет - Раздвоение как наказание

"Тем не менее. Посмотри правде в глаза: мы обе изменились с тех пор, как нас соединили. Сильно изменились."

Нельзя было отрицать очевидное, но школьница была упряма.

— Не слишком ли много боли и лжи?

"Лекраства редко бывают приятными на вкус."

Странное дело: Кошка признавала, что она не права, и всё равно стояла на своём. Чем больше Ксюша думала об этом, тем меньше понимала подругу… но вечером её озарило. Она расчесывала волосы, медленно, глядя в зеркало, на глаза, красные от того, что вечра она опять долго плакала в подушку. Её взгляд упал на фотографию: они с Артемом стоят в парке, обнявшись, машут руками в объектив.

— Это из-за меня! — воскликнула девочка. — Влада, вот почему ты не согласилась с Высшим Орденом.

"Да ну?" — всё, что могла ответить Влада.

— Артем… всё, что он говорил и делал — только из-за чертового Высшего Ордена, потому что так ему было приказано. Он, — Ксюша приказала себе не плакать, — никогда ничего ко мне не чувствоал. Играл. Лгал — в каждом слове.

Это было больно. Ксюша чувстваола себя отброшенной игрушкой, сломанным бумажным цветком, который нужен был только для однодневного маскарада — вот она, цена всем обещаниям демона. И теперь она понимлаа, что чувствовала Влада, когда её предал Ричард…

Нет, — поправила себя Ксюша, — того, что испытала Черная Кошка, когда в ловушке, подстроенной "любимым", погибла её подруга, ей не понять.

— И слава богам, — сказала Влада, откладывая расческу, заплетая косу неумелыми пальцами. — Тебе совсем не хочется иметь дело с теми, кто так поступил с тобой.

"Верно. Но ведь твоя жизнь зависит от того, вернет ли Орден тебе тело или нет… Я потерплю."

— Терпеть унижение? Лучше смирись со мной внутри своей макушки, цапля.

— Нет, — настал черед Ксюши быть упрямой. — Завтра же ты свяжешься с Константином и скажешь, что готова к…. амнистии. Мы встретимся с высшим Орденом, они вернут тебе тело. А я с гордым видом вздерну нос к потолку и сделаю вид, что мне всё трын-трава… Правда, Влада! Не возражай.

Но Кошка возражала — и девочки проспорили почти всю ночь, а потом, наконец придя к соглашению, уснули прямо за столом, положив голову на сложенные руки.

Ксения действительно была готова предстать перед хладнокровными и коварными членами высшего Ордена: не потому, что её влекли тайны сумеречного мира — она успела понять, что грязи и фальши в этих секретах не меньше, чем в человеческих. Просто она хотела наконц-то увидеть Владу вживую, обнять ту, которая была её второй половинкой два долгих месяца. Ту самоуверенную и ранимую девушку, которая изменила её жизнь.

Константин молча выслушал строгие, четко отрепетированные объяснения Влады.

— Я встречу тебя после школы и провожу, — только и сказал зрящий.

Но, прежде чем она успела повесить трубку, добавил тепло:

— Рад, что ты вернулась, Влада.

Трое членов Высшего Ордена вольготно расположись в квартире Константина, естественно, с чашками чая в руках. Они легко поприветствовали девушек, будто их прощание пару дней назад было вполне дружеским… будто никто их не посылал к дьяволу.

— Вы правы, — как часть церемонии, признала Влада.

Один из магов кивнул — это было очевидно. Он встал, встряхнул кистями рук, готовясь наводить чары.

— Ты готова получить обратно своё тело, Влада Цепеш?

Девушка кивнула. На что это будет похоже? Она не помнила, как проходило наказание: просто её лишили сознания, а потом… а потом было второе февраля, серый полумрак Ксюшиной комнаты. Она будет скучать.

Маг замер на секунду, внимательно глядя на оборотня.

— Так объяснял тебе Артем: новое тело бдет создано в соотвествии с твоим характером.

— Да наинайте уже…

Ксюша ощутила секундное головокружение, когда член Ордена воздел руки к потолку. Потом — необычная пустота в голове. Она уже поняла, что произошло, но на всякий случай спросила:

— Влада, ты всё еще здесь?

— Нет, уже здесь, — ответил сзади громкий, чтуь резковатый голос. Он идеально подходил своей обладательнице.

Ксюша изучающе уставилась на девушку, стоявшую у большого грязного (как большинство предметов в квартире зрящего) зеркала. Она и вправду отличалась от той, виденной во снах: светло-карие глаза остались такими же, гладкие черные волосы. Только черты лица, прежде угловатые, смягчились, линии стали плавнее и спокойнее. И взрослее. Влада была одета в черные джинсы и облегающую серую футболку. На поясе — простые кожаные ножны для кинжала.

— Нравится? — подмигнула довольная американка. Еще секунда, и на её месте стояла черная пантера. Она обернулась вокруг себя, довольно заурчала, и верунлась в новообретенную человеческую форму. Ксюша на секунду почувствовала зависть к девушке, которой от рождения было дано так много — без сомнения, красота, плавные линии фигуры… и способности оборотня, входной билет в Страну Чудес. Но, вспомнив все произошедшее за два месяца, она только улбынулась и взяла подругу за руку: Мороженая Треска стоит Черной Кошки.

— Снежная Королева, — соврешенно серьезно поправила Влада.

— Когда ты улетаешь в Америку?

— Завтра, — ответил вместо неё Константин. — Билеты на восемь вечера.

— Ты обо всём успел подумать, — вздохнула Кошка и закатила глаза, но она вряд ли была разочарована. — Ксюш, тебя отпустят ко мне в гости на лето?

Ксения подумала, как она объяснит родителям, что оборотень, осужденный за нарушение Ранвовесия, была лишена тела и жила у неё в голове… а теперь приглашет погостить в США в компании нечисти.

— Конечно, отпустят.

Члены Ордена растворились в воздухе по-английски, выполнив свою воспитательную функцию: в сумеречном мире слишком много желающих нарушить мистическое Равновесие, некогда задерживаться.

Константин накинул Владе на плечи свою куртку, и они вышли проводить Ксению. У подъезда ждал Артем, с букетом — нет, не приворотных заклятий, как можно было ожидать от инкуба, а роз. Только раскрывшихся, нежно-розовых, робких и смущенных, как сам бес.

Ксюша остановилась на ступеньках, по привычке ожидая подсказки от оборотня. И подсказка не замедлила себя ждать: весьма ощутимый пинок коленкой в то, что ниже спины…

— Иди к нему, чего встала? — ласково осведомилась Влада.

— Дети, — как можно безразличнее прокомментировал зроящий вслед счастливой парочке. Влада ткунла его в бок острым кулачком.

— А ты обещал мне букет черных роз.

Он порылся в памяти, вспомнил тот давний разговор на лавочке.

— На свадьбу. Но могу подарить сейчас… авансом.

И друзья пошли допивать остывший черный чай.