Шамраев Юрьевич - Честь - дороже жизни (2 части) (СИ)

Вскоре вернулся десятник со своими людьми. На длинных веревках они тащили за собой двух пленных. - Трех зарубили, остальные в рассыпную в кусты и чащу, этого сбили с ног, а этот был с луком. Пришлось оглушить, а то он почти что в упор послал стрелу в Гира, да тот молодец, принял её на щит.

- Сэра Лаэрта и пленных в замок. Преследовать нападавших в такой темноте, как я понимаю, нет смысла?

- Все верно ваша милость. Наверняка у них где то припрятаны кони, а их воровское племя сейчас нахлестывает своих лошадей и на всех рысях уходит как можно дальше. Да только вряд ли это их спасет. Его светлость сегодня же отправит погоню и гонцов во все соседние земли. Напав на сэра Лаэрта они подписали себе смертный приговор. Теперь все лорды ополчатся на них.

Я подошел к тому из пленных, которого по словам десятника взяли с луком. Он разительно отличался от второго пленного. И не только тем, что у него заплыл глаз и на лбу запеклась кровь, но в первую очередь добротной одеждой. А ещё я заметил на его сапогах следы от шпор. Такие следы бывают, если их постоянно носить не снимая. У стражников таких следов не было, так как шпоры они одевали только тогда, когда садились на лошадей, а это значит, что пленный не простой разбойник.

Я громко сказал десятнику, так, что бы слышал этот пленный: - Ещё раз обыскать его и как следует связать. Это рыцарь. Если его светлость не сумеет развязать ему язык, то к обеду в замке будет мессир Фрей, он колдун и чернокнижник и сумеет узнать все, даже от его от обгоревшего трупа. Я злорадно подметил, как побледнел пленный.

После того, как были сделаны подобие носилок и они были закреплены между лошадьми двух стражников, мы тронулись в обратный скорбный путь.

На входе в замок нас ждал маркиз. Одного его взгляда на безжизненно повисшую руку внука хватило, что бы понять, что мы не успели. - Мы опоздали на самую малость. Они увидали огни факелов и услышали топот копыт. Расстреляли его в упор. Бронебойными стрелами. Шансов у него уцелеть не было. Сэр Лаэрт дорого продал свою жизнь. Это были бродяги из кочевого племени, но у них было добротное оружие. Несколько нападавших нашли свою смерть от его меча. В похищенной сумке письма не было, оно было на его груди,- и я передал окровавленный пакет в руки сэра Морта. - А этот один из тех, кто стрелял в него. Судя по отметинам на сапогах - из благородных. У него был лук. Сэр Лаэрт умер у меня на руках.

- Сэр Франк, - голос маркиза был сух и не выражал ни каких эмоций,- я вам запретил без моего разрешения покидать пределы замка.

- Ваша светлость, если б вы серьезнее отнеслись к моим словам об опасности, что грозила сэру Лаэрту и отправили к нему на встречу отряд ещё вчера в обед, ваш внук, а мой брат был бы жив. Я считаю вас невольным виновником его смерти. И опять ни один мускул не дрогнул на лице маркиза: - Сэр Вир, гонцов ко всем вассалам и соседям. В погоню ударный отряд. Если будут пленные, доставить их в замок. Никого не жалеть, ни женщин ни детей…

Опустошенный я стал подниматься на второй этаж, потом вспомнив, вернулся к картине Армавирских драконов и отодвинул тяжелую рамку от стены. С обратной стороны, проведя рукой по раме, я нащупал плотный увесистый сверток, который без колебания вытащил. Это был продолговатый кожаный чехол, в котором по всей видимости хранились документы.

- Я принял твое наследство Лаэрт и доделаю то, что не успел сделать ты.

В моей комнате было тихо и сумеречно. Микст и Роберта сидели в разных креслах и держались за руки.

- Леди, сядьте на колени к Миксту,- видимо в том, как я произнес эти слова, было нечто, что заставило леди Роберту вскочить как испуганной птичке и быстро очутиться в объятиях моего брата. Я устало сел в освободившееся кресло, поставил меч между ног: - Сэр Лаэрт погиб,- и я повторил свой скорбный рассказ. Единственное о чем я не сказал ни слова так это о том, что это я возвел Лаэрта в рыцарское звание. Микст знал, что это должен был сделать король, вот пускай так и думает.

Через несколько минут тягостного молчания мой брат запинаясь проговорил:

- Мне очень жалко Лаэрта, Франк, но все в руках божиих. Я понимаю, что ты устал и хочешь отдохнуть, но можно мы побудем в твоей комнате до утра? Я махнул им рукой, вытянул ноги, поправил меч, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Передо мной стояло то веселое и лукавое лицо Лаэрта, то его посмертная улыбка и тонкая струйка крови на подбородке. Незаметно для себя я заснул.

По моему Микст и леди Роберта так и просидели не шелохнувшись всю оставшуюся ночь. Молодая леди уютно устроилась на коленях моего брата уткнувшись ему в грудь, а он блаженно улыбался. Мне было не очень понятно, как можно быть такими счастливыми, когда рядом, в течении суток погибли два человека. А потом я понял. Осознание неотвратимости случившегося придет к Миксту значительно позже, а сейчас он поглощен новым для себя чувством. Интересно я так же со стороны выгляжу глупо когда нахожусь рядом с леди Лаурой?

Только когда рассвело, пара покинула мои покои. Лаура ещё спала, когда я сел на край ложа и осторожно поцеловал её в плечо. Она зашевелилась, сонно улыбнулась, а потом рывком села: - Я видела плохой сон. Очень плохой сон.

- Расскажи мне его и он не сбудется.

- Я видела во сне, как твоя мать хотела убить нас обоих. Мы как будто спали, а она пробралась к нам и пыталась зарезать нас каким то странным кинжалом. Навершие его рукояти сделано в виде орла с распростертыми крыльями. Я внутренне вздрогнул. Кинжал, вернее стилет с такой рукояткой у моей матери - леди Ингизы, действительно был…

Даже смерть внука не повлияла на расписание турнира и финальные схватки начались во время. Официально было объявлено, что его светлость маркиз Ля Конт в связи с трауром запретил мастеру Миксту принимать участие в турнире, так что в итоге победителем был объявлен тот оберукий юноша, - мастер Ричард сына сэра Фрэнка. Копейной сшибки отрядов претендентов вышедших во второй тур турнира решено тоже было не проводить в знак уважения к горю организатора турнира.

А вот обряд возведения в рыцари был пышным и помпезным. Под звуки труб все 20 молодых юношей, что попали во второй тур были выстроены на ристалище и его светлость сэр Морт и сэр Эбергард, а также ещё 18 достойных рыцарей, большей частью убеленных сединами и украшенные шрамами одновременно своими мечами ударили по плечу претендентов и провели обряд посвящения в рыцари. Сэр Микст был на седьмом небе от счастья. Те шестеро, которые не получили право на рыцарский титул, особо не расстроились, они получили богатый опыт участия в турнире и узнали свои слабые стороны, так что у них все было ещё впереди.