Алексей Дуров - Прямые пути

Первым, не здороваясь, заговорил мужчина поточник:

— Зачем звали?

— Нам нужно перебраться через реку, — ответил Рес. Они с Леск договорились притворяться не дворянами, а дворянскими слугами, будто отстали, заблудились, а подорожные остались у хозяев. — Мы спешим очень… Мы заплатим, — и показал два серебряных кольца.

— Кони не переплывут, вода холодная.

— А нельзя ли перевезти и коней тоже?

— Плот нужен двулодочный. В селении есть плоты, можно пригнать. Но переберетесь, а там что? Там лес дикий, а дальше разъезды, побережников ищут.

— Мы-то не побережники, — честно соврал Рес.

— А все равно задержат вас, подорожную спросят. Есть подорожная?

— Нет, у хозяина осталась. Потому нам и надо как можно быстрее с ним встретиться.

— И где встретиться хочешь?

— Надеемся догнать его у Трех Кузниц.

Поточник прищурился, посмотрел в глаза Ресу, Леск, на коней взглянул. Кивнул на кольца:

— Два кольца даешь, чтобы реку переплыть. А дашь десять раз по два, чтобы до Бурного Плеса доплыть быстрее, чем всадник по дороге доберется?

— Но это вверх по реке.

— А над берегом, где течения нет.

— Хорошо, по рукам.

Беглецы расседлали коней и отпустили. Все равно их давно уже надо было сменить — если ищут служивые убийцу десятника, то им тавра и подковы известны, однако негде на малых дорогах Пахотных Равнин купить лошадей, чтобы подошли дворянам.

Беглецы переоделись в простое, а дворянское платье старательно свернули и спрятали в мешках, чтобы не помялось.

Леск переложила в мешок свитки — правильно, человек с седельными сумками, но без лошади странно смотрится. Рес спрятал под одеждой тесак, меч перевесил на спину, а то в лодке будет мешаться.

У поточников нашлись два лишних весла — особой формы и веревкой обвязанные, чтобы тихо грести.

Рес заявил, что сядет на корме. Поточник хотел что-то возразить, но Рес не поддался — не доверял он поточникам. Помнил про их разбойничьи наклонности, потому хотел, чтобы за спиной не было никого — боялся веслом по голове получить.

Когда забирались в лодку, Леск пробормотала что-то, быстро нарисовала рукой в воздухе несколько знаков. Рес испугался, вдруг суеверные поточники не захотят везти ведьму, но, похоже, Леск знала, что делала — поточница одобрительно кивнула:

— Хорошее колдовство. Если подействует, хорошо будет.

Оттолкнулись от берега и налегли на весла. Любой побережник в лодке как дома, а весло ему — продолжение руки, но поточники Реса удивили — кажется, и не сильно налегали, а лодка неслась так резво, что даже страшно. Стал повторять движения, попал в ритм, потом и Леск приспособилась — и лодка уже не плыла, летела.

— Как вас зовут? — спросил Рес, и Леск негодующе дернула головой. Нельзя имена спрашивать? А почему?

— Настоящее имя человека — тайна, — ответил поточник. — Называй меня Север.

— А меня — Волна, — добавила поточница. — А вас как называть?

Ответила Леск:

— Переписчица и Плотник.

Волна не согласилась:

— Не подходят имена. Лучше называть вас Боец и Колдунья.

Леск не возразила, Рес тоже. Не так уж плохо называться Бойцом. Или Боец — Леск, поточники у других народов тоже мужчин от женщин не отличают?

Рес наслаждался речным простором, греблей, скоростью. А поточники, оказывается, внимания не теряли — плыли спокойно и вдруг повернули к берегу, в камыши. Все молча, но как будто услышали что-то. И через некоторое время Рес различил знакомый звук — плеск больших весел, — а потом и голоса — веселые, беззаботные даже. Нет, не военная это галера. Хотел сказать поточнику, но тот и сам догадался:

— Купец.

Когда вывели лодку из камыша, действительно увидели купеческое судно — шло по течению, еще и на веслах, видимо, спешил торгаш. Рес не сдержал любопытства:

— Как ты узнал, что они приближаются? Их же не видно было.

— Река сказала.

То ли врал, чтобы тайн не выдавать, то ли и вправду с рекой разговаривал, то ли Рес понял неверно.

До темноты все же попался речной патруль на лодке, но поточники снова как-то почуяли его издалека. Пристали к берегу, вытащили лодку и укрылись в прибрежных кустах. Явно привычны прятаться от служивых.

Рес был уверен, что с заходом солнца пристанут на ночевку, но нет, гнали дальше, в полной темноте. Время от времени поточники командовали побережникам, правее брать или левее. Рес мог сказать, где берег — по тихому шуму листвы, плеску мелких волн, журчанию воды под лодкой. Но все же не решился бы плыть ночью.

Иногда видели на берегу огоньки, и на всякий случай брали от них подальше.

Гнали всю ночь, и, как ни странно, Рес не устал. Как будто силой от реки напитывался. Остановились уже на утренней заре — завели лодку в неприметную заводь. Ступили на песок — тут и навалилась усталость неимоверная, пришлось у Леск красного порошка просить. Немного, только чтобы спать чутко.

Спать люди побережья устроились подальше от людей потока, в густых зарослях, через которые невозможно пробраться бесшумно. Поточники и не пробовали — Рес сдерживался, чтобы не заснуть, прислушивался, но не услышал ни слова. Повозились поточники, и скоро можно было расслышать их сонное сопение. Удивительно молчаливые люди.

Когда Рес и Леск проснулись, Север уже набрал дров и разводил костер, а Волна удила рыбу. Сразу попросила Леск:

— Приманить не поможешь?

Та начала читать заклятия, приплясывать. И Волна быстро надергала с десяток рыбин. То ли место удачное, то ли заклинания действуют. После Трехречья Рес верил в колдовство — вернее, знал, что оно работает, сам же видел. Однако до сих пор сомневался, что от него может быть польза.

— Ты хорошая колдунья, — говорила Волна, разделывая улов. — Ты воду слышишь, и вода тебя слышит. Но зачем дворянам слуги-колдуны?

— Моя хозяйка не знает, что умею колдовать, — врала на ходу Леск.

— Тверк-тиак-ошель-стинт, — кивнул Север.

— Что?

— Так квай ирт других называют, — ответила Волна.

— Вас так нельзя называть, — успокоил Север. — Вы слушать умеете. Вам не надо, а вы умеете.

Длинновато для названия всех подряд чужаков. И Леск губы поджала чуть обиженно, пока Север не успокоил. Рес спросил у нее на языке побережников, как переводится, она ответила:

— Слепой, глухой, лишенный осязания, немой. Они еще говорят тверк-тиак, чтобы не так длинно.

Погнали лодку дальше. Ночь выпала не кромешная — небо ясное, и луна светит, — так что поточникам и подсказывать ничего не надо.

Трижды встречали обозначенные фонарями большие суда. Но даже не приставали к берегу, просто обходили подальше. Все равно суда стояли на якорях — все, кроме поточников, боятся плавать по реке ночью. И хорошо, спешить надо, потому что скоро дождь начнется — Рес видел явные приметы.