Майкл Уильямс - Отважное сердце

А я… я спрыгнул с ветки и храбро погрозил отступающим кулаком:

– Получили?! Будете знать, как нападать на рыцаря Соламнии!

Сэр Баярд окинул меня презрительным взглядом с ног до головы и произнес ледяным тоном:

– Лучше, вояка, посмотри, что там с твоей лошадью.

А что было с моим Моласесом? Известно что: он лежал мертвый.

Мы перенесли мою поклажу на вьючную кобылу, она еще раз взглянула на меня с ненавистью.

Я добросовестно и молча выполнял все безмолвные приказания своего хозяина, прекрасно представляя, что он обо мне сейчас думает.

Сэр Баярд вернулся к костру, достал сушеную говядину и сухофрукты. Мой хозяин не стал ничего варить или подогревать. Просто протянул мне мою порцию, и мы, не проронив ни слова, поели.

Дождь все лил и лил.

Я вынул кости, погадал на них. Выпало 2 и 8. Знак лошади. Я попытался вспомнить, что он должен означать. Сэр Баярд заглянул мне через плечо:

– Что у тебя там?

– Знак лошади, – коротко ответил я.

– Я спрашиваю о…

– А-а, – протянул я. – Я гадаю по «Калантине». Это такая книга для игры в кости.

По-видимому, любопытство сэра Баярда было удовлетворено – он снова отодвинулся от меня.

Обогревшись немного у костра, рыцарь поднялся и пошел к своему Вэлороусу, пробормотав словно самому себе:

– Все это чушь собачья.

Может быть, – я пожал плечами.

Сэр Баярд присел перед Вэлороусом и поднял его левую переднюю ногу.

– А зачем же ты это делаешь?

– Делаю? Что делаю? – переспросил я.

– Гадаешь по «Калантине». Конечно, в Восточных Дебрях богатые бездельники постоянно играют в кости. Но и там никто не принимает предсказаний «Калантины» всерьез. А ты, что же, веришь?

– Но, сэр Баярд, – сказал я осторожно, – кости предсказывают, что со мной случится, и подсказывают, как я должен поступить.

– Чушь, – откликнулся сэр Баярд, счищая грязь с копыта Вэлороуса.

– Чушь?

– Конечно, чушь, – улыбнулся он. – И ты, Гален, сам это прекрасно понимаешь. Просто, так тебе легче жить. – И затем сказал уже без всякой улыбки: – Ты знаешь, мой мальчик: в мире происходит действительно много удивительного и волшебного. Но предсказания «Калантины» к волшебству не имеют никакого отношения, уж поверь мне.

– Но почему вы так уверены в этом? – я все еще сжимал в руке фишку.

– Ладно, – сказал сэр Баярд, осматривая второе копыто своего коня, – какой, ты говоришь, знак у тебя выпал?

– Знак лошади.

– Ну, и что же это значит?

– Это… это может означать путешествие. А может, это было связано с тем, что случилось с Моласесом, – с его смертью…

– А не кажется ли тебе, дорогой Гален, что все это – весьма неопределенно? – отозвался сэр Баярд, переходя к задним ногам Вэлороуса.

– Знак лошади может означать очень многое. Надо только суметь правильно его разгадать.

Я и сам понимал, что слова мои – детский лепет. И мне подумалось: вот сейчас сэр Баярд усмехнется и перестанет говорить на эту тему. Рыцарь действительно усмехнулся, но сказал:

– Можно, конечно, понапридумывать всяких толкований. А потом убедить себя: мол, вот это и означал данный знак. Мол, он меня предупреждал… Но уверяю тебя, все это – чистой воды шарлатанство. Подлинное волшебство человеку встречается чрезвычайно редко – ну, так же редко, как на этой дороге случается честный поединок между двумя рыцарями…

– А я, сэр Баярд, я видел настоящее волшебство! – вдруг вспомнив о своем брате Бригельме, воскликнул я.

– Ну, а я видел на этой дороге честный поединок между двумя рыцарями, – отозвался сэр Баярд.

Он внимательно осмотрел копыта своего коня. Потом выпрямился и сказал:

– А ведь Гоуд, Кэррок и все остальные искренне, честно думали, что мы с тобой – негодяи, выдающие себя за рыцарей. Тот человек в черном, что сейчас сидит в темнице замка, надолго отбил у них желание верить рыцарям Соламнии.

Он замолчал, посмотрел на меня, потом еще раз осмотрел копыта Вэлороуса и снова повернулся ко мне:

– Гоуд и его товарищи защищали свою деревню от негодяев, которые выдают себя за рыцарей. Сейчас им даже кажется: все рыцари – негодяи. Гоуду надо еще научиться отличать настоящего рыцаря от мерзавца в рыцарских доспехах. Ему вообще надо многому научиться, – и, подходя к вьючной кобыле, сэр Баярд закончил: – Как, впрочем, и тебе тоже.

Потом, поправив на кобыле попону, добавил:

– Надеюсь, я помру еще не скоро и смогу научить тебя всему, что сам знаю и умею.

Я подумал, что буду рад выслушать все его советы и наставления, но только не здесь, под дождем, на дороге, где могут вот-вот появиться вооруженные крестьяне.

И я даже начал говорить об этом своему хозяину. Но тот вдруг замер, приложив палец к губам, и пристально посмотрел на ель, из-за которой в первый раз вышли Гоуд и его товарищи.

– Тихо! – прошептал он. – Там кто-то есть.

Рыцарь быстро подошел к Вэлороусу – к его седлу он только что привязал меч.

Я беспокойно всматривался в деревья на той стороне дороги, но ничего не мог разглядеть. И ничего, кроме шума дождя, не услышал.

– Сэр, я ничего не слышу и не вижу. Может быть, вам почудилось?

Мой хозяин, прищурившись, оглядывался.

– ты помнишь: Гоуд говорил о философии чисел? Боюсь, что нам скоро придется иметь дело с гораздо большим числом философов, чем в первый раз… Ну, а посему, Гален, тебе следует снова занять свое место на дереве. Думаю, мне, как и в первый раз, понадобится дозорный…

Сэр Баярд ласково похлопал коня, успокаивая его.

Я сказал громким шепотом:

– Теперь, сэр, убивайте их, не раздумывая. вы видите: они перепугаются и разбегутся. Сколько бы их ни было!

Сэр Баярд уже держал в руках меч.

А я встал к дереву поближе – так, чтобы в случае опасности мог бы, действительно, быстренько вскарабкаться на него.

Я продолжал всматриваться в деревья за дорогой. И наконец-то увидел четырех парней. Я видел только их голову и грудь. Лица их были угрюмы и насуплены.

И вдруг сквозь шум дождя я услышал цоканье копыт.

Те, кто подходили к нам, не были людьми. Но они не были и лошадьми… я успел подумать о знаке лошади и тут же был сбит с ног. Перед моими глазами мелькнули ветви дерева, затем тускло сверкнул серый свет. А потом – все провалилось во тьму…

Глава 5

Отцовский замок был практически со всех сторон окружен болотами. Носили они одно общее название: Верденское болото.

В народе ходили слухи о невероятно больших деревьях, которые растут на болоте, о жутких чудовищах, которые обитают там, о странных огнях, которые там видны.

Нам, детям, болото внушало ужас. Хотя мы и знали, что именно болото спасло многих здешних крестьян от смерти во времена Катаклизма.