Владимир Наумов - Души потемки

— А если я обос…, пардон, обгажусь?

— Тогда твои спутники умрут быстро, чего не обещаю тебе.

— Весьма милая перспектива.

Повинуясь неуловимому знаку, воины сомкнулись вокруг нас. При моем богатом воображении я почти физически ощутил, как острые арбалетные болты вонзаются мне меж лопаток. Двинулись неторопливо. В авангарде шло двое — один зажигал настенные факела, другой его страховал в этот момент. Забавное ощущение — такое, что Карлос сам кого-то боится, ну уж, во всяком случае, не меня. Хотелось бы знать, кого? Враг моего врага должен быть мне другом. Хотя кто его знает. Такие предосторожности в собственном подземном убежище. В следующее мгновение сзади что-то ухнуло, повеяло падалью. Я резко обернулся. К этому времени охрана сделала первый залп. На их место шагнула следующая тройка, давая возможность перезарядить оружие. Освещенный коридор хорошо простреливался, и ни одна стрела не прошла мимо цели. Огромный волк с обвисшими боками и облезлой шерстью пытался выдернуть зубами стрелы, глубоко застрявшие в его теле, глаза полыхали бешенством, но в них не было отголоска страха или боли — так досадная помеха.

— Две тройки, — скомандовал Карлос. — Остальные вперед.

Эскорт быстро перестроился, и мы вновь оказались внутри ощетинившегося каре.

— Что это? — я был потрясен увиденным.

— Мару, — Карлос усмехнулся, но как-то невесело. — Мокоши, морлоки, как тебе больше нравится.

Догадка о том, что Карлос не может покинуть Болото Ужаса с Перстнем Мрака, нашла еще одно косвенное подтверждение.

— Они убьют его.

— Вряд ли. Скорей он их.

Голос Карлоса «закаменел», в нем не было безразличия, скорей покорность или привычка.

— И многих ты так теряешь?

Гневный взгляд яснее слов послужил ответом. Неизвестно, чем окончилась бы наша перепалка, но рядом без видимых причин рухнул один из воинов.

— Ложись.

Мой нос соприкоснулся с каменным полом раньше, чем я дослушал команду. Слезы брызнули из глаз. Стрелы в очередной раз запели «песню смерти». Гнойная жаба, харкнув для острастки еще раз, сочла за благо отступить. Ядовитая слюна — убедительный образец природного химического оружия. Воин еще был жив, но его тело сотрясали жуткие судороги.

— Ему можно помочь?

— Нет. Сантос!

Арбалетный болт пронзил тело, принося избавление от адских мук.

Отвечая на невысказанный вопрос, Сантос пояснил:

— К нему нельзя прикасаться.

— Вы его бросите здесь?

— Он уже принадлежит мару. Хотя они предпочитают живую добычу.

Я содрогнулся.

— Я видел однажды, как мару заглотил слугу парализованного ядом. Еще несколько часов бедняга корчился в животе булькающей от удовольствия жабы.

Карлос шагал некоторое время молча. Наконец не выдержал:

— Перстень находится в глуби подземелья. Кто его там упрятал мне неизвестно. Мару нападают на любого, кто спускается ниже шестого уровня. Но даже сюда пройти способен не каждый.

Целый рой вопросов гудел у меня в голове, но я не мог сосредоточиться ни на одном.

— Мару — кто они? Хранители, бывшие хозяева или рабы Перстня?

— Мне не удалось выяснить.

— И каждый спуск собирает кровавую жатву.

— Поначалу было еще хуже.

— И многих вы уничтожили?

— Ни одного. В крайнем случае, мне, не известно ни одного случая.

Я приуныл. Крайне проблематично дойти до хранилища, а что же будет, когда я попытаюсь выйти оттуда с Перстнем?

Да, ситуевина, как говаривал один мой знакомый.

— Почему ты не пользуешься своими возможностями, магической силой?

Самолюбия я не задел, но удовольствия вопрос Карлосу не доставил.

— Бесполезно. Мару обладают более древней и могущественной защитой.

— Странно, что тогда они не применяют ее против вас.

Взглянув на язвительную улыбку Карлоса, я уже знал ответ. Совершенно беспардонно меня схватили, и я пикнуть не успел, как припечатали к стене чьим-то телом. С воем напоминающим паровозный гудок по коридору промчался кабан, или может, носорог, не успел разглядеть.

Беглый осмотр выявил наличие сломанной руки у одного из воинов авангарда. Я с содроганием ожидал безжалостной расправы над ним, но дело завершилось гораздо проще. Карлос произнес заклинание, и гримаса боли исчезла с лица воина. Руку повесили на ремень, а самого поменяли с центровым.

Итак: выбыло из строя семь человек, один покалеченный. Шансы уменьшаются, но Карлос спокоен, видимо, количество охранников, хотелось бы верить, не путем проб и ошибок, строго выверено. Большее число лишь затрудняло бы активную оборону, создавая сутолоку в узких коридорах.

Лица окружающих посерели, и я поспешил приписать это усталости и многочасовому напряжению. Не хотелось даже думать, что этих воинов пугало нечто ожидающее нас впереди. Последующие часы превратились в подлинный кошмар. Мы продвигались рывками между схватками. Все чаще Карлос озабоченно оглядывался, видимо, столь активное сопротивление ему внове. Осталось четверо воинов и мы.

Я до такой степени отупел от страха, что двигался как заведенный автомат, копируя действия охраны. Вылетевшее из-за угла щупальце захлестнуло разведчика. Хруст костей и шипение затухающего факела слились в один звук.

Темнота поглотила коридор. Я еще раньше заметил, что за нашей спиной, стоило пройти несколько метров, факела гасли с мрачным постоянством.

Тишина.

Ни шороха, ни скрипа. Лишь стук сердца. С каждой секундой, мне кажется, он все громче и громче, перерастая в оглушительный набат. Конец.

— Карлос.

Тишина.

— Карлос.

— Струхнул, Змей?

— Ну, ты очень мягко выразился. Я буквально умираю от страха.

— Не спеши умирать — еще успеешь.

Шорох, как будто мешок бацает по полу, прервал нас. Назад нам не пройти, я был уверен в этом.

Какая-то тварь затаилась за поворотом. Похоже — финита ля комедия.

— Карлос! Далеко еще до хранилища?

Ответ запаздывал. Секунды тянулись невероятно долго.

— Ну, что, ты, язык проглотил?

— Не знаю.

Неуверенность, прозвучавшая в голосе, оборвала последнюю ниточку надежды в моей душе. Ведь я надеялся, правда, не знаю на что. На Карлоса, на удачу, на черта лысого! Столько пройти и погибнуть в желудке неизвестной твари. Глубоко под землей в темном коридоре.

— Ты спрашивал о магии. Получай!

«Мы ходим по замкнутому лабиринту. Стоп! Со мной это уже происходило. Тогда у Кары. Погодь, погодь! Кто-то настойчиво толкал меня в объятия красотки. Зачем? Выходит не Карлос. Кара? Обворожительна, тиха и покорна. Вряд ли. С мужским самолюбием у меня все в порядке, даже, пожалуй, чересчур, но представить себя в роли покорителя женских сердец, потерявших голову с первого взгляда, увольте. Может, у меня не все в порядке с головой, но сексоманией не страдаю, хотя наличие другого рода психозов не исключаю. А по сему выходит, что мару уже делали попытку остановить меня. В этом есть разумное зерно, многие земные религии проповедуют половое воздержание, да и спортсмены перед соревнованием то же».