Виталий Зыков - Конклав бессмертных. В краю далёком

Ознакомительный фрагмент

— Ты-то жив! — бросил Ненахов недавнему противнику.

— Он сам смог пройти через Первую Пелену. Ещё в первый месяц. После этого его надо было лишь хорошенько подтолкнуть, и он прорвался через Вторую. Кое-кто из первых справился и сам, но остальным надо помогать… А тебя, тебя надо вести за руку. Ты хорошо шёл, но остановился, застрял на полпути. Скоро начнётся регресс, дар оборотня выйдет из-под контроля, и ты либо умрёшь, либо станешь безмозглым монстром.

Страшные слова Хмурого раскалёнными иглами врывались в мозг. Захар поверил сразу, всем сердцем. Это знание сидело где-то внутри, и разговор лишь подтолкнул его, заставил выплыть наружу. Именно так появились чудовища на юге, а становиться кровожадной тварью он не хотел.

— И кто же поможет мне пройти через Пелену, Вадим или другой… оборотень? — глухо спросил Захар.

— От оборотня в таком деле никакого толку. Помочь советом может, но этого мало. Нужны умения, недоступные ни одному из известных мне Перевёртышей. Без Сноходца не обойтись, — пояснил Кардинал, хищно улыбаясь.

«И почему я совсем не удивлён?» — мысленно воскликнул Ненахов и уже вслух произнёс:

— Кажется, вы нашли подходящие аргументы.

— Нашёл, — согласился Дымов. — Но учти, я раскрою твои способности, сниму ярмо раба собственного тела, введу в семью таких же Меченых. Взамен же мне нужно одно — верность. До самой смерти! Предателю нечего ждать от меня пощады.

— Я понимаю, — досадливо отмахнулся Захар. Ну что он его, за ребёнка держит? О дверях, в которые можно войти, но нельзя выйти, он представление имел. — Что надо делать? Принести клятву на крови, есть землю…

— Достаточно просто согласиться.

От опасной мягкости в голосе Сноходца по спине Ненахова побежали мурашки. Язык вдруг присох к гортани, потому он просто кивнул.

— Отлично! Думаю, теперь тебя можно познакомить с Тагиром. Он мой помощник в делах… я бы сказал, сверхъестественного плана, — совсем другим тоном сказал Дымов, а парень в такой же, как и у него, маске шутливо отдал честь. — Твоим непосредственным командиром станет Вадим, бытовые вопросы решай с ним. Я же займусь обучением… с завтрашнего дня.

Тиски напряжения, сковавшие Захара, медленно разжались. Он вздохнул и с интересом посмотрел на Вадима, покинувшего свой пост в дверях. Оборотень подошёл к дивану и одним движением спихнул затаившегося, точно мышь, Артёма на пол. За серьёзным разговором Захар о нём просто забыл.

Несостоявшийся воришка тихо чертыхнулся. Судя по широко распахнутым глазам, он чего-то дико боялся. Ненахов на мгновение ощутил жалость к парню, но вступаться не стал. Рубикон пройден. Назад пути нет. Он сам ещё испытывал нечто вроде головокружения от своего скоропалительного решения. В какой-то час решиться на шаг, которого удавалось избегать несколько месяцев. Мистика какая-то. Захар даже заподозрил здесь влияние особых способностей нового командира, но тут же с негодованием их отмёл. Нечего всё валить на колдовство и прочую муть, сам он принял решение, сам. Давно вызрело желание стать частью чего-то большего, а Дымов лишь пришёл и снял урожай.

— Чего перепугался, дурак? — презрительно бросил Вадим, толкнув ногой Артёма. Кардинал и Тагир раздражённо на него посмотрели и вышли на балкон, прикрыв за собой дверь. Недовольство Сноходцев ничуть не тронуло оборотня. — Потом ещё благодарить будешь.

— Может быть, отпустить парня… — предложил Захар.

— У Хмурого на него другие планы, — решительно отрезал Перевёртыш, но потом смягчился. — Мы ведь в дом не просто так сунулись. Бывали здесь и не раз. Местные перекати-поле, вроде тебя, о том знают и не лезут, делам нашим не мешают. И вас бы шуганули, так Кардинал в каждом Меченого разглядел. Своими способами. — Вадим неопределённо пошевелил пальцами. — Своими, да. В тебе точно, а в нём лишь намёки. Сам видишь, солнца он боится, да и Тагир о какой-то метке говорил. Не знаю, я никаких меток не вижу и слава Богу… С тобой разобрались, а вот ему предстоит одна… проверка. На Сноходца. Кардинал говорит, иначе никак. Если Дар этот проклятый в крови проснулся, то утихнуть он уже не утихнет, а вот сам развиться не сможет. Толчок нужен.

— Так за чем дело стало?

Оборотень удивлённо покосился на Захара.

— Не простое это дело, опасное. И от воли испытуемого напрямую зависит. Проявишь стойкость — уцелеешь и силёнок наберёшься, а тряпкой окажешься, так и сгинешь, как собака. Он же, — Вадим кивнул на красного от злости Артёма, — как услышал от командира об обряде, так словно взбесился. Тагира лягнул, меня едва не укусил… Пришлось врезать ему хорошенько, чтобы остыл.

Распрощавшись с жизнью одинокого бродяги, Захар решил проявить к пленнику снисходительность.

— Да ладно тебе, парень. Чего бунтуешь зря. Выполнишь, что от тебя хотят, и свободен. Сам ещё к Кардиналу попросишься.

— Зря бунтую, говоришь? — сказал Артём с яростью. — Зря?! Скажи, а на моём месте ты бы захотел встречаться с Прозрачником?

Ненахов не нашёлся что ему ответить.

Глава 3

Инициация

В голове судорожно металась мысль об обещанном Хмурым ритуале, и Артём почти не вслушивался в голоса Вадима и Захара. К чему все эти разговоры, если совсем скоро его ждёт встреча со смертью. Порождения иной реальности не щадят никого, убивая без жалости и сострадания. Какой смысл прикрываться словами об испытании, раз нет надежды выжить?!

Странное дело, но страха почти не было. Вернее, он был, сердце билось как сумасшедшее, но гораздо больше было злости и даже ненависти. Ему дико, до исступления, хотелось освободиться и вцепиться в глотку проклятому Кардиналу, отомстить за унизительные пинки здоровяку-оборотню… Пустые мечты! Даже будь он свободен, он не смог бы справиться и с обычным бандитом, не говоря уж о Меченых. Проклятье!

— Кончай зубами скрипеть, — бросил Вадим. — Хочешь жить — забудь обо всём, сосредоточься на драке. И дерись, дерись до конца! Трус не переживёт встречи с Прозрачником. Если выстоишь, то станешь другим человеком. Ну а нет, так скатертью дорога… В местном аду полно земляков. Глядишь, и замолвят словечко-то.

Захару происходящее, видно, не слишком нравилось, но он молчал. Да Артём на его помощь и не надеялся. Зачем тому рисковать жизнью ради чужого человека?

Со двора донеслись громкие голоса, что-то крикнул Тагир. Оборотень прислушался и, расплывшись в улыбке, толкнул локтем Ненахова.

— Вот и остальные подтянулись. Сейчас работы много, так что тебя мы им представим чуть позже. Время поджимает.

— Какие-то тайны? — В голосе Захара проскользнула обида.

Конец ознакомительного фрагмента