Джон Толкиен - Возвращение государя

Камни на плоскогорье потрескались, почернели, а некоторые и вовсе попадали. Они походили на гнилые зубы, торчавшие из старческих десен, но выглядели зловеще, и Мерри, понятия не имевший, кто и зачем их здесь понатыкал, искренне надеялся, что король не последует далеко по этой мрачной дороге. Потом он разглядел по обе стороны скопления шатров и палаток, теснившихся у краев плато, подальше от камней. Справа, где попросторнее, их было больше, а по левую руку виднелся маленький лагерь с высоким шатром посредине. С той стороны выехал всадник, и король свернул с дороги ему навстречу. Приблизившись, Мерри с удивлением понял, что перед ним женщина, облаченная в кольчугу и опоясанная мечом. Из-под стального шлема ниспадали длинные светлые косы.

— Приветствую тебя, государь Марки! — воскликнула она. — Мое сердце радуется твоему возвращению.

— Привет и тебе, Эйовин, — откликнулся Тейоден. — Все ли у тебя в порядке?

— Все хорошо, государь, — голос воительницы звучал твердо, но хоббиту послышалась в нем затаенная печаль. Ему даже показалось, что дева недавно плакала, хотя, глядя на ее суровое лицо, в такое трудно было поверить. — Все хорошо. Поначалу, правда, пришлось трудновато. Люди отвыкли от военных тягот, многие роптали. Было много сердитых слов, но обошлось без злых дел. Теперь все наладилось. Твой шатер ждет тебя — меня предупредили о твоем прибытии.

— Значит, сюда приехал Арагорн, — сказал Эйомер. — Он еще здесь?

— Нет, — Эйовин отвела глаза и окинула долгим взглядом темневшие на юго-востоке горы. — Он явился ночью и вчера, еще до зари, снова отправился в дорогу.

— Ты опечалена, дочь моя, — сочувственно заметил Тейоден. — Что случилось? Скажи, он говорил тебе о том пути? — король указал в сторону Горы Призраков.

— Да, государь, — вздохнула Эйовин. — Он ушел в Тень, откуда никто никогда не возвращался. Мне не удалось отговорить его.

— Значит, наши пути разошлись, — печально промолвил Эйомер. — Он потерян для нас, и наши надежды тают.

По прибытии в лагерь король удалился в свой шатер, куда уже собирались призванные на совет вожди. Мерри отвели палатку поблизости, где он и сидел в одиночестве, размышляя об услышанном.

— Стезя Мертвецов, — бормотал хоббит себе под нос, — что бы это значило? Все друзья разбрелись, у каждого своя судьба. Гэндальф с Пиппином воюют на востоке, Фродо с Сэмом в Мордоре, а Бродяжника, Леголаса и Гимли занесло на какую-то Стезю Мертвецов. Интересно, о чем там совещается король и когда отправится он в поход? А с ним и я.

Вдобавок ко всем этим невеселым мыслям Мерри основательно проголодался. Он совсем уж было собрался пройтись по лагерю и глянуть, нельзя ли где заморить червячка, когда пропела одинокая труба и явившийся посланец призвал хоббита в королевский шатер — ему как оруженосцу надлежало прислуживать за трапезой государя.

Шатер был велик, но стол накрыли в отгороженном плетеной ширмой закутке, и сидели за ним всего лишь четверо — сам Тейоден, Эйомер, Эйовин и Данхир. Мерри, как подобало, встал за королевским сиденьем, но старик улыбнулся и усадил его с собой, по левую руку.

— Негоже тебе стоять, Мериадок, — молвил он. — Твое дело не подавать кубки, а веселить мое сердце рассказами.

Собравшимся, однако, было не до веселья. Ели и пили в молчании, пока хоббит, набравшись смелости, не задал давно мучивший его вопрос.

— Государь, я уже не раз слышал про Стезю Мертвецов. Что это за стезя такая? Бродяжник, то есть я хотел сказать Арагорн, он куда пошел?

Тейоден лишь тяжело вздохнул, и за него ответил Эйомер.

— Куда — этого мы и сами толком не знаем, оттого-то у нас и тяжесть на сердце. Ну а Стезя Мертвецов… ты уже прошел по ней несколько шагов. Нет, не подумай, что я о каких-нибудь дурных предзнаменованиях. Дорога, которой мы приехали, ведет к двери, а что лежит за ней, неведомо никому.

— Никому, — подтвердил Тейоден. — Однако есть одно старинное предание, что передается в Доме Эйорла из поколения в поколение. Будто бы за Дверью под Горой Призраков пролегает тайная тропа… куда она выводит, об этом не говорится. Никто не пытался вызнать ее секрет с тех пор, как Бэлдор, сын Брего, ступил за Дверь и пропал навеки. Вышло так, что на пиру, устроенном Брего по случаю возведения Золотого Чертога, его сын осушил слишком большой рог и дал опрометчивую клятву… да так и не воссел на трон, что предназначался ему как наследнику.

Люди говорят, будто Мертвые Темных Лет охраняют тот путь и живым не проникнуть в их потаенные залы. Сами они порой выходят наружу, и когда на дороге перед Дверью появляются тени, жители долины прячутся по домам, закрывают двери и ставни и дрожат от страха. Но Мертвые появляются редко, как говорят, только накануне великих бедствий.

— Однако, — тихо добавила Эйовин, — по всей долине рассказывают, что недавно безлунной ночью по дороге прошло целое призрачное войско. Откуда — неизвестно, но оно поднялось по дороге и скрылось под горой. Тени спешили словно на воинский сбор.

— Но Арагорну-то там что понадобилось? — пытался дознаться Мерри. — Неужто он никому не сказал, зачем туда идет?

— Уж коли ты, его друг, ничего не знаешь, — покачал головой Эйомер, — так мы и подавно. Он непреклонен в достижении своих целей, но что заставило его сделать такой выбор, живущим знать не дано.

— Мне показалось, он сильно изменился с тех пор, как я впервые увидела его в Золотом Чертоге, — добавила Эйовин. — Осунулся, помрачнел… Быть может, он призван Мертвыми, а стало быть, обречен.

— Быть может, и призван, — кивнул Тейоден. — Сердце подсказывает, что мне с ним больше не увидеться, но вот обречен ли он — то нам неведомо. Арагорн не простой человек, судьба его высока. Ты печалишься о нем, дочь моя, но вспомни предание и утешься. Рассказывают, когда Эйорлинги пришли с севера и двигались вдоль Снеговой, присматривая надежное убежище, Брего и его сын Бэлдор поднялись по крепостной лестнице и приблизились к самой двери. На пороге сидел старец, столь древний, что выглядел ровесником гор. Некогда царственный и высокий, он иссох, сделавшись с виду как старый камень. Его и приняли за статую, но когда попытались обойти, словно из-под земли донесся голос, возвестивший на Западном Наречии: «Путь закрыт». Брего и Бэлдор воззрились на него и поняли — старик жив, хотя сам едва их видит. «Путь закрыт, — повторил он. — Проложившие его мертвы, и Мертвые не допустят туда живых, пока не настанет срок». «А когда он настанет?» — спросил нетерпеливый Бэлдор, но не дождался ответа, в тот же миг старик умер и упал ничком. Наш народ так и не узнал ничего больше об исконных обитателях гор. Кто знает, может, срок настал и Арагорн сможет пройти.