Ольга Ильина - Особенные. Элька-3

— Прости, но если бы ты выбрала меня…

Я закричала от ужаса и бросилась бежать, потому что осознала, что меня убьет тот, кого я люблю, вот только кто? Егор или Диреев?

Вернувшись в реальность, я бросилась в ванную, где меня вывернуло наизнанку от всего. Как такое возможно? Кто эти люди? Что это за обряд страшный? И почему я не могла ничего сделать? А самое главное, как так вышло, что меня убьет тот, кого я люблю? «Если бы ты выбрала меня…» — этот шепот, нет я не могла различить, хотя знала голоса обоих. Кто из них? Диреев, который клялся, что никогда не причинит мне вреда или Егор, который уже предал однажды. Я не хочу, чтобы это было правдой. Не хочу бояться собственной тени, не хочу бояться того, кого люблю, даже если я люблю их обоих.

— Эля, — Олеф постучалась ко мне, а я даже ответить не могла, так мне было страшно. Как никогда в жизни. — Как ты?

Что я могу ответить? Солгать, что все в порядке, когда мне хочется спрятаться, забиться в норку и никогда больше не вспоминать это страшное видение. А потом я побрызгала на лицо водой, глубоко вздохнула, посмотрела на свое отражение и поняла, что так просто не сдамся. Не на ту напали, гады. Что бы ни случилось, но я сделаю все, чтобы это чертово видение не сбылось, никогда. И дело не только во мне, а в Кате, в Кристине, в тех семерых ни в чем не повинных существах, которых также убивали вместе со мной.

— Ты успокоилась? — спросила Олеф, когда я вышла из ванны.

— Да. Теперь я понимаю. Оль, узнай для меня все, что сможешь об этом пророчестве, а я попытаюсь это все пережить.

— Я помогу тебе всем, чем смогу, — пообещал Омар.

Я кивнула и подумала о том, что друзья мне сейчас не помешают. И поддержка близких. Жаль, что самый близкий для меня человек не отвечает на звонки. А я и хочу и страшусь встретиться с ним снова. Вдруг, увидев его, я узнаю в нем убийцу. Или в Егоре? Все это очень печально. Как мне теперь реагировать? Как жить?

— Поговори со мной, — попросила Олеф. — Я знаю, тебе страшно.

— Мне не хочется больше испытывать это чувство.

— Я понимаю. Когда Омар мне рассказал, я испугалась за тебя, но даже не представляю, каково это, увидеть все своими глазами. Но меня утешает то, что видение можно изменить. Омар жив, и с тобой будет тоже все в порядке. Я верю в это.

— Надеюсь.

— А теперь расскажи подробнее, что ты увидела в видении?

Я вернулась домой вечером и тут же взялась за альбом. Пока все свежо в памяти, я должна это нарисовать. Да и Крыса подождать нужно, надеюсь, и его вылазка к хранителям не будет бесполезной. Он явился поздно ночью и напугал меня.

— Крыс. Что ты так долго, я даже ждать устала? — прошептала в темноте.

— Да я это… Милену видел.

— О как? Валерьянку тащить?

— Не, обойдусь. Нам же все равно придется сталкиваться по работе.

— Да. Придется. А что с нашим делом?

— Не знаю, вокруг Черного мага столько слухов ходит, не знаешь, чему верить. Я закинул удочку на счет специалиста по культам. Может, скоро что-то и прояснится. А ты что узнала?

— Ничего хорошего, Крыс, — ответила я и рассказала о видении, а затем показала наброски того, что успела увидеть в своем видении.

Первое, круг на полу. Мне показалось, он был поделен на сектора. Но здесь, Крыс ничего не мог предположить, а вот медальон на груди того типа заинтересовал.

— Черный дракон, символ твоего рода.

— Да, но от рода Савойи остались только я, да Ева.

— Может, этот символ не только твой род использовал?

— Может быть.

— А что еще там есть?

Нож. У него на рукоятке были странные символы написаны и знак рода Бьюэрмана. Черный дракон.

— Тебе знакома надпись? — спросила я.

— Нет, только несколько слов: «Кровь, надежда, сила».

— А что ты думаешь об этом?

Я показала последний рисунок, который вызвал у меня наибольшее недоумение. Потому что я увидела его случайно. Татуировка на моей руке. Четырехлистник.

— Символ рода Углич.

— Да. Как думаешь, если я не буду делать никаких татуировок, видение не сбудется?

— Особо на это надеяться не стоит. Но, так или иначе, тебе нужно подумать над тем, чтобы послать обоих Егоровых куда подальше.

— Крыс, мне хочется верить, что несмотря на все неурядицы между нами, что бы не произошло в будущем, никто из них никогда не причинит мне вреда.

— Пока.

— Я знаю, что ты думаешь, но… я… в это я не могу поверить. Иначе все мое представление о людях перевернется. Диреев не такой.

— А второй? Он и раньше тебя подводил.

— Но я спасла ему жизнь. Надеюсь, это хоть что-то да значит.

— Кого ты пытаешься убедить, меня или себя?

— Обоих. Нас обоих.

Потому что мне тоже страшно. Я не хочу умирать в ближайшие лет двести. И это видение, кажется, сейчас особенно зловещим. Блин, ну почему я полезла в эти старые коробки? Что это? Судьба или злой рок? Или провидение?

Глава 10

Итак, он со мной порвал

Утром я первым делом полезла в компьютер, выяснить, когда будет ближайшее лунное затмение. 27 декабря, через три месяца. Значит, до этого времени нужно все выяснить о ритуале, о тех незнакомцах, которые были в нем помимо Кристины и Кати, что это за зал, а главное, как все это предотвратить? Я думаю, что это происки того маньяка. И не просто думаю, я уверена в этом. Он хотел, чтобы я родилась, он все подстроил, и очень скоро он появится на горизонте. А я буду начеку, потому что уже знаю, если не его, то как выглядит его аура.

— Крыс, ты не хочешь прогуляться?

— Нет, Элька, я собираюсь в библиотеки Совета. Есть у меня там один знакомец, постараюсь выбить нам пропуск.

— Хорошая мысль.

— Не дрейфь, Элечка, прорвемся.

— А ты, я смотрю, воодушевился.

— Так утро же, посмотри как солнышко светит ярко. Все тучи рассеялись. Я уверен, что вместе мы справимся, только ты это… на рожон не лезь.

Я клятвенно пообещала не выходить сегодня за пределы нашего дома и быть осторожной. Да мне и самой не хочется. Я лучше поднимусь на крышу, пока Марина Валерьевна не занялась озеленением, и отвлекусь хоть ненадолго от тяжелых мыслей. А лучший способ релаксации для меня — рисование. Так что, я взяла свой чемоданчик с красками, мольберт, одела старую майку, косынку, чтобы волосы не измазать и, сообщив Женьке, что пойду на крышу рисовать, удалилась.

Как же здесь хорошо. Не жарко и не холодно. Свежо, но ветер теплый, нежный, он словно обнимает меня и приветствует. И я решила его отблагодарить, нарисовать, как этот шутник гоняет поднятый с земли уже слегка пожелтевший кленовый лист. И так увлеклась этим занятием, что не сразу заметила чужое присутствие. Нет, не чужое. Свое, родное. Диреев.