Владимир Ящерицын - Рассвет Тьмы

Ознакомительный фрагмент

— Не может быть, что бы он убил своего брата. Ты уверен?

Скажу как есть.

— Мне показала это Тьма…

В комнату ввалилась дюжина полностью вооруженных беловолосых жриц, во главе с Арисной, и недоуменно уставилась на нас четверых. Мать медленно перевела на них взгляд и произнесла, обращаясь ко мне:

— Отпусти его.

Я выдернул щупы, перехватив его тело ими поперек туловища, и опустил его на руки первой попавшейся жрицы. Глядя на это, Матриарх произнесла невыразительным голосом:

— Ошейник из тераста на него, залечите его раны и в допросную… Не спускать с него глаз и никому из командиров не давать приблизится. Доступ только для Атар. Он убил своего брата и, вероятнее всего, сам или с соучастниками впустил убийцу. Каждый Атретос, попытавшийся проникнуть к нему, сразу становится подозреваемым в соучастии и должен быть задержан. Ни в коем случае не дать ему покончить с собой. Если он остановит себе сердце — известить меня и продолжать реанимирование до моего прихода. Постарайтесь не давать ему двигаться, жестко его зафиксировав. Известите и вызовите к себе Сариехарну. Арисна, после того как прибудет Сариехарна начинайте допрос. Мои приказы ясны? — Слитный кивок был ей ответом. — Выполнять.

Целитель попытался потеряться вместе с ними, но окрик Матриарха остановил его:

— Аскаер, вызови Эхаэра ко мне в кабинет. — Когда он торопливо скрылся, Мать сделала знак служанке, неуверенно маячащей в гостинке, привлекая ее внимание. — Неси Ашераса за мной в мои покои и пусть уберутся тут.

Мать вышла из моих апартаментов и беловолосая Орин, взяв меня на руки, последовала за ней. По пути я, нырнув в дар, с сожалением констатировал, что энергии осталось меньше шестой части от максимальной наполненности. А значит, еще одной битвы мне не выдержать — обращение к Тьме и Птице, похоже, тоже жрут энергию, а еще одно обращение к Богине сведет меня в могилу… Впрочем, из разноцветных сфер, окружающих дар, словно туман, истекала энергия по чуть-чуть уплотняя центральную сферу. Это было завораживающе, вдобавок мне показалось, что от моего внимания дар наполнялся быстрее. Я вынырнул из дара вовремя, что бы обнаружить служанку, усаживающую меня в кресло. Матриарх уже сидела за столом и произнесла глядя на меня:

— Оставь нас.

Я даже на секунду подумал, что она это мне, но исчезнувшая как по мановению палочки служанка развеяла мои сомнения. Мать откинулась на спинку кресла, с интересом глядя на меня. Очевидно, мы ждем моего дядю или результатов допроса предателя. Я оперся спиной о подлокотник кресла в котором я сидел и прикрыл глаза. Внутри чуть шевельнулся голод. Я же вроде недавно ел? Впрочем, с тех пор уже много чего произошло, да и истощение дает знать о себе. Открылась дверь и вошел Эхаер, одетый в расшитый золотом и серебром камзол с высоким и строгим воротником. Его волосы были, как и в прошлый раз, уложены в тугой белый хвост перехваченный черными шелковыми лентами. Одним словом — идеален. Поприветствовав Матриарха молча склонив голову и подняв правую руку ладонью вверх, он, дождавшись ответного кивка Таенори, прошел к свободному креслу справа от меня. Мать, посмотрев на меня, произнесла:

— Эхаер, виновник прошлой суматохи пришел в себя. И тут же захватил моего охранника, Тариса. Обвинив его в убийстве своего брата. И я склонна ему верить. Тариса сейчас пытает Арисна и Сариехарна. Но я тебя вызвала по другой причине. Мы тогда обсуждали что могло вызвать такие разрушения и чем ты защищался, Ашерас. Мы не пришли, Ашерас, к общему мнению. В добавок, только что, при захвате Тариса, ты применил нечто необычное. Мне интересно, что это было? А вообще, расскажи что произошло тогда, своими словами то что ты видел и сделал.

Она замолчала. Я вздохнул и распустил щупы. Не наполненные энергией они вяло шевелились.

— Когда мы шли, я распустил свои энергощупы и включил зрение. А потом Тьма внутри дара шепчет мне, что скоро будет атака и скала что сверху. Я все что было, влил в щупы и бросил ими на встречу багровой кляксе два соседних стола, отшвырнул вас, Матриарх, выдрал щупами из пола плиты и добавил их к столам. Но толку не было. Я разбил щупами плиты вокруг и из осколков собрал еще один щит. А потом взмолился Богине и она ответила. Изо рта у меня потекла Тьма, но когда и это не помогло, она оттолкнула меня с пути багрового копья и, тогда же, я увидел как этот Тарис убивает своего брата, уже целящегося в перевертыша черным посохом, ломая ему шею. Я обращаюсь к своей Птице и она убивает стрелка раскаленным камнем. Потом океан боли и… все. — я вопросительно посмотрел на Мать.

— Поразительно. — произнес Эхаер — Чтоб ты знал, мы, народ темных эльдаров, называем энерощупы — при этих словах он чуть улыбнулся — тер. Я, конечно, понимаю, что ты перерожденный, но общей терминологии придерживаться необходимо. И сколько тер у тебя?

— Утром было шестьдесят три.

После моих слов у Таенори отвисла челюсть, а Эхаер мгновенно посерьезнел и переспросил:

— Ты уверен?

Я дернул уголком рта:

— Я могу пересчитать, но я уверен.

Эхаер откинулся в кресле:

— Таенори, это все объясняет! Покушения были направлены не на тебя! А на него! — Он указал на меня пальцем и взволнованно вскочил и забегал по кабинету. — О темные Боги, да он перекрывает в одиночку тебя, меня и своего отца. О Элос, почему он не родился сто лет назад? Мы бы смяли всех голой мощью! И не вспотели бы даже! Если бы…Если бы…А сейчас он станет лишь небольшой тенью надежды под жгучим солнцем наших врагов…И естественно они зашевелились…Как и тогда…

Он успокоился и сел обратно, закрыв лицо ладонями. Мать посмотрела на него с жалостью:

— Не печалься, брат мой, мы отомстим. И месть наша будет ужасна… — Она перевела взгляд на меня — Тебя будут постоянно охранять, пока мы не узнаем, кто помогал Тарису. Ты не против?

— Я даже рад, Матриарх. Я только хочу узнать одно — как погибла моя Орин?

— Эран задавило обломками. Завтра мы призовем Богиню Хеат в нашем святилище Криаты и она заберет ее тело и тело Осира. А труп перевертыша и обломки его оружия отвезут послезавтра в Верховный Храм. Пусть ариры Богини разбираются, что делал эмиссар Хаоса у нас в Доме!

— Не хули Богиню Таенори. — тихо произнес Эхаер — Если бы не она, ты была бы уже мертва и завтра Арисна несла бы твое тело в Святилище…

— Да, но… — Браслет на правой руке Матриарха засветился и она нахмурившись, зашипела ругательство. Переведя взгляд на нас, она произнесла. — Тарис во время пыток умер! — она помотрела на Эхаера — Догадайся как! Ну? У тебя одна попытка! Что и кто может сделать так, чтобы пленного нельзя было расколоть?