Гыррр Макарка - Под сенью клинка

— Благодарю, — смутился Гозрений. — Надеюсь, всё будет хорошо.

Ему как-то не пришло в голову, что у тайного советника могут быть из-за него неприятности. Но он очень надеялся, что всё обойдётся.

Дерек принимал посетителей — традиция, заведённая предыдущими владыками. Считалось, что раз в дюжиницу к светлому владыке может попасть самый обычный горожанин. Несусветная глупость, но отменять её не стоило. Дерек уже выслушал кляузы друг на друга двух крупных оборотней-лесопромышленников и четверых купцов, вздумавших сдуру с ними конкурировать, — все они считались обычными горожанами, — и теперь ждал очередного посетителя. Владыка вытащил лист и глянул в список.

Шестым на этот день был записан маг Гозрений, студент четвёртого курса столичной Академии. "По личному вопросу" — гласила пометка в журнале. Дерек долго смотрел на имя, не в силах поверить, что у мальчишки хватило наглости явиться во дворец, а у Хельма — подписать разрешение.

К магам Дерек привык: как правило они искали работу во дворце — хоть уборщиками, хоть конюхами, лишь бы в послужном листе значился дворец владыки. Всё правильно — конкретная должность никогда не называлась, а двор владыки — он всегда двор владыки. Дерек пообещал себе надавить на Ковен и потребовать внести уточнения в послужной список, или добавить к нему развёрнутую характеристику мест работы и должностей — чуть позже, когда его власть достаточно укрепится. Но зачем пришёл Гозрений, Дерек представить не мог — просить разрешения о свидании с Талиной? Думает, владыка не свернёт ему шею, если спасал от нижних? Получить по знакомству хорошую работу? С этим запросто можно было обратиться к тайному советнику… и о какой хорошей работе может идти речь, если парень — один из самых востребованных целителей Путаря, обещающий со временем превзойти саму госпожу Вишенку?

Дерек отослал секретаря, выровнял дыхание, откинулся на спинку кресла и позвонил. Дверь открылась — в кабинет вошёл студент в стандартной учебной мантии. Он вырос — на целую голову, и стал обычного для живущих под небом среднего роста. Чуть изменил цвет волос — на каштановый. Но по-прежнему конопатый, с рытвинами на лице — это не неумение вылечить себя. Это — сохранение индивидуальности и памяти о доме. Бороду и усы парнишка начал брить — совсем недавно, с полгода. Уже не мальчишка — юноша, почти мужчина. Маг старался не нервничать и держаться достойно.

— Садитесь, — предложил Дерек, — слушаю вас.

— Я по личному вопросу, — срывающимся голосом выдавил студент.

— Слушаю, — владыка уставился в список, чтобы сопляк не почувствовал накатывающей на него ярости.

— У меня вопрос по опекунству над дочерью, — хрипло начал маг, и голос его предательски дрожал, — я хотел бы получить разрешение забирать её к себе на два дня из полудюжиницы и иметь возможность принимать участие в её воспитании.

Судя по тону, фразу студент Гозрений отрабатывал дня три, не меньше.

— Понятно, — Дерек едва сдерживался, чтобы не вцепиться парню в горло. Ренину ему подавай! Щенок! Жмарь! Удавить на месте! Нет, отправить в дальние поселения, оборотней и вампиров лечить!

Владыка небрежно постучал пальцами по столу.

— … И с этим вопросом необходимо было идти прямо к светлому владыке. В какие инстанции вы ещё обращались, каков был ответ? Оставьте секретарю копии документов и постановлений, я рассмотрю через… две дюжиницы, скажем. Они у вас собой?

Маг смутился. Он беспомощно посмотрел на Дерека и заморгал, хлопая рыжими ресницами.

Пламя ярости обожгло щёки и заставило сжаться кулаки. Это конопатое ничтожество, этот сопляк, чамхел, жмарь… Разум сопротивлялся. Разум доказывал, что это всего лишь мальчишка, который годится ему не то что в сыновья — почти во внуки, и никакой он владыке не соперник, и Талину три года не видел, и…

Сопляк подался назад и вжался в спинку кресла, глядя на Дерека с неприкрытым ужасом. Не может быть, подумал Дерек, не мог я настолько выйти из себя — привычку владеть собой никуда не денешь… ах да, он же гном, а они чуют и слышат едва ли не лучше, чем видят, и что-что, а свой запах я контролировать не умею вообще. Но ведь должны были сработать амулеты? Или ему никакого обоняния, эмпатии и телепатии не надо, чтобы понять, насколько я… насколько я… ревную, признался себе владыка. Ревную Талину к этому…этому…молокососу… чамхелу этому… этому… щенку, как сказали бы здесь. Дерек столько раз представлял себе, как найдёт… любовников Талины и медленно, очень и очень медленно будет убивать их всех — по очереди… или одновременно… и вот он — любовник, чтоб его, у него и борода-то как следует не растёт ещё… а туда же — отец!

Парнишка побелел, потом взял себя в руки и презрительно скривил губы.

— Я хотел бы получить разрешение видеться со своей дочерью два дня из полудюжиницы и иметь возможность принимать участие в её воспитании, — повторил он как можно решительнее. — И вы прекрасно поняли, почему с этим вопросом я пришёл сюда.

Дерек переборол себя — что уж там говорит молокососу чутьё, пусть маг сам и разбирается. Нестерпимо захотелось закурить — первый раз за три года. А он уже думал, что видения Талины в объятиях… что эти кошмары больше не будут его мучить. Но надо отдать щенку должное — зубами стучит, а от своего не отступается. Своего… Своего?!!

— Почему бы тебе не поговорить об этом с… матерью ребёнка? — "Сейчас, так я тебя к ней и подпущу".

Студент распрямился, сощурил глаза и выпятил подбородок.

— Вот не надо, — начал он, — не надо… вы прекрасно знаете, что влюблённая женщина повторит всё, что хочет услышать её… муж. Что даже если вы скажете, что не против, она всё равно догадается, как надо ответить. И потом — кто меня к ней пустит? Вы? Я и сюда-то ждал бы аудиенции год, а то и два…

Скотина Хельм! Подлец — почему он подписал пропуск? Кто дал ему право решать? Я и дал…Мерзавец, мерзавец… буду думать, как набить морду тайному, а то ведь придушу рыжего гадёныша ненароком.

— И много дал? — осведомился Дерек. — Которому из секретарей?

Маг смутился — выдавать Хельма он не собирался.

— Не ваше дело, — буркнул он. — Ничего не давал. Маг я.

Маг, скривился Дерек. Не отнимешь — Сандела в своё время уложил, владыку чуть не опозорил…

— Ты ведь знаешь, — "трубку, дайте мне трубку, чтобы я не убил его прямо сейчас, удавлю ведь!", — что по закону отцом ребёнка, рождённого в браке, является муж. Это моя дочь, и я не вижу причин, по которым ты можешь претендовать на неё.

Выдохнуть. Спокойно. Нехорошо бросаться на щенка в своём кабинете. Пусть он и обещает стать одним их сильнейших магов.