Вольфганг Хольбайн - Возвращение колдуна

Я уставился на него. Говард выдержал мой взгляд и невозмутимо продолжил:

— Нам вообще нет никакого смысла спорить друг с другом сейчас, Роберт. Я действительно очень мало знаю о вратах. Твой отец, которому было известно о них намного больше, никогда не рассказывал мне всего. А о вратах, которые находятся в этих часах, я сам узнал совершенно случайно, — мягко добавил он.

— Однако ты не раз пользовался вратами, — напомнил я ему.

Говард кивнул.

— Только в крайнем случае, — согласился он. — Но, судя по тому, как они выглядят сейчас, я бы никогда больше не осмелился войти в них.

Я нервно сглотнул, бросил быстрый взгляд на закрытую дверцу часов и снова повернулся к Говарду.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не очень много знаю о вратах, — повторил он с особенным выражением. — Но один раз твой отец рассказал мне, что они являются своеобразной дорогой через другое измерение. — Говард улыбнулся, но улыбка получилась какой-то безрадостной. — Я знаю, что это выглядит глупо, но именно так он и сказал. Кто входит туда, перестает существовать. Перестает существовать… физически, понимаешь? Твое тело распадается на атомы и за невероятно маленький промежуток времени переносится в другие врата. Там оно снова восстанавливается. Ты понимаешь, о чем я говорю?

— Разумеется, — ответил я и кивнул.

Говард улыбнулся.

— Это весьма трудно объяснить, — признался он. — Попробуй представить, что ты существуешь в виде идеи, пока находишься во вратах, и из этой идеи возникаешь снова, как только их покидаешь.

— С крысами, значит, идея была неудачной, — угрюмо вставил Рольф.

Он поднялся с кресла и пошел к окну, чтобы выглянуть на улицу.

— Я не знаю, относится ли это только к этим вратам или ко всей системе, — продолжил Говард, — но в любом случае, как мне кажется, они больше не работают. Крысы вновь материализовались, но правильно собраны не были, так сказать.

По моей спине пробежали мурашки, когда я понял, что он имеет в виду.

— То есть… Ты хочешь сказать, что… то же самое произошло бы и с человеком, если бы он…

Но я так и не договорил. От одной только мысли об этом меня прошиб холодный пот.

— Боюсь, что да, — сказал Говард. — По крайней мере, я не стал бы рисковать.

— Но откуда они пришли? — спросил я. — И почему?

Говард надолго замолчал. Он, конечно, понял, к чему я веду. То, что произошло в библиотеке, не могло быть простым совпадением. Почему эта армия крыс появилась здесь именно сейчас, почти сразу после того, как я встретился с женщиной в маске и сопровождающим ее привидением?

— Я не знаю, — сказал после паузы Говард. — Но все выглядит так, как будто кому-то не очень хочется, чтобы ты вмешивался в его дела. Кем бы ни была женщина, которую ты видел, она, похоже, настроена очень серьезно.

— Но это же полная бессмыслица! — в сердцах воскликнул я. — Зачем меня сначала нужно было предупреждать, а потом… посылать этих тварей?

— Наверное, чтобы придать вес своей угрозе, — предположил Говард.

— Бред какой-то! — сказал я, чувствуя, как во мне нарастает раздражение. — Это имело бы смысл, если бы я по-прежнему продолжал…

— Может, поговорите об этом позже? — прервал нас Рольф. — Сюда едет карета, и мне кажется, она остановится у наших ворот.

Мы с Говардом одновременно встали и подошли к окну. Рольф был прав: в бледном свете начинающегося дня мы увидели экипаж, запряженный четырьмя лошадьми. Он ехал по Эштон Плейс и явно направлялся к нам. Вскоре карета остановилась, и кучер, соскочив с козел, обошел ее, чтобы открыть дверь. Через секунду из нее выкатилась прилично одетая толстуха и торопливо засеменила к дому.

— Это… это же леди Макферсон! — удивленно воскликнул я. — Какого черта ей здесь нужно? Да еще в такое время!

— Этого я и боялся, — пробормотал Говард. — Все было бы слишком просто… — Вздохнув, он резко отвернулся от окна и подмигнул Рольфу. — Пойди вниз и открой гостье, — сказал он. — Да побыстрее, пока она не начала колотить в дверь и не подняла на ноги весь дом.

Рольф послушно поплелся вниз. Мы услышали, как он прошел через холл, как скрипнула входная дверь и раздался голос леди Одли.

Говард быстро завернул дохлую крысу в бумагу, растерянно осмотрелся по сторонам и, недолго думая, положил ее в камин. Тем временем я открыл окно, чтобы проветрить комнату, мысленно коря себя за то, что эта идея могла бы прийти мне в голову пару часов назад.

Мы еле успели закончить свои приготовления, когда на пороге библиотеки снова появился Рольф, а за ним и леди Одли, которую теперь украшал не только двойной подбородок, но и черные круги под глазами. Судя по всему, этой ночью она спала ровно столько же, сколько и я.

— Роберт! — начала она без предисловий. — Мне нужно с вами поговорить.

Она стремительно подошла ко мне, села на стул и схватилась за кофейник.

— Не стоит, леди Одли, — сказал я. — Он уже остыл. Но Рольф может сварить еще.

Рольф кивнул и вышел из комнаты, а Говард, уже с новой сигарой в зубах, сел за стол между мной и леди Одли.

— Вижу, что вы тоже не спали, — заметила леди Одли. — И это неудивительно. После всего, что произошло… Признаться, мне очень неудобно было вас будить.

— Ничего страшного, — заверил я ее. — Но вы правы. Мы всю ночь с Говардом пытались понять, что же на самом деле произошло на спиритическом сеансе. Однако, к сожалению, мы по-прежнему не знаем причины.

— Но я… знаю, — медленно произнесла леди Одли.

Я удивленно посмотрел на нее.

— Вы… знаете?

Леди Макферсон кивнула.

— Вы не можете этого понять, мой дорогой, — продолжила она поучительным тоном. — Вы молоды и неопытны, но это отнюдь не недостаток.

Я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться, и с самым серьезным видом слушал ее. Леди Макферсон высокомерно улыбнулась и с легкой укоризной посмотрела на меня.

— Не притворяйтесь, Роберт, вы очень одаренный медиум, вам просто не хватает опыта, понимаете? Когда-нибудь вы поймете, что между небом и землей есть вещи, которые мы не можем объяснить.

Естественно, я знал об этом, но у меня хватило ума, чтобы не перебивать ее.

— Что вы хотите этим сказать? — вступил в разговор Говард.

Леди Одли бросила на него такой взгляд, что любой другой на его месте стушевался бы и вжался в кресло.

— Я хочу сказать, мистер Филлипс, — заявила она, — что Роберт не принимал всерьез наши прошлые спиритические сеансы. — Леди Одли выразительно посмотрела на меня и добавила: — И не спорь со мной, Роберт! — Она говорила так быстро, что я не мог даже слова вставить. — Я давно заметила, что для вас все это было просто веселым развлечением и вы посмеивались над нами, глупыми старыми женщинами, не правда ли? — На ее осунувшемся лице промелькнула слабая улыбка. — Это ваше личное дело, Роберт! — продолжила она. — Но я хочу, чтобы вы знали: с сегодняшнего дня это уже не развлечение. Хотя бы потому, что вы являетесь медиумом, даже если вам не хочется этого признавать.